Неоправданный риск

Штат Мичиган. Энн-Арбор

5 сентября. Понедельник

Воскресенье выдалось одним из самых тяжелых для меня. Смириться с мыслью, что я несколько раз разговаривала с оборотнем, лицом к лицу находилась со своей смертью, мне конечно не удавалось. И я не понимала, чего мне хотелось больше: забыть все это как страшный сон или заявится к Джереми и сказать, что я все знаю. Ни на что из этого у меня не хватало сил. Я не знала, что делать, запуталась в собственных мыслях и просто не позволяла себе забыть об этом.

Понедельник. Начало новой недели, и я уже изрядно устала на первой паре. Моя рассеянность не давала спокойно слушать лекции профессора, и я снова провела полтора часа без пользы для себя. Старый снимок оборотней покоился в числе последних страниц моего блока на случай, если при очередной встрече с Джереми я все же решу обвинить его в ликантропии. Хотя, у него явно не психическая болезнь. Он оборотень. Самый настоящий оборотень, пусть я и никогда не видела его в обличии волка.

На паре фотографики ко мне подсаживается Джексон. Я не видела его с того самого нелепого случая, когда он пьяный завалился ко мне в комнату. Признаться, я и сейчас не рада его видеть.

— Привет, Фиби! — Бормочет парень, складывая перед собой руки в замок. Мне даже не хочется поднимать на него взгляд.

Я сдержанно киваю в ответ, отвечая на его приветствие, и продолжаю делать вид, что мне очень интересно читать конспекты в своем блоке.

— Я хотел извиниться за свою выходку, — вздыхает Джексон, — мне безумно стыдно!

Как заставить его слинять отсюда в считанные секунды? Общество Моргана мне крайне неприятно теперь.

— Ничего, — мямлю я, так и не удосужившись поднять на парня взгляд. Я готова отдать миллион, лишь бы он прямо сейчас отсел от меня.

— Могу я загладить свою вину походом в кино или вкусным пирожным из кофейни?

От его сладости в голосе меня начинает тошнить.

— Извини, у меня другие планы,— лгу я. Хоть в этот раз это ложь во имя моего блага.

Даже не смотря на парня могу предположить, что он расстроен моими словами. Жаль, но утешить его я не могу ничем.

— Планы с Блэйком?— Хрипит Джексон, и я в момент напрягаюсь. Опять он об этом.

Я тяжело вздыхаю, закрывая конспекты, и, наконец, поднимаю на Моргана глаза. На его лице ревность и злость, с которыми он не в силах совладать.

— Какое тебе дело, Джекс?

Он багровеет.

— Значит, я не ошибся?

Я закатываю глаза.

— Мне кажется, тебе уже пора,— говорю я, невидящем взглядом смотря впереди себя.— Скоро придет профессор.

Даже не смотря на парня я могу догадаться, что сейчас он пыхтит и краснеет от злости. Джексон словно хочет сказать мне что-то в ответ, но в последний момент вскакивает и несется к выходу из аудитории. Несколько зевак смотрят ему в след, гадая, к чему такая спешка.

Я с силой выпускаю из груди воздух, качая головой. И с чего у Джексона вдруг появилась такая ревность? Идет всего вторая неделя в Энн-Арбор, а мне уже невыносимо хочется вернуться в школу Вирджинии.

В аудитории появляется профессор Коул. Начинается занятие.

Во время ланча я решаю сегодня все же перекусить. Встретившись с Бриджит после второй пары, мы идем прямиком в столовую.

— Я ведь так и не спросила у тебя, как прошло свидание с Диком в субботу? — Начинаю разговор я, засунув руки в карманы толстовки. Да уж, теплых кофт у меня навалом, а вот что-то женственное отыскать очень сложно. — Была слишком погружена в себя.

— Потрясно! — Восклицает подруга, всплескивая руками. — Ему очень понравились мои обновки. А про "погружена в себя" это ты точно подметила. С тобой ничего не случилось?

Случилось. Я сошла с ума.

— Нет, — буркнула в ответ я.

— Ты, я знаю, тоже не скучала, — с насмешкой произносит Бридж, а я недовольно закатываю глаза. Разумеется, слухи здесь расползаются быстрее, чем тараканы.

— Субботний вечер определенно войдет в список худших.

Подруга усмехается, как это обычно бывает, когда я влипаю в какие-нибудь передряги. У меня просто нюх на неприятности.

— Джексон был очень пьян? — Теперь в ее голосе некое сочувствие. Да неужели!

Я поджимаю губы.

— Это мягко сказано.

Мы заходим в столовую. Это первый раз, когда я посещаю столовую университета. Признаться, я ожидала увидеть скудные стены, выкрашенные в зеленый, старые деревянные столы, прилавок с просроченными полуфабрикатами и тучную женщину за кассой в большом белом колпаке. Однако здесь все довольно уютно. Напоминает столовую из знаменитых американских фильмов про подростков.

— Но я также знаю, что не только Джекс стал твоим гостем, — загадочно улыбается Бриджит, а затем поворачивается к прилавку, чтобы заказать обед.— Две итальянских пасты и салат.

Я не возражаю заказу подруги, но вот первая часть ее обращения заставляет меня задуматься. Не только Джекс? Точно! Джереми!

— Блэйк заходил ненадолго, — мямлю я, доставая для нас две бутылочки охлажденного апельсинового сока. У меня буквально текут слюнки! Буду приходить в столовую почаще.

— Вы хорошо общаетесь, я погляжу,— снова эта загадочная улыбка и издевательский тон.

Мы проходим за свободный столик и принимаемся за еду.

— Не то что бы хорошо... — Я хмурюсь. Теперь наше общение сократится практически до нуля.

— Почему мне кажется, что ты что-то недоговариваешь, — говорит Бридж, наматывая пасту на вилку. А вот у меня совсем пропал аппетит от разговора о Джереми. В голове снова пляшут картинки огромных волков. Пора к психиатру.

— Мне нечего скрывать от тебя, ты же знаешь, — отвечаю я, делая большой глоток сока. Звучит мой голос крайне неуверенно.

Однако Бриджит не начинает снова спорить. Мы переходим к более приятным темам, а про персону Блэйка я и вовсе стараюсь забыть. Выходит это, конечно, плохо, но у меня нет другого выбора, кроме как смериться и начать избегать. Так будет безопаснее для меня же.

После ланча у нас по расписанию французский. На это паре я сижу с Бриджит, чему несказанно рада. Это убережет меня от новых нежелательных знакомств.

Четыре пары с непривычки — просто мучение, и я с трудом отсиживаю последнее занятие у мистера Зилера по политографии. Собрать в кучу всю внимательность и работоспособность у меня не получается. Все полтора часа я вырисовывала причудливые узоры на последних страницах тетрадного блока. Осознание того, что старая фотография оборотней все еще находится у меня, не давало покоя. И зачем только я взяла ее с собой? Ах да, точно! Вчера Бриджит застала меня за ее рассмотрением, и мне пришлось соврать, что это необходимый материал для лекций. А чтобы подруга уж точно "случайно" не увидела снимок, я запихнула его в первое попавшееся место — блок.

Мои желания полностью перепутались, образуя один несуразный ком. Я до сих пор не могла понять, чего хотела больше: забыть все как кошмар или взглянуть в глаза своему страху, то есть Джереми. И все же больше я склонялась к первому. Инстинкт самосохранения работал сейчас на все сто. Если бы даже очень захотела, я бы все равно не смогла заставить себя поговорить с Джереми.

Наконец окончание четвертой пары. Все студенты с радостными воплями спешат выбежать из университета и заняться своими делами. На выходе из аудитории меня едва не сносит с ног одногруппник.

Оказавшись на улице, я недовольно поеживаюсь, обхватывая себя руками. Пора доставать кожаную куртку. Вновь погрузившись в себя, я следую к общежитию, мысленно радуясь, что живу не так далеко от вуза. В такие прохладные дни долгая прогулка без должной одежды может привести к болезням.

Мое внимание привлекает вкусный запах свежей выпечки, я вдыхаю полной грудью. Пекарня. Когда-то давно Гейл, папина экономка, каждый день пекла для нас с Теддом хлеб. Этот запах я узнаю из тысячи. Повернув голову влево, я замечаю маленький магазинчик, откуда доносится запах, и прямиком иду туда.

В момент, когда я захожу внутрь, запах становится еще сильнее, буквально сводя меня с ума. Витрины пестрят разнообразием выпечки: здесь и румяные ватрушки, и слойки с джемом, шоколадные и ванильные рулеты, малиновый пирог и еще много-много вкусностей. У меня просто разбегаются глаза. Закончив визуальную трапезу, я становлюсь в очередь за пожилым мужчиной, держащим на руках бассет-хаунда. Странно, что сюда пускают с собаками.

Отстояв самые долгие в моей жизни десять минут за грушевой слойкой, я выхожу из пекарни. На секунду оторвав глаза от своего лакомства, я встречаюсь взглядом с Джереми, который вальяжно вышагивает в мою сторону. Мне становится страшно. Теперь я вижу перед собой не симпатичного парня, а опасного монстра. Первая мысль в голове: в какую сторону бежать? Но это было бы слишком глупо.

Снова опустив взгляд, я начинаю быстрым шагом идти к общежитию, моля Всевышнего, чтобы парень вдруг не решил позвать меня и остановиться поговорить.

— Привет! — Джереми словно из под земли вырастает, я едва не роняю слойку из рук. И как он догнал меня так быстро? Ах да, точно. Ведь сейчас рядом со мной не человек.

Я быстро начинаю выбирать в голове: поддержать беседу или бежать изо всех сил. Я разговариваю с волком. Самым настоящим волком в человеческом обличии. Таким волком, который хотел разорвать меня в лесу в день пикника. И если сейчас Джереми проявляет дружелюбие, то это не значит, что в следующую секунду он не превратится в самого опасного хищника.

— Извини, я не могу говорить, — бубню я, чтобы моя спешка не казалась слишком странной. — Увидимся позже!

Я наивно ускоряю шаг, сама понимая, что если Блэйк решит догнать меня, он сможет сделать это в два счета. Однако парень так не поступает, что позволяет мне спокойно выдохнуть. Почти галопом я мчусь в свою комнату, а оказавшись внутри, запираю дверь и в бессилии облокачиваюсь на нее спиной, запрокинув голову. Признаться, убегать от Блэйка мне не хотелось. Пройтись до общежития в компании с ним — определенно одно из моих неисчерпаемых желаний. Опасения. Вот что мучает мое самосохранение.

Бриджит дома нет. Моя безбашенная подруга, наверняка, опять проводит время с Диком. Хоть я и не имею ничего против парня, но ведь такое частое совместное времяпровождение тоже может не привести ни к чему хорошему. Интересно, как бы я вела себя на ее месте? Да откуда мне знать? Отношения у меня были всего один раз в десятом классе. Мой парень был слишком зажатым и совершенно ужасно целовался, каждый раз приходилось вытирать подбородок. Фиби Грей — вечная победительница абсолютно во всем.

Переодевшись в ласины и старую майку, я достаю из рюкзака все обрывки листочков: на одном из них должна быть записана тема реферата по пропедевтике, основам композиций. Пора становится организованнее, и завести хотя бы ежедневник для всех посторонних записей.

Открыв интернет, я жду, пока загрузится поисковая страница, закрывая все всплывающие окна. По традиции первым дело конечно же открываю почту. Там письмо от Тедда. Он прислал его еще вчера.

От кого: Теодор Грей

Тема: Визит

Дата: 04.09., 17:21

Кому: Фиби Грей

На следующих выходных я лечу к тебе, Грей! Мы с отцом снимем номер в гостинице и проведем с тобой семейный уикенд. Как тебе такая новость? Ах да! Совсем забыл. Привет!

Теодор Грей

От прочитанного на лице в миг расползается широкая улыбка. Я наконец встречусь со своей семьей в полном составе! Хотя, можно ли считать его полным? Интересно, как там мама? Может, стоит позвонить ей?

От кого: Фиби Грей

Тема: Визит

Дата: 05.09., 17:03

Кому: Теодор Грей

Это потрясающая новость, Тедди! Хоть одна радость за весь скучный будний день. Понедельник... Разве может быть что-то хуже? Меня уже утомили лекции на первой паре сегодня, хотя может дело в том, что я очень плохо спала. И как я только поднялась с кровати? С нетерпением жду вас с папой! Ах да! Привет!

Фиби Грей

Неуверенна в том, что братец прям сразу ответит на мой емэйл, поэтому решаю позвонить маме. Большой палец несколько секунд трясется над клавишей "вызов", я пытаюсь преодолеть все свои сомнения. Эта идея совсем не кажется мне блестящей, но я так давно не разговаривала с мамой. Вдруг она переживает за меня? Скучает? Все же нужно позвонить.

Один гудок. Второй. Третий. Моя нервозность все растет и растет.

— Анастейша Берн, — внезапно звучит в трубке, — я вас слушаю.

У меня трясутся руки. Такой знакомый голос пробирает до глубины души. Я вдруг осознаю, что правда скучала по матери.

— Мама, это я! Фиби! — Начинаю тараторить я, сама не понимая: радуюсь я или паникую. — Как твои дела? Представляешь, сегодня...

Меня перебивают:

— Простите, мы не знакомы.

И вешают трубку.

Меня трясет, а на глазах наворачиваются слезы. Что это было? Моя родная мать только что так легко отмахнулась от меня, сказав, что мы не знакомы. Старая обида вновь начинает разрастаться в груди, задавливая всей болью, которую она несет. Мама и вовсе забыла про меня. Или просто делает вид, что забыла? В любом случае, это ужасно неприятно. Я снова сделала шаг ей навстречу и снова оказалась ни с чем. Ты не учишься на своих ошибках, Фиби!

Стараясь выбросить из головы этот нелепый звонок, я с головой ухожу в учебу. Ответа от Теодора так и нет, и я вовсе перестаю его ждать, погрузившись в пропедевтику. Это отвлекает. Очень хорошо отвлекает.

За окном становится все темнее, и вот я уже просто ломаю глаза об компьютер. Голова разрывается от переизбытка информации. Я решаю, что на сегодня нужно закончить. Продолжу завтра. В конце концов до защиты у меня есть еще целая неделя. Вообще в самом начале обучения редко кто из преподавателей уже дает рефераты, но наш профессор считает, что это лучший способ усвоить информацию. Прошло уже два с половиной часа. Кошмар!

В комнату кто-то стучится, и я поднимаюсь, чтобы открыть дверь.

— Ты решила запереться? — Со смятением в голосе произносит Бриджит, выгнув одну бровь. Она проходит в комнату, сбрасывая с плеч зеленую куртку, которая раза в два больше нее. Что-то я не помню таких вещей в гардеробе у подруги.

— Вдруг кто-нибудь, вроде Джексона, снова напьется и решит завалится ко мне в комнату? — Подшучиваю я, захлопывая крышку ноутбука. — Не думаю, что Айза вновь будет рада помочь мне. Кстати, — я киваю на ее куртку, — обновки в гардеробе? Ты решила сменить стиль?

Бриджит закатывает глаза.

— Очень смешно, Грей!

— Я поняла, ты просто решила потихоньку начинать отбирать вещи у Дика.

— Да ты в ударе, Фиби! — Язвительным тоном произносит подруга и, захватив полотенце, следует в душ.

Я вновь остаюсь одна в комнате. Забравшись с ногами на кровать, я снова вспоминаю этот неудачный звонок матери. Эту ее выходку я вряд ли смогу так просто забыть. Если раньше мы могли лишь перебрасываться колкими фразами, то сейчас она просто напросто признала то, что дочери по имени Фиби у нее точно нет. Есть только одна холеная и лелеянная Тереза. Хотя, эта стерва тоже сейчас в Мичигане. Мне вдруг становится жутко интересно, что произошло в семье. Уверена, я очень многого не знаю.

— Кстати, Грей! — Дверь резко распахивается, и Бридж просовывает голову в комнату. Я аж подпрыгиваю от неожиданности. — На улице тебя ждет... — Она словно вспоминает что-то. — Джереми. Он просил, чтобы ты спустилась. — И с этими словами подруга вновь исчезает за дверью.

Меня передергивает. Я мешкаюсь, решая, как сейчас поступить: на свой страх и риск спустится к волку или послушать мое колеблющееся состояние и остаться в комнате. И пусть какая-то доля сомнений все же присутствует в моей больной голове, я все равно выберу второе. Я должна окончательно избавится от этих навязчивых мыслей об оборотнях и прочей чепухи, которая с этим связана.

Нет. Я не пойду к нему. Это мое окончательное и бесповоротное решение.

Переодевшись в пижамный костюм, я достаю из чемодана свою потрепанную книгу "Унесенные ветром". Кстати, как будет время, нужно будет вытащить все оставшееся.

Скарлетт О'Хара не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет, если они, подобно близнецам Тарлтонам, становились жертвами ее чар. Очень уж причудливо сочетались в ее лице утонченные черты матери — местной аристократки французского происхождения — и крупные, выразительные черты отца — пышущего здоровьем ирландца.

Я вчитывалась в эти строки, проводя невидимую параллель с собой. Я ведь тоже не красавица, не отличаюсь гипер-привлекательной внешностью от основной массы девушек. Однако Скарлетт привлекала мужчин, а мне почему-то все время встречаются не те.

Я вновь задумалась об отношениях. Как бы прекрасна ни была жизнь в одиночестве, какого-то тепла и поддержки со стороны противоположного пола мне все равно не хватает. Смотря на счастливое лицо Бриджит, когда она приходит с очередного свидания, я завидую ей. У меня друзей то было всегда очень мало, что уж говорить о мальчишках.

От книги меня отрывает моя неугомонная подруга, влетающая в комнату словно вихрь и вытирающая по пути мокрые волосы полотенцем.

— Ты уже пришла от Джереми? — С явным удивлением в голосе спрашивает Бри.

Я выдерживаю паузу, осмысляя ее вопрос. Если я скажу, что никуда не пошла, она снова засыплет меня упреками.

— Да, он очень торопился, — мой голос запинается, и я уже предвкушаю, что подруга поймает меня на вранье.

— А зачем он приходил?

Я поджимаю губы, стараясь подобрать для Бридж подходящий ответ. Сейчас я сама же закопаюсь в своем обмане.

— Меньше вопрос, Бриджит, — я мотаю головой, снова опуская взгляд в книгу.

Подруга лукаво усмехается, прыгая на кровать рядом со мной.

— У малышки Грей появился молодой человек? — Она заливается смехом, увидев мое раскрасневшееся лицо. Ох, Бриджит, если бы я могла рассказать тебе все, как есть.

— Не говори ерунды.

— Ты становишься похожа на большой помидор, когда речь заходит о Джереми. Я это уже ни раз замечала.

Я вздыхаю. А ведь она права.

— Нет, просто у тебя слишком бурное воображение, — отговариваюсь я.

— Ладно, Фиби, расслабься! Иначе раскраснеешься еще сильнее. — Она снова смеется надо мной, а я недовольно цокаю языком. — Забудь наконец о своих книжках! — Бриджит забирает у меня "Унесенные ветром", закрывает книгу и кладет ее на прикроватный столик. — Это совсем не то, что нужно для отдыха в вечер понедельника. Давай закажем пиццу и посмотрим какую-нибудь комедию.

Энтузиазму Бриджит нет предела, и я, конечно же, сдаюсь под ее напором. Наш вечер проходит в теплой дружеской обстановке. Я, правда, забываю все сумасшествие, которое происходило днем, и позволяю себе отдохнуть.

***

Штат Мичиган. Энн-Арбор

6 сентября. Вторник

Будильник Бриджит будит нас обоих. Я невольно ворчу во сне, с головой закутываясь в одеяло: ненавистный звук неприятно режет слух.

— Поднимайся, Фиби, нас ждет очередной скучный день, — мямлит подруга с другой кровати. Я слышу, как она зевает, потягиваясь в постели.

Мы просидели за просмотром фильмов до часу ночи, и сейчас "подняться с кровати" кажется невыполнимой задачей.

— Пожалуй, я просплю первую пару, — бормочу в ответ я, сомневаясь, что подруга услышит мой бубнеш в подушку.

— Ну уж нет! Мы поднимаемся прямо сейчас.

Трудом немыслимых усилий мы с Бриджит заставляем себя встать и сходить по очереди в душ. Горячие струи воды резко обжигают кожу, немного приводя в чувство. Сегодня я буду ходить овощем.

Когда я выхожу из душа, уже замечаю на крышке комода две чашки. Бриджит успела сварить горячий шоколад. Подруга у меня просто чудо! Быстро опустошив свою чашку, я принимаюсь за сборы рюкзака, который оставила раскрытым вчера вечером. Какая безалаберность, Грей!

— Мы даже не опаздываем, представляешь? — Изумляется Бридж, глядя на часы.

— Допивай быстрее, Бри. Нам пора выходить.

Погода сегодня на удивление теплая, но пасмурная. Над Энн-Арбор беспросветной пеленой нависают тяжелые серые облака, но вряд ли сегодня будет дождь. Вдыхая полной грудью, мы направляемся на занятия. Бриджит что-то тараторит рядом, но я почти ее не слушаю. Сегодня просто потрясающая погода. Как раз все, как я люблю.

— Кажется, это за тобой, — внезапно произносит подруга, и я испуганно отрываю глаза от асфальта.

Альфа.

Пронзительный взгляд блестящих карих глаз смотрит на меня с озадаченностью. Кажется, у меня снова неприятности.

— Не думаю, — лишь выстреливаю я. — Мало ли, куда он может направляться.

Вновь опустив глаза в асфальт, я молю всех Богов, чтобы Джереми просто прошел мимо, а не решил вдруг остановится и поболтать с нами.

Меня охватывает волнение, неприятная дрожь пробирает каждую мышцу. Сердце самовольно начинает новый раунд скоростных гонок, и я не в силах его унять.

— Доброе утро, Фиби! — Слышится низкий мужской голос. Такой знакомый и такой приятный.

Черт!

Беззвучно выругавшись, я нерешительно поднимаю голову и встречаюсь глазами с Альфой. Вот он. Во всей красе прямо передо мной. Он, как всегда, неотразим. У меня подкашиваются ноги.

— Привет, — произношу я на выдохе, словно это мои последние глотки воздуха.

Краем глаза замечаю загадочную улыбку Бриджит. Ох, только не это!

— Увидимся на занятиях, Фиби, — произносит она и, окинув нас озадаченным взглядом, уходит прочь. Меня ожидает немаленькая куча вопросов от подруги.

Мы остались с ним один на один. Я готова смотреть куда угодно, только не в волчьи глаза. Мне страшно, ведь я не знаю, что произойдет в следующий момент.

Мы молчим. Ни он, ни я не решаемся заговорить, и я нахожу самый прекрасный выход:

— Мне тоже пора бежать на пары.

Я уже было хотела обойти его, но внезапно сильная рука хватает меня чуть выше локтя и притягивает к себе. Я вздрагиваю. Мне больно, но я не решаюсь сказать об этом молодому человеку.

— Ты избегаешь меня? — Джереми произносит это так волнительно и сладко. У меня перехватывает дыхание.

Я туго сглатываю, не в сила сказать что-либо. Между нами вновь воздух заряжается электричеством, становится нечем дышать.

— Признайся в этом, Фиби, — Блэйк говорит это почти шепотом, но до меня едва доносится его голос. Этот дурман полностью овладевает моим сознанием.

Я аккуратно выбираюсь из его мертвой хватки, не прерывая визуального контакта. Он вглядывается в меня, словно пытается прочесть то, о чем я думаю. Но ведь ничего, кроме страха, он не увидит.

Скинув рюкзак с одного плеча, я расстегиваю "молнию" и выуживаю оттуда старый снимок, затем вручаю его Джереми. Парень напрягается. Его зрачки расширяются, а на челюсти начинают проступать желваки.

— Я все знаю, — выдыхаю я, пристально наблюдая за реакцией парня. С каждой минутой мне становится все страшнее и страшнее.

Джереми багровеет. Такого хода разговора он точно не ожидал.