°6°
Пока они шли, я рассматривал их в прибор ночного видения. «Знакомый» был неизменен — все та же уродливая шапка, из-под которой торчат какие-то лохмы, все та же нашлепка из пластыря на носу на поллица. Лицо второго видно не было, тот замотал его шарфом так, что были видны только глаза и кусок лба. Зрелище еще то — перспектива убивать их руками была отвратительно-привлекательной. Не хотелось бы подцепить что-то от этих тварей. «Бомжики» затащили баулы во двор. Я дал им пятнадцать минут, после чего пошел к ним в гости. Сейчас у меня волосы на загривке встают дыбом, но тогда была холодная уверенность в своих силах. «Я пришел забрать ваши жизни». Как я говорил, неосторожность губит.
Перемахнув через забор, я осмотрелся. Входная дверь в дом закрыта, но открыт лаз в подвал. Прибор ночного видения оказался очень полезной покупкой — на своем хобби я не экономлю. Уже на лестнице я почуял этот запах. Запах свернувшейся крови и гнилого мяса. В одной руке ПНВ, в другой пистолет; я спускался по крутым ступеням в подвал, готовый к выстрелу. Подвал оказался большим. Внутри были тела — то что от них осталось: и кости, и обрывки одежды, и куски мяса. И, поверьте, это были не животные. Хотя и людей тоже можно считать животными. Ещё там был один из бомжей. В ПНВ зрачки людей «отсвечивают», открытая диафрагма радужки дает инфракрасной подсветке отражаться от глазного дна. У него также отсвечивали зрачки глаз. Лицо было измазано чем-то черным, как это видно в ПНВ, но то, что он держал в руках, давало понять, в чем испачкано его лицо, и что он делал только что. Он дернулся в мою сторону. Сейчас я думаю, это был напарник моего «знакомого», судя по одежде. Лицо его раньше было скрыто шарфом. Неестественно широкий рот, острые неровные зубы. Таким я его и запомнил.