Другая Малфой

— Мисс Малфой! Вам пора вставать!
Я резко распахнула глаза. Пробуждение пришло внезапно, в виде эльфа-домовика, стоявшего рядом с кроватью.
– Да Добби, доброе утро, - не совсем искренне ответила я. Добрым это (как и любое другое) утро никак не назовёшь.
Поставив ноги на мраморный пол и отметив, что он очень холодный, я отправилась в ванную, попутно проклиная всё и всех на свете, включая того странного человека, который придумал утреннее пробуждение.
Собственно, так начиналось абсолютно каждое утро.
Прозвучит странно, но в своей семье, я всегда чувствовала себя несколько неуютно. С самого детства в Малфой-мэноре мне приходилось терпеть подколы старшего брата Люциуса и отсутствие любви и заботы со стороны родителей.
Летние каникулы, которые для учеников Хогвартса были замечательным временем, чтобы отдохнуть и пообщаться с любимой семьёй (каждый раз, когда кто-то говорил об этом, я скептически хмыкала), подошли к концу, и теперь меня ждало весьма долгое путешествие по просторам Англии на алло-золотом Хогвартс-экспрессе.

В купе, которое находилось в самом конце состава, заглянула девочка. Её длинные светлые волосы водопадом ниспадали на плечи, и я с лёгкостью могла бы назвать её красавицей.
– Ой, Кас! - блондинка налетела на меня с жарким объятиями, на которые я не менее страстно ответила. Марлин МакКинон – пятикурсница Грииффиндора, а вместе с тем моя однокурсница и лучшая подруга.
Вслед за Марлин, которая радостно втащила в купе свой чемодан, в дверях показалась Лили Эванс – необычайно умная девушка с рыжими волосами и милыми зелёными глазами, в которых светилась чуть ли не наивная детская радость.
– Ооо, мне нужно столько всего вам рассказать! - воодушевленно начала Марлин, – Столько всего интересного произошло за каникулы!
– Уверена, что твои самые яркие воспоминания связаны исключительно с парнями, - саркастически заметила я, перебрасывая за спину темные волосы, едва касающиеся лопаток.
Моё предположения оказались абсолютно верны – за лето Марлин начала встречаться с Сириусом Блэком – красивым пятикурсником Грииффиндора. Красивым его, а так же мародеров, состоящих из Сириуса, Римуса Люпина, Джеймса Поттера и Питера Петтегрю, считали все, однако это магия как-то прошла стороной нас с Лили. Раньше вместе с нами против великой обаятельности Блэка выступала и Марлин, но она «Поддалась на чары его невероятных волос».

Очередное утро, однако сегодня оно отмечено некой приятной особенностью – родительский дом сменился Хогвартсом. Утренние сборы сопровождались неустанными обсуждениями привлекательности мальчиков, шкалу которых (по мнению Марлин) возглавил Сириус.
Блэк, поправила я про себя. Исключительно Блэк, и не более. Крайне наглый и заносчивый, что вообще нашла в нём МакКиннон?
– Школьная форма просто ужасна, - пробормотала я, решительно отбрасывая юбку и серый свитер в сторону и притягивая к себе чёрные джинсы.
– МакГонаголл тебя убьёт, - констатировала Лили, чем особо не задела меня.
– По сути, она ничего не сможет мне сказать, ибо джинсы чёрные, а специально для неё я надену рубашку, к тому же мы ходим в мантиях – не факт что она вообще увидит мои ноги.
Лили неопределённо пожала плечами. Проявлялась именно та её натура, которая меня крайне раздражала – чрезмерное соблюдение правил.
– Марлин, - я повернулась к девушке, которая, очевидно, вспоминала самые лучшие часы, проведённые наедине с любовью всей её жизни, – Что ты думаешь насчёт того, чтобы мне попробовать себя в квиддиче?
– А? - переспросила она, вернувшись из забвения, – Да, Дамблдор же говорил что отборочные назначат позже. Вчера на пиру, помнишь?
Я старательно напрягла память и сделала вид, что поняла о чем она говорит.

Раздача расписания прошла также, как и в предыдущих годах обучения. Профессор МакГонаголл («Что это вы напялили на себя, мисс Малфой?!») проходила между столами Большого зала и раздавала индивидуальные списки уроков. Нужно отметить, что у нас с Марлин расписания удивительным образом совпадали. А вот Лили ко всем основным предметам на третьем курсе (по одной ей понятным причинам) добавила магловедение, нумерологию и прорицания. И хотя последний предмет она, мягко говоря, недолюбливала, долг старосты и лучшей ученицы на курсе не позволял ей бросить его изучение.
Я пробежала глазами по расписанию. Ну и денёк, ничего не скажешь. Первым зельеварение, совмещенное со Слизерином, затем Заклинания, я после обеда Трансфигурация и Защита от тёмных искусств. В конце расписания маленькими буковками было выведено:

Испытания для желающих попасть в команду факультета по квиддичу назначены на 07.09. В 11.00 просьба быть на поле.

Это означало, что теперь у пеня есть планы на первую субботу семестра. А жаль, было бы не плохо посвятить выходной себе, или, к примеру, домашним заданиям, которые, в чем я не сомневаюсь, гораздо увеличатся в размере из-за сдачи СОВ в этом году.
К Марлин неторопливой походкой подошёл Сириус Блэк.
– Привет, Марли, - ослепительно улыбнулся он девушке, а затем перевёл взгляд на меня, что стало некоторой неожиданностью, ибо раньше такого никогда не случалось.
– Если я не ошибаюсь, ты – Кассиопея Малфой? - поинтересовался он.
– Неужели за пять лет совместного обучения ты всё таки запомнил моё имя? - холодно осведомилась я.
Он взлохматил волосы, что, по его мнению выглядело привлекательно, а на деле просто смешно, и с улыбкой сказал:
– До меня дошли слухи, - парень глянул на Марлин, – что никто иной, как ты хочет попасть в команду по квиддичу. Так вот, Касси, можешь даже не пытаться. Я нисколько не сомневаюсь, что летаешь ты хуже мешка с картошкой, а это что нибудь да значит.
– Какая потрясающая речь! - наигранно восхитилась я, – Долго готовил?
– Не советую флиртовать со мной, Малфой. Не выйдет.
Я рассмеялась и гордо (по крайней мере мне так показалось) вышла из зала. Кто он вообще такой, чтобы так высказываться?! Между прочим, я лет с восьми тайком летаю на метле брата, так что нисколько не сомневаюсь в своём успехе.
Я настолько глубоко задумалась, представляя как через несколько дней снова взлечу и поражу всех, включая этого заносчивого Блэка, что не заметила как врезалась в довольно высокого человека, который, очевидно, тоже не сильно следил за дорогой. Моя сумка благополучно отделилась от меня и, прокатившись по полу, раскрылась, высыпав всё содержимое наружу.
– Ой! - воскликнул тот, в кого я врезалась. Это оказался парень, который был немного старше меня. И я, призывая на помощь все своё хладнокровие, отметила его невероятную красоту, – Мне так жаль! Извини, пожалуйста. Может помочь?
Я, совершенно сбитая с толку, неопределённое кивнула.
Он поднял мой учебник по Заклинаниям и передал мне. При этом незначительном жесте наши руки очень явственно соприкоснулись.
Я впервые взглянула ему прямо в глаза, которые оказались невероятно голубыми, как два глубоких и очаровательных озера.
– Спасибо, - весьма придушенным голосом отозвалась я.
Он посмотрел прямо на меня, отчего моё сердце перевернулось и провалилась куда то в район желудка.
– Я Энтони Джефф. Седьмой курс, Слизерин.
Он протянул мне ладонь и я, задержав дыхание протянула ему свою.
– К-Кассиопея Малфой. Я из пятого класса Гриффиндора, - запинаясь, чуть ли не прошептала я.
– Красивое имя, - улыбнулся он, – Извини, мне сейчас нужно идти. У тебя что первым?
– Зельеварение. А потом Заклинания. А у тебя? - произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал более менее ровно.
– Астрономия.
Разговор явно зашёл в тупик. Я увлечённо разглядывала ногти, пока наконец не пробормотала что то вроде:
– Мне нужно идти...
– Да, конечно, - спохватился Энтони, – Может... Пересечемся как нибудь ещё?
– Конечно! Тоесть... Гм, да. Это было бы замечательно, - отчаянно произнесла я.
– Ну тогда до встречи? - неуверенно улыбнулся он.
– Пока, - сказала я, не найдя более доброжелательного и вдохновенного ответа.
Стоит ли говорить, что на первый урок в этом году я благополучно опаздала. Совсем немного – я осторожно постучала в кабинет всего через пять минут после того, как прозвенел колокол, так что я абсолютно не понимаю, к чему весь этот шум, устроенный профессором Слизнортом. Он, обычно пребывавший в достаточно хорошем настроении, сегодня раскричался, увидев меня на пороге класса.
Не совсем вслушиваясь в его гневную тираду, я прошмыгнула на свое место рядом с Марлин, ловя на себе самодовольные взгляды Блэка и его неизменного друга Джеймса Поттера.
Через несколько весьма напряжённый минут блондинка, сидевшая рядом, украдкой передала мне скомканный кусочек пергамента.

Что с тобой случилось?

Я, в совершенном замешательстве нацарапала на обратной стороне ответ и бросила ей.

Ничего со мной не случилось.

Прочитав, она закатила глаза и что то старательно вывела на листке.

Не пытайся меня обмануть. У тебя точно что то случилось. Твоё лицо говорит всё за тебя.

Какая чушь. Я что, не в состоянии контролировать своё лицо?

Может уже расскажешь, что случилось?

Ничего не случилось. И перестань передавать записки, я сосредоточена на уроке.

Брось, ты вовсе не сосредоточена на уроке. Точнее ты сосредоточена совсем НЕ на уроке. Что с тобой произошло?

Ничего!

Давай рассказывай! Слушай, я все равно узнаю. Что, встретила какого то симпатичного парня и теперь придумываешь имена вашим детям?

Мар! Прекрати! Никаких имён я не придумываю!

Ага! Значит ты все таки встретила кого то! Вот ты и проговорилась. Колись, кто это был.

Никто. Я просто шла. И никого не встречала. Ой нет, сюда идёт Слизнорт. А нет, не сюда. Ха, вот тупица, никогда ничего не замечает. В общем...

–Мисс Малфой! Вы опаздываете на урок, а теперь передаёте записки подруге! - Слизнорт протянул руку, намереваясь взять клочок бумаги, но не успел. А вот Блэк, который совершенно некстати сидел сзади, перегнулся через парту и схватил бумажку.
– Никто, - прочёл он нарочито  писклявым голосом, – Я просто шла. И никого не встречала. Ой нет! - вскричал он, – Сюда идёт Слизнорт.
Учитель, шокированный такой наглостю, яростно сжал край парты.
– А нет, - продолжал парень, тоном неописуемого облегчения, – не сюда. Ха, вот тупица, никогда ничего не замечает.
По классу пробежал шепоток. Уверенна, кто то из сидевших здесь уже успех похоронить меня.
– ВЫСШАЯ СТЕПЕНЬ НАГЛОСТИ! - прокричал он, чего обычно не бывало, – ВЫ НЕПОЗВОЛИТЕЛЬНО СЕБЯ ВЕДЁТЕ!
Я опустила глаза, про себя отчаянно ненавидя и Блэка, и Слизнорта.

— Ну, как прошёл первый день? - заботливо поинтересовалась Лили, когда я, в апатийном состоянии лёгкой дипрессии смотрела в огонь, благополучно позабыв про сочинение по Истории магии.
– Отвратительно, - выдохнула я, отрываясь от чрезвычайно увлекательного созерцания языков пламени.
– Перестань, я уверена, что всё далеко не так плохо. Забудь про тот случай на зельях, кого это вообще волнует?
Я растерянно пожала плечами.
–Знаешь, ты права. Не считая того, что Слизнорт назначил отработку на первый выходной, на который у меня вообще то уже были планы, и если не обращать внимания на Блэка и его идиотских дружков, которые только и умеют что всё портить и ржать – все просто замечательно.
Лили вздохнула и осторожно произнесла:
– Я думаю...
Но узнать, что именно она думает, мне не удалось. В гостиную словно вихрь влетела Марлин и с разбега приземлилась на диван.
– Это ужасно! - воскликнула она, отчего на нас обернулись несколько голов, – Как он вообще себя терпит?!
– Может быть ты наконец перестанешь кричать и расскажешь, что случилось? - заинтриговано спросила я.
– Блэк случился, вот что!
– Спасибо за разъяснения, а можно немного конкретнее?
– Мы расстались, - лаконично ответила блондинка, – Он считает, что мы, видите ли «Слишком разные, а наши прямые параллельны»!
– Прекрати, я уверена, он одумается, - начала было Лили, но я её перебила:
– Одумается? Блэку нечем думать, не стоит возлагать больших надежд.
Лиои пожала плечами, а Марлин, равно вздохнув произнесла:
– Я иду спать. Если увидите его – передайте, что он самая последняя задница в мире!
Мы с Лили клятвенно заверели её, что последнее послание для парня непременно будет ему доставленно. Девушка направилась в спальню, а я вернулась к молчаливому наблюдению за огнём.
– Худший день за все пять лет, – сделала вывод я, обращаясь к Лиои.
– Может быть, завтра будет полегче? - резонно заметила та.
– Надеюсь. Я, пожалуй, пойду в спальню. Разбуди меня, когда закончиться сентябрь.