Мой друг Мендес

Я зашла в то кафе. Вообще это раньше было кафе. Теперь это больше похоже на бар. Здесь не было много людей, никто не кричал, не ругался. Действительно, там были только байкеры, но все сидели в мире и спокойствии. Я села за столик у окна и заказала себе молочный коктейль со вкусом банана.

Ко мне подошёл какой-то байкер и присел рядом. Я насторожилась, было немного страшно.

– Что же ты тут одна делаешь, не самое лучшее место для подростков?..

– Я жду человека, – ответила я несмело.

– Этот парень полный придурок, если позвал тебя сюда. Потому что это худшее место для свидания, – он отпил своего пива.

– Нет, что вы, это не свидание, мне просто нужна кое-какая информация, а вот, кажется и он.

В бар зашёл тот самый старик. Байкер ушёл, а старик сел на его место.

– Не думал, что ты придешь, девочка, но я все же рад.

– Да, здравствуйте, что вы хотели мне рассказать?

– Вчера, прямо перед твоим приходом кто-то позвонил на респепшн и велел ничего тебе не говорить, иначе сделает все тоже самое, что сделал с девушкой. Но я думаю, ты имеешь право знать. Да, к нам действительно приходила девушка. Но она пришла к ухажору, который снял номер на условиях анонимности. Вот ключ от него, – он положил ключ на стол. – Бери. Комната 206. Но никому не говори, что я тебе это говорил. – он встал и ушёл, не дав мне сказать даже слова.

Я держала ключ в руке и думала, что же делать. С одной стороны, этл странно, что он так легко все выдал мне и отдал ключи. Но, может, он действительно хочет помочь? Я решила отправиться в мотель и поискать улики.

На ресепшене меня молча пропустили. Я прошла в комнату. Было где-то половина шестого, через час я должна быть дома, чтобы успеть подготовиться к ужину.

Я зашла в номер. Он был чистый, опрятный. Я просмотрела каждую полочку. И нашла камеру. Я забрала флешку и положила её в карман, чтобы посмотреть запись дома, здесь это будет слишком опасно. Но вдруг я услышала шаги. Я не знала, куда спрятаться, так что побежала в ванную. Там стоял ужасный запах. Но я побоялась заглянуть за шторку. Ужасов мне на сегодня хватило.

– Эй, есть тут кто? – я услышала женский голос. Он был очень знакомый. – Видимо, никого. Ладно... Я уже надеваю костюм! – сказала она чуть громче. – Наручники уже тоже на мне... Где ты?

Я решила уйти, пока не поздно. Приоткрыв дверь, я увидела девушку из параллельного класса и какого-то парня в маске. Я знала, что он сейчас будет делать. Но не знала, как выбраться. Мне нужно было звонить в полицию и бежать, бежать пока не поздно.

Я судорожно искала выход. И увидела вентиляцию. У меня клаустрафобия, но лучше я переживу приступ паники, чем умру. И я залезла в неё.

Казалось, я умру там, прежде, чем найду выход. Но выбравшись я побежала на ресепшн.

– Звоните 911! Срочно! – кричала я.

– Что случилось?

– Случится! Убийство! Девушка, которая приходила... Она может умереть!

– Но кроме вас никто не приходил. Хорошо-хорошо, я вызову полицию. Не переживайте. – сказал он, увидев весь ужас в моих глазах.

Полиция приехала скоро. Но они так и ничего не нашли. Будто там никого не было. Неужели я схожу с ума?..

– Скорее всего, из-за происшествия утром, вы пока не оправились. Отдохни немного, Кэтрин, – сказал Шериф.

Думаю, он прав. Лучше поеду домой и отдохну.

Я волновалась перед приходом Шона. Мы давно не сидели по-дружески.
В дверь позвонили. Я радостная побежала открывать. Но это не был Шон. Передо мной стоял Том.

– Как ты? – спросил он, обнимая.

– Лучше, – ответила я.

– Джейк рассказал мне всё, – мы поднялись в мою комнату, – я же просил тебя. А это ещё что? – он указал на мою доску расследования.

– Подозреваемые.

– Господи, Кэтрин, не лезть ты в это, – он подошёл ближе. – я не могу тебя потерять, ты дорога мне, понимаешь?– он поцеловал меня.

Его руки с талии переместились на бёдра. Он снял с себя футболку, оголяя торс. Его поцелуи покрывали шею, оставляя засосы.

Мне этого не хотелось. Я оттолкнула его и крикнула "Нет!". Он оделся и ушёл так же внезапно, как появился. Как только за ним громко хлопнула входная дверь, я села на пол. Не могла заплакать. Не было сил.

Я ждала Шона, чтобы рассказать ему всё. Он бы обязательно понял и выслушал. Он всегда меня слушал. Время длилось так долго.

И вот он тут. Улыбается. На его спине висит гитара. Вся грусть даже подевалась куда-то. На душе было спокойно и тепло.

– А где твои родители? – спросил он, садясь за кухонный стол.

– Не знаю, уехали куда-то, может, в магазин или навестить дедушку в соседний город. Они, вроде, собирались, – Шон уплетал курицу, что заставило меня спросить – Как тебе курица?

– Великолепно! Сама запекала?

– Ох, нет, я бы не смогла так! – мы рассмеялись. Мы сидели и кушали, болтая обо всём, что упустили за эти четыре года притворства, что не знаем друг друга. Оказалось, что Шону всё равно на то, как с ним обращаются в школе. Её волновала только учёба и хорошие отметки, чтобы поступить в какой-нибудь университет и уехать подальше от этого города. Я рассказала ему о том, что хочу поступить в один из университетов Лиги Плюща и прославиться на весь мир как журналистка. Так мы и сидели с ним.

– Гитара! – вспомнила я. – ты обещал мне сыграть свою лучшую песню.

Мы поднялись на верх в мою комнату. Он достал гитару и начал перебирать по струнам.

–  Ты точно уверена, что хочешь это услышать? – спросил он.

– Шонни, я знаю, что это будет прекрасно! – я села на кровать. А Шон сидел на пуфике напротив меня.

– "I won't lie to you.
I know he's just not bright for you"

Мне с первых нот понравилась музыка Шона. Он перебирал струны так мастерски, что казалось, он занимается музыкой многие годы.

– "Cause I know I can treat you better
Than he can
And any girl like you deserve
A gentlelman"

Мне хотелось расплакаться. Ведь я понимала, о ком он поёт. Хотелось бы верить, что не обо мне, но уж слишком это было похоже на нас с Томом. Да, у нас есть разлады в отношениях, мы часто ссоримся, но я и подумать не могла, чтл Шон знает об этом. Хотя это логично, мы же соседи.
Закончив песню он посмотрел на меня.

– Ну как тебе? Боже, я тебя чем-то обидел? – спросил он, заметив, что я смотрю в пол, сдерживая все свои эмоции. – Кэтрин, прости, пожалуйста, – он сел рядом со мной. Так близко, что я почувствовала его запах. Такой приятный. Настоящий. Том никогда не следил за этим. Он просто выливал на себя одеколон, и всех это устраивало. Но Шон не такой. Он приятен. От него пахло каким-то мужским гелием для душа и только выстиранной одеждой.

– Шон, я... – я посмотрела ему в глаза. И в тот момент я была готова утонуть в них. Такие прекрасные карие глаза. И этого взгляда мне хватило, чтобы понять все. Такой прекрасный парень. Такой любимый. Я была влюблена в него почти всё детство. Мы собирались пожениться, когда нам было 9, но пути разошлись. И вот сейчас он сидит передо мной. Держит за руку и смотрит в мои глаза. Он так близко, что я не могу устоять и целую его.

И этот поцелуй мог бы длиться вечность. Я запустила руки в его волосы, хотелось быть еще ближе. Его губы мягкие и вишнёвые, что-то прекрасное. Мне не хотелось прекращать это. Но дыхание заканчивается, и мне приходится оторваться от него.

– Прости, я... – Шон вскакивает и быстро засовывает гитару в чехол.

– Шон, не стоит извиняться, это было...

– Да, я знаю, отвратительно, прости, пока, – и он как можно скорее убегает из моего дома прочь.

– Восхитительно... – шепчу я и ложусь на свою кровать, пытаясь обдумать всё произошедшее. И он никак не мог вылететь из головы. Шон, Шон, Шон... Я не могла перестать сравнивать его с Томом. И Мендес был лучше его во всём.