Ватная сказка

Свет мягко пробивался сквозь больничное окно, освещая Марине брошюру. Она читала вслух:
"Ваш близкий попал в тяжёлую ситуацию? Так случается, что люди всю оставшуюся жизнь проводят, будучи подключенными к аппарату жизнеобеспечения. И бывает, что у вас нет возможности его содержать?
А что, если вы узнаете, что он может сам себя содержать?
Да. Он может! Дайте согласие на подключение вашего родственника к новейшей блокчейн-системе "КиберГУЛАГ". Мозг близкого вам человека будет совершать вычислительные операции и совершать визуализации, которые считывают наши устройства и используются в коммерческих целях, что позволяет ему самому поддерживать свою жизнь.
По вопросам консультац..."
- Туда его не отправят. Они будут до конца тянуть. - Прервал её Владимир.
- Я даже не знала, что такое есть
- Я уже давно знал, ещё несколько лет назад Гоша из соседней лаборатории работал над ней, он же гениальный нейрофизик. Жалко, его отстранили в итоге.
- Почему?
- Понимаешь, ли, Гоша долгое время создавал и программировал образцы таким образом, что они причиняли физические страдания от визуализаций. Ты как бы видел сны, где ты страдаешь. Для него КиберГУЛАГ был ГУЛАГом в привычном понимании. То есть, например, поймали маньяка и вместо строгача его подключили к этой системе и он страдает гораздо сильнее, плюс, приносит пользу государству и его содержание не так дорого обходится. Вместо целой тюрьмы просто одно здание, где вмещается столько же человек на койках. У него была идея. Но правительство это не устраивало. В итоге программу передали Министерству здравоохранения и теперь это обычные добрые видения.
- Я бы каждого либераху сослала бы Гошин КиберГУЛАГ.
- Я бы, тоже, Марин. Если бы всё было так просто...

- Слыш, Вить, я пойду, покурю. - Сказал один из полицейских, стоящих возле палаты.
- Я тоже.
- Нет, сначала я вернусь, потом пойдёшь. Приказ был: "охранять палату"
Не прошло и тридцати секунд, как Виктор удалился потому же корридору, что и его напарник, оставив палату без присмотра.
Владимир встал со скамейки и вошёл в палату. Вот он. Теперь один на один, без посторонних глаз. Он надел перчатки и достал из кармана брюк маленькую колбочку. Потом он достал вату и пропитал её содержимым колбочки, после чего начал растирать по коже Алексея.
"Ну и где теперь твои спецслужбы" - тихо сказал Владимир.
"Here we are!" - Закричал выскочивший из шкафа Американец. Да, это был тот самый, который и вырастил Алексея.
Они начали драться. В каком-то смысле, это была битва двух отцов возле своего больного сына. Американец дал по челюсти Владимиру и тот отшатнулся, задев капельницу, которая еле устояла. Ловким движением руки он взял стоящую на тумбочке бутылку и разбил её о голову Американца. Из палаты слышались звуки бойни и разбитого стекла. Владимир прижал вату к лицу Американца, повалив его на землю и стянул перчатки и положил ему в карман.
Вбежали полицейские и скрутили Владимира.

На следующий день Некрос Воксель всё так же сидела в гостиничном номере и плакала под звуки телевизора.
"... По последним данным, Американский шпион Уильям Джозеф Бласковиц проник в палату к Алексею Навальному и отравил его.
Американцы, вечно рассказывающие, что Россия постоянно травит ей неугодных, совершила фатальную ошибку. Очередная провокация сорвалась. Да ещё и как! Как гласят заключения врачей Омской больницы, отравлен Алексей был тем самым "Новичком". Интересно, как теперь они будут оправдываться."
Оля вытирала слёзы. Она не могла в это поверить. Нет. Нет. Так не может быть. Она впервые нашла человека, так близкого ей по духу и он погиб.
Почему жизнь так жестока с ней. Неужели, волей случая встав из могилы, она обречена страдать всю свою новую жизнь?
"Россия - это самый настоящий ад, а жизнь - это вечные страдания, чего бы ты не достиг и кем бы ни был" - подумала Оля.
Она обхватило горлышко стеклянной бутылки без этикетки.
"А что, если люди правы? Если я просто ошибка судьбы и лишь кусок либерального гнилого мяса"
Она открутила крышку.
"Господи, я никогда к тебе не обращалась, так как ты инструмент угнетения в руках патриархата, но прошу всего один раз: спаси наши души, пожалуйста спаси"
Оля начала пить из бутылки и святая вода со стремительной скоростью растворяла её внутренности.
Она почувствовала слияние с Господом. Он услышал молитвы.
Непонятная человеческая масса сгустком лежала на полу отеля.
"Дитя моё" - послышался голос по всей комнате, - Не заслуживаешь ты страданий таких, дарю тебе исцеление. Стань вновь живой женщиной и найди себе мужчину, с которым счастлива будешь ты, чтобы построить крепкую семью и родить детей много!"
На полу лежала женщина. У неё были длинные и шелковистые волосы и румянец на щеках. Она была одета в простое бежевое платье и, похоже, что спала.

"Птанин, свободен" - послышался строгий голос.
Владимир живёт в России, конечно, он знал, что он свободен.
Марина его обняла, и они отправились на вокзал, откуда они возвратились на свою старую любимую кухню.
Пустая рюмка в очередной раз издала характерный звук, ударившись о стол.
- Хорошая ты баба, Марина, и семья наша хорошая. - Начал как всегда Владимир Птанин, - Хохлам не поня... - тут он замолчал.
- Тебя что-то беспокоит? - спросила подвыпившая Марина.
Он вспомнил про киберГУЛАГ. Про Гошу. Да. Его что-то беспокоило. По телевизору шёл митинг. Чёрт, Владимир всё прекрасно понимал. Он был не дурак. Просто он жил той жизнью, в которую он верил.
- Марина, возможно, всё что ты делала неправильно. Возможно, убивать людей из-за их деятельности и сажать из-за их взглядов неправильно. Понимаешь?
- Володь...
- Не пойми меня неправильно. Мы живём в лучшей стране. Но этой стране нужно стать лучше. И этого не достичь путём стагнации.
- Ты пьян?
- Пьян. Я пьян. Мы все пьяны. И мы мечем стаканы по столу и поднимаем рюмки каждый раз. И каждый раз. Каждый. Каждый раз ничего не меняется. И наша душа лишь этого и желает. Но мы ошибочно полагаем, что, не способствуя переменам, мы их не вызовем. Однако, они придут. Ничего не изменится. Но мы изменимся. Не все мы умрем. Надо сопротивляться, клин клином...
Марина задумалась
- Знаешь, я такая пьяная, что мне эти твои умные мысли до лампочки, если честно, я лучше пойду спать.
Марина встала из-за стола и удалилась с кухни.
Но Владимир увидел, что его слова её тронули.
Он взял свою старую тетрадь с формулами с холодильника и принялся писать:
"Биться лбом не тошно? Битва мозга челядью.
Вместе, друзья, мы как атомы, молекулы гелия
Мы вечно забывали о вечном возвращении
О люди с оружием, защитите меня от моего отражения"
Владимир вырвал лист, скомкал его и отправил патриотическим движением в урну.
"Блять. Не то. Хуйня." - подумал он.
И уже через два дня на Youtube, на неизвестном канале появилось первое видео.
На видео человек средних лет в рубашке и синяками под глазами блестяще критиковал действующую власть и вдохновлял своих первых зрителей.
"С вами был Владимир Птанин. Подписывайтесь на мой канал, если ваши сердца тоже требуют перемен".