Глава 20. Новая жизнь.
- Я сейчас всё объясню, - Сказал папа, взяв меня за руку.
- Хорошо, я слушаю, - сказала я и почувствовала, как завязался ком в животе.
- Я давно хотел рассказать, но всё не удавалось... - отец положил мне руки на плечи и обнял со всей силы, как он это любил делать.
Я приобняла отца и чуть не разревелась.
- Папа, пожалуйста, расскажи мне обо всём, я совсем запуталась! - еле сдерживаясь, сказала я.
Папа отодвинулся от меня и тихо проговорил:
- Это не правда. Тебе не понять.
Меня оглушил звук разбитого стекла. Я обернулась на звук и увидела, как мне в лицо летела очень маленькая свинцовая пуля. Папа быстро развернул меня за свою спину и получил пулю, прямо в область сердца. Он рухнул на пол и я открылась для второй пули, которая летела вслед за этой. Я почувствовала острую боль в области плеча. Кровь сочилась через одежду и я упала рядом с отцом.
***
Я открыла глаза. Передо мной была гигантская гора. На её вершине лежал снег, а вся гора была покрыта каменными выступами.
Крик совы раздался над головой. Снег засыпал всю видимую территорию. Кроме этой горы я ничего не смогла увидеть. На душе я чувствовала лёгкость и я думала, что могу просто взять и полететь. Душа трепетала. Я бегала босиком и в белом платье возле горы.
Явный полёт моей души прерывал крик совы. Наконец прислушавшись я узнала в этой сове мою сову.
Она села мне на плечо.
- Привет, а где я? - спросила я, глубоко вдыхая свежий воздух.
- Ты на грани. Между миром мёртвых и живых, - сказала она. У меня по всему телу пролежала дрожь. Руки похолодели и ком завязался в животе.
- К-как? - дрожа говорила я. - Неужели конец?
- Не знаю, даже, - задумалась сова.
- А как ты здесь оказалась? - мой рассудок начинал затуманиваться и становилось всё страшнее с каждой секундой. Я никогда раньше не задумывалось о том, что будет после смерти, о рае или аде, о Боге или о другой галиматье в которую я не особо то и верю. И сейчас когда я на грани между жизнью и смертью, я уже не знаю, что мне делать и не делать, во что мне верить и не верить.
- Я же твоя сущность, умрёшь ты, умру и я. Внимательнее надо было слушать Лэйза.
- Не напоминай, - вот о чём, о чём так о Лэйзе думать сейчас точно не хочется. Хотя я скучаю по нему.
Я посмотрела на плечо, и раны там уже не было.
Мне оставалось только ждать.
- Эмили... - чей-то голос позвал меня. Я обернулась на звук. Звук исходил из пустоты, усыпанной снегом. Я направилась по звуку.
- Эмили, стой! Тебя зовут в преисподнюю души умерших, не иди туда, - чирикала сова мне под ухо.
Я остановилась. Навстречу из темноты шли те люди, которые забирали нас из школы и как-то спасли.
- Королева Эмили, вы должны понять, что вам нельзя узнавать тайну о вашей матери. Это очень опасно. Мы ваши слуги, тёмные дворецкие, служащие верой и правдой вашей матери и вам. На вас сейчас ведётся охота со всех миров. В королевстве ведьм грядёт переломный момент - смена власти. Все хотят завладеть этим миром и вы сейчас под угрозой, - поведал мне человек в капюшоне.
- Но почему всё охотятся на меня, а не на Энни? - задала вопрос я, чувствуя, что начинает болеть голова.
- Этого я не могу вам сказать, прощайте вас ждут, рано вам ещё переходить в наш мир. - у меня сильно зазвинело в ушах и ужасная боль пронзала всё тело, как-будто много ножей одновременно впились в моё тело.
Я закричала от сильной боли. В глазах потемнело.
***
Я снова открыла глаза. У меня на животе лежал Лэйз и держал меня за руку, на противоположной стороне также лежал Леон, держа меня за руку. Оба они находились в "спящем режиме". Рядом на стуле спала Энни и Портерт. Все спали. Я не могла приподняться и даже не хотела, чтобы никого не разбудить.
От моей руки был проводок от капельницы и от специального прибора измеряющего пульс, давление и т.д.
Я хотела бы почесать нос, но мне так нравилось любоваться этой картиной. Я медленно вытащила свою руку из под руки Аллена и нежно дотронулась до волос Леона.
Когда он чуть-чуть пошевелился я испугалась, что разбудила его и убрала руку на своё плечо, что так ныло от боли. Не много кряхтя, я дотронулась до раны, как оказалось рана была чуть выше сердца.
Я взглянула на время и поняла почему мои друзья спят, было уже три часа ночи.
Я решила осмотреть комнату и мой взгляд упал на чёрную рамку с чёрной ленточкой на тумбе возле моей койки. Там было фото моего отца. Что-то защемило в груди и захотелось рыдать. Я любила отца, как и любая другая дочь.
Всё же всем известен факт, что дочери любят больше отцов, а сыновья тянутся больше к матерям. Любая дочь восхищается отцом и ставит его на место Бога, какого-то божества и когда теряют свой идеал переживают эту потерю довольно болезненно.
Я не по-своей воле сжала руку, чтобы удержать слёзы, и от моих сдавливаний руки Леона, парень проснулся.
- Эмили слава Богу ты очнулась, - прошептал парень и тихонько обнял меня.
- Леон, - с радостью и нежностью прошептала я.
- Знаешь, если хочешь выплакаться моё плечо всегда для тебя, - парень провёл рукой по моим волосам.
Я потянулась к Леону и обхватила его руками, не желая отпускать. Я положила голову ему на плечо и тихонько плакала, пока всё спят, парень же гладил меня по спине и волосам, издавая минимум движений и шорохов.
***
Я и не заметила, как уснула. Проснулась я в этот раз уже в двенадцать утра. В моей палате никого не было, все были на уроках. Абсолютная тишина меня напрягала. Я села и взяла в руки ту самую рамку. Я тёрла это фото пальцем и мысленно проклинала себя за всё, что я ему говорила и делала.
***
- Эмили, - голос отца меня позвал и я подошла к зеркалу. В зеркале стоял мой отец. - Не грусти, если будешь жить и грустить, то я зря потратил свою жизнь ради твоей. Прошу живи и не скучай, скоро ты встретишь свою мать и всё поймёшь.
***
Я проснулась. Это был сон. Но я всё же поняла. Уже было три часа дня. Я по-прежнему была привязана капельницей к кровати, а так хотелось походить, так ноги затекли.
В дверь кто-то постучал. Дверь со скрипом открылась и в комнату зашёл Леон.
- Привет, - с нежной улыбкой прошёл в комнату он.
- Привет, - ответила я своей лучезарной улыбкой. - А где все?
- У них дополнительные занятия. Как ты себя чувствуешь?
- Как я устала лежать... - причитала я.
- Ну мы это исправим!
Парень вытащил капельницу и все остальные провода и иголки. Отодвинул одеяло и положил меня к себе на плечо.
- Эй, отпусти! - визжяла я и барабанила его по плечу. Я конечно была не против, но хотелось пройтись своими ногами.
- Да ладно тебе, - посмеялся над моим нелепым поведением Леон.