Глава 22
Всю ночь я не сомкнула глаз. Осознание своего нахождения в опасности просто сводило меня с ума. Что будет завтра? Как все обернётся? Пострадает ли кто-нибудь? А самое главное, останусь ли в живых я сама. Я понимаю, мое присутствие с оборотнями необходимо, но я нахожусь в настолько уязвимом положение, что могу стать для Дэймона самой легкой добычей.
Наутро бессонница дала знать о себе. Неприятной болью сдавливало голову, а в ушах звенела кровь. Ранним утром за мной уже пришел Хейден. Присутствие близкого человека рядом немного успокаивало мои шаткие нервы, но я все равно продолжала трястись как осиновый лист.
Для папы, Бридж и миссис Джеймс я оставила записку на журнальном столике в гостиной, написав там полнейшую наглую ложь. Ну ведь не могу я рассказать им, что за мной охотится чокнутый оборотень со свитой таких же.
– Идем, Фиби, нам пора, – шепчет Хейден, а внутри у меня все холодеет.
Я последний раз окидываю взглядом все вещи. Ох, если бы могла я узнать, заденут сегодня меня или нет?
Хейден снова везет меня за город. Оборотни начали использовать меня в качестве приманки, а привлекать Деймона в окружении многих тысяч людей опасно, ведь могут пострадать и другие люди от лап этого ублюдка. Мне прямо-таки не по себе. Периодически даже возникает желание выскочить из машины на ходу, но я вовремя останавливаю себя.
Все будет хорошо. Хейден не бросит меня. Оборотни уничтожат Дэймона и никто меня не тронет.
Эти глупые слова я повторяла как мантру все утро. Погода не улучшилась. Она словно тоже понимает, каким прискорбным может быть сегодня день, и не докучает ярким солнцем.
В этот раз мы едем дальше, чет в тот день, когда Хейден привозил меня на разговор к Джереми. Меня всю колотит изнутри, но парень этого не замечает. К счастью. Он бы тут же начал успокаивать меня, а это довело бы до еще большей нервотрепки.
Наконец, мы сворачиваем с трассы на лесную дорогу и движемся в глубь. Откуда-то издалека до меня доносится волчий вой, и меня тут же передергивает. Я уже мечтаю, чтобы весь этот кошмар закончился, и я вновь вернулась в свой теплый и уютный дом к своим родным. Как же все тянется мучительно долго!
Мы выезжаем на огромную поляну, и от увиденного у меня перехватывает дыхание. Семеро огромных волков скалятся друг на друга, кидаются, дерутся между собой. У меня глаза округляются от ужаса. Нет, однажды я видела, как Джереми набросился на Терезу, но та незначительная потасовка не шла ни в какое сравнение с тем, что я видела сейчас.
– Они готовятся, – словно прочитав мои мысли, произносит Хейден и, взяв меня за руку, успокаивающе поглаживает по костяшкам. – Оборотни проводят здесь уже несколько дней.
Я перевожу глаза на парня.
– И чем им можешь посодействовать ты?
– Я буду в роли некого сюрприза для Дэймона. – Хейден усмехается, в его насмешках слышна самоуверенность. – Сначала их встретит стая Джереми, а потом, когда они будут уже порядком измотаны, появлюсь я и каждого из них буду давить голыми руками.
От картины, которую нарисовало мое воображение, меня в очередной раз передергивает. Я не хочу, чтобы Хейден подвергал себя опасности. Я не хочу, чтобы из-за меня пострадал кто-то из стаи. Я не хочу, чтобы весь этот ужас вообще воплощался в жизнь.
– Пошли, – произносит парень, отпуская мою руку и уже начиная выбираться из машины.
Я просто приросла к месту, не переставая смотреть на кошмарную картину перед собой. Джереми кидается на Рейрея, безжалостно вгрызаясь в его шею, Калет почти скулит от нападения Ланса. На глазах наворачиваются слезы. Вся эта подготовка сегодня воплотится в жизнь, но там никто никого не будет щадить. Если они будут нападать, то без поблажек и жалости. Если будут вгрызаться в шею, то до победного. И пока последний вздох не вырвется из груди волка, они не оставят его в покое.
– Я боюсь, – хриплю я, силясь остановить поток слез, но они уже предательскими ручейками стекают по щекам.
Хейден захлопывает дверь обратно и поближе пододвигается ко мне. Он ласково поглаживает меня по щеке, заглядывая в заплаканные глаза.
– Я тоже, Фиби, – его голос слегка дрожит, а я не верю своим ушам. Они ведь такие самоуверенные, бесстрашные, и все же что-то смогло их напугать? – Боюсь, что, если мы упустили хоть что-то, они все же смогут добраться до тебя. Я просто не переживу, если ты пострадаешь. Я буду винить себя до конца своих дней. Но сегодня я сделаю все, чтобы ты вернулась домой целая и невредимая и отныне навсегда забыла, что когда-то была причастна к этому!
От его слов слезы рвутся еще большим потоком, но внутри становится так тепло, что я почти забываю где я нахожусь. Жуткая дрожь в теле на мгновение проходит, я увлеченно смотрю в глаза Хейдена, словно стараясь заглянуть в его сознание.
– Я люблю тебя, Фиби! – Произносит он и мягко накрывает мои губы.
Мы сливаемся в сладком поцелуе. Он любит меня. Боже мой! Внутри начинают трепетать сотни маленьких бабочек, заставляя улыбнуться ему в губы. Я целую его так требовательно, словно вижу последнее мгновение в своей жизни.
– Нам пора, – шепчет Хейден, слегка отрываясь от меня.
Сладкие грезы безжалостно разрушаются под давлением ужасной реальности. Я расстроенно опускаю глаза, а Хейден в свое время уже покинул автомобиль и спешит к моей дверце. Ловко подхватив меня на руки, он несет меня к стае. Как же неуютно чувствую я себя сейчас! Мне бы очень хотелось встать на ноги и пойти самостоятельно, чтобы облегчить работу оборотням, но я смогу лишь ползти по влажной земле, а это добавит им лишь большей заботы.
Оборотни уже приняли человеческое обличие. Все серьезны, напряжены, погружены в какой-то свой мир, куда простому человеку просто опасно залезать.
– Ты в порядке? – Джереми подходит к нам вплотную, направляя на меня безжизненный взгляд. Его голос звучит как-то отдаленно, словно мыслями он находится не здесь.
В порядке ли я? Нет! Нет! И еще раз нет!
– Бывало и лучше, – мямлю я, оглядывая оборотней за его спиной. К нам приближается Рейрей.
– Дэймон уже не так далеко от Гарден-Сити, поэтому вам уже пора отойти отсюда, – говорит он. Держится он серьезно. – Но не отходи слишком далеко, Хейден. Ты можешь понадобиться в любую минуту.
Хейден лишь кивает ему в ответ и, обойдя Рейрея и Джереми, направляется на другой конец поляны. Движется он быстро и решительно, словно меня несет вовсе не человек. Хотя, о чем я? Я сижу на руках у полукровки.
Мы скрываемся за деревьями, но так, чтобы четко было видно поляну и все, происходящее на ней.
Минуты тянулись словно часы. Оборотни продолжали отрабатывать план обороны, иногда к ним присоединялся Хейден, и я оставалась одна, сидя на большом мшистом камне. В моменты такого одиночества меня охватывала чуть-ли ни паника. Мне казалось, что вот-вот из гущи деревьев выскочит стая обезумевших волков и разорвет меня в клочья.
Мне было ужасно холодно. И я не понимала, страх это или погодные условия.
Они здесь. Я чувствовала это. Чувствовала напряжение, которое вот-вот грозило разойтись электрическими зарядами по всей поляне. Хейден придвинулся ближе ко мне, внимательно всматриваясь в деревья вокруг нас, а я завороженно наблюдала за поляной. Все мои порывы рыданий и нервов улетучились, оставив место лишь полнейшему шоку, который блокировал любые эмоции.
Ветер поднялся сильнее, вихрем поднимая мои волосы. Я, как могла, куталась в своей кофте, не отрывая глаз от поляны. Волки уже были в полной готовности. Они выстроились кругом, и каждый оглядывает свой участок леса, ведь с какого направления придет Дэймон, неизвестной.
И вот на поляну выскакивает огромный рыжий волк и кидается прямо на Мерседес. За ним появляются и остальные, и я едва ли не падаю в обморок. Начинает сущий кошмар, который не под силу выдержать простому человеку.
Оборотни рычат друг на друга, воют, скулят от боли, кажется, до меня доносился даже хруст переломанных костей. Внутри меня сейчас царил такой жуткий холод, что я начинала трястись. Хейден сильно обхватывает меня за плечи, и я вспоминаю, что нахожусь тут не одна. Но даже прикосновение родных рук не успокаивает меня.
Мерседес уже свернула шею одному волку Лугару, и похоже, она чертовски довольна собой. Тем временем Ланс пытается справиться с серым волком-противником, но выходит это у него слабо. Тогда на помощь приходит Рим, и они вместе выдирают куски мяса из плоти врага. Меня начинает тошнить от этой ужасной картины.
– Почему ты не вмешиваешься? – Слышу свой голос я, а Хейден лишь сильнее сжимает мои плечи. Мне хочется подтянуть колени к груди, но для меня это просто невозможно.
– Еще не время. – Его голос звучит сердито и очень настороженно. Он внимательно наблюдает за действиями на поляне, но действовать пока не собирается.
Тем временем Рейрей дает мощную оплеуху лапой серо-коричневому волку Лугару, от чего тот издает звериный вопль, разносящийся эхом по всему лесу. Противник прыгает на Рейрея, но он вовремя вворачивается, давай противнику безрезультатно приземлиться на землю. Рейрей начинает словно играться с волком, раздражая врага еще сильнее.
Ужасные звуки, которые доносятся до меня, заставляют морщится каждую секунду. Калет получила не слабый удар, из ее правого бока ручье начинает литься волчья кровь, но она не обращает на это совершенно никакого внимания.
Сторонников Дэймона становится все меньше, но я вижу, насколько измотана стая. Они из последних сил стараются дать отпор, но выходит у них это все хуже и хуже.
Я наблюдаю, как Джереми кидается на огромного черного волка, но тот в момент переворачивает его на землю и начинает душить. На помощь Альфе кидается Майк, но враг рывком отбрасывает его в ближайшее дерево, от чего вервольф скулит и болезненно дергается, лежа на земле. Тут то и наступает очередь Хейдена...
Рывком сорвавшись с места, он мчит к Джереми и волку, который так пытается уничтожить его. Я подозреваю, что это сам Дэймон. От мысли о том, что мой возлюбленный сейчас встанет на защиту Джереми перед самим Дэймоном, мне становится еще страшнее. Кажется, я уже никак не смогу совладать с этим ужасом внутри меня. Он разъедает изнутри, образовывая множество язв, не дающий успокоиться.
Джереми уже почти не дергается под тяжестью Дэймона. Воздух выходит из его легких, и Альфа приближается к тому страшному исходу, которого я так боялась. Мне хочется рвануть к ним и хоть чем-то помочь, но я понимаю, что сделаю только хуже. Да и могу ли я вообще сдвинуться с этого камня без ущерба для самой себя?
По мере приближения к ним Хейдена, я трясусь все сильнее и сильнее. И вот Далос подбегает сзади к огромному черному волку и резко сдавливает его бока, обхватив сильными руками. Дэймон поднимается на задние лапы, скулит, извивается, но Хейден крепко держит его, параллельно ломая ребра. Мне хочется закричать. От страха, от немощности, но в горле пересохло, и мне оставалось лишь неподвижно сидеть, наблюдая за происходящим.
Дэймон изворачивается в руках Хейдена. Джереми уже неподвижно лежит на земле. Стая кидается на помощь Далосу, ведь осталось уничтожить всего одного волка. Все его сторонники безжизненно лежат на поляне, словно в этом месте прошел своеобразный дождь волков.
Хейден с силой ударяет Дэймона по морде, но в следующий момент происходит то, чего не ожидал никто. Волк отбрасывает Далоса на несколько метро и замечает меня. Темные угольки его глаз пронзают меня насквозь хищным голодным взглядом, а я цепенею от страха. Вот тот момент, которого я так боялась. Мне не убежать от Дэймона.
Тем временем Хейден корчится на земле, его словно что-то ломает изнутри. Он кричит нечеловеческим голосом, и начинает происходить самое неожиданное и невероятное. Он обращается. Мой любимый человек обращается в волка, а я просто не в силах поверить в это.
И вот рядом с огромным черным волком предстает серый, таких же размеров, как Дэймон. Они смотрят на меня издалека, на мордах обоих читается желание убить меня.
Направляя невидящий взгляд на другой конец поляны посреди беспросветного леса, я снова вздрагиваю. Все 19 лет моей беззаботной жизни в момент пролетают перед глазами, а ведь еще недавно я была совсем малышкой. Кто же мог предположить, что даже на пороге вступления во взрослую жизнь я смогу здорово вляпаться в очередную передрягу.
Теплые карие глаза пристально наблюдают за мной. Это уже не те глаза, которые я так сильно смогла полюбить. Он жаждет убить меня. Убить, словно его мыслями управлял сейчас Дэймон. Мое тело вновь пробивает мелкая дрожь.
О самозащите и говорить не стоит. Я настолько немощна, что расправиться со мной двум вервольфам будет слишком просто. Если я применю силу, меня разорвут в момент на мелкие кусочки.
Адские создания продолжают впиваться в меня глазами. Хейден начинает медленно расхаживает из стороны в сторону, не отрывая от меня свирепого взгляда. Я чувствую себя птичкой в клетке, от которой вот-вот не останется и мокрого места.
Мое дыхание учащается, сердце начинает биться еще быстрее. Кажется, сейчас я потеряю сознание. Ну уж нет! Тогда это будет слишком легкая победа для него, а я еще хочу побороться за свою жизнь. Хотя и понимаю, что это бессмысленно.
Тени сгущались, над лесом царили тяжелые тучи, а ветер поднимался все сильнее. И я уже не понимала, от чего трясусь: от холода или страха.
Мерседес и Ланс, недолго думая, рывком кидаются сзади на Дэймона. Хейден уже было хотел прийти на помощь нашему врагу, но уже было поздно. Похоже, Мерседес очень удачно прикусила артерию Дэймона так, что тот больше не совершал ни единого движения. Бездыханная плоть черного волка валялась на поляне, как кусок мяса. Хейден протяжно взвывает, словно в знак скорби.
Я просто не верила тому, что происходило сейчас перед моими глазами. Хейден встал против стаи Рэйуолд. Он встал против меня. И сейчас, когда оборотни убили главного предводителя Лурагу, Далос кинулся ко мне. Оскалив зубы, рыча, он мчался через поляну прямо к моему камню, а меня уже парализовал страх изнутри. Казалось, будто сердце вот-вот остановится. В моем сознании навсегда отпечатался след изображения серого злобного волка, жаждущего убить меня, которого я полюбила.
Хейден остаются считанные метры до меня, как его резко валят на землю. Я узнаю Джереми. Он, в обличии волка, сильно прижимает Хейдена к земле, впиваясь в его шею, но, почему-то не убивая. Далось скулит, что есть мочи, извивается, стараясь скинуть с себя Альфу, но все его попытки тщетны. Джереми силен, важен, смел, а именно поэтому он – Альфа.
Еще пара мгновений, и Джереми слезает с Хейдена. На земле, без сил, без было злости и отваги, лежит Далос, еле-еле дыша. Глаза его чуть приоткрыты, конечности обездвижены, и, если бы он так коротко и прерывисто не дышал, я бы подумала, что он мертв. Только сейчас я ощущаю слезы, которые градом лились из моих глаз. Кажется, сейчас я упаду в обморок. Мое нервное сознание просто не в силах выдержать всего этого, однако я пережила весь кошмар.
Все позади. Дэймон мертв. Его соратники тоже. Однако одна проблема все же осталась – это Хейден. Как можно объяснить его обращение, и что с ним будет теперь. Я не могла мыслить рационально. Кажется, я бы даже не расстроилась, если бы он оказался мертв.
– Нужно отнести его к старейшинам, – произносит Джереми, оглядывая бездвижное тело Далоса. – Они помогут.
– Я отвезу Фиби домой, – говорит Калет. Голос ее звучит устало и измученно. Все они устали настолько, что даже представить себе трудно. – Ей сейчас тоже не помешает покой.
На этом оборотни и решают. Калет бежит к машине Хейдена, следом за ней идет Джереми, неся меня на руках. Я вдруг ощущаю то, что чувствовала к нему раньше. На руках оборотня мне становится спокойнее, а его тепло согревает меня, успокаивая бешенную тряску. Мои глаза слипаются, мне ужасно хочется спать.
Разместив меня на пассажирском сидении, Джереми заботливо пристегивает ремень и выжидающе смотрит на меня, словно подыскивает определенные слова в своей голове.
– Прости меня за все, Фиби, – его голос дрожит, а в глазах начинает блестеть отчаяние. – Ты столько пережила из-за меня, а я даже не находил в себе силы сказать тебе «прости». – В глазах снова становится влажно от его слов. Моя шаткая психика просто не выдержит такое количество напряжения. – Я обещаю, что отныне ты будешь в безопасности. – По выражению лица Джереми кажется, словно ему невыносимо больно говорить все это. – Ты начнешь жить полноценной жизнью. Я верю, что у тебя все будет еще лучше, чем было до всего этого кошмара. – Я уже чувствую, как по щекам начинают литься слезы, и вытираю их рукавом кофты. – Больше ты никогда не увидишь меня. Никогда не увидишь стаю.
Кажется, Джереми тоже разревется сейчас, но лицо его непоколебимо. Лишь глаза выдают истинный его настрой. Ему больно прощаться со мной. И я готова признать, что именно в этот момент вся моя ненависть к оборотням куда-то улетучилась.
– Просто знай, что... – Он запинается. – Я любил тебя, Фиби. Своеобразно, трусливо, но любил. Я боялся признаться в этом самому себе, но сейчас я понимаю это, как никогда раньше. Мне не хватало смелости ни на что, и, Господи, как же сильно я жалею об этом!
Я не в силах остановить свой поток слез. Его слова словно лезвие по моему сердцу. Я не могу вытерпеть это.
– Я боялся, что ты испугаешься, – продолжает Джереми дрожащим голосом. – Боялся, что отвергнешь меня. Какому же человеку захочется существовать среди самых опасных хищников. И я буду винить себя во всем, что случилось с тобой, до конца своих дней. Это будет страшным мучением, ведь живет вервольф долго, но это будет наказание за то, чему я подверг тебя. Прощай, наша храбрая малышка! Я верю, что у тебя все будет хорошо.
С этими слова Джереми захлопывает дверь и на всех парах летит к стае, которая уже подняла Хейдена с земли. Он даже не дал мне ответить ему. В груди неприятно щемит от рвущихся наружу слез, и я не сдерживаю себя. Калет заводит машину.
Все время, пока мы мчим до дома, я не могу успокоиться. Волчица не произносит ни слова, и эта напряженная тишина давит на меня еще сильнее.
Все закончилось, ушло навсегда и больше никогда не повториться. Время подводить итоговую черту.