Забота.
Леви раздражало абсолютно всё. Он буквально ненавидел свою работу и то, чем ему приходилось заниматься последними годами. Он не смог убить звероподобного титана, от этого его буквально тошнило от себя. Как он мог так оплошать перед Эрвином?
Его уже не вернуть, а долг перед ним остался.
И вот сейчас, когда он находился так близко к звероподобному, он всё равно не мог его сейчас убить. Не те обстоятельства, не то время, не тот приказ.
Всё это знатно бесило Леви, отчего он был крайне взволнован и только мысли о Микасе могли успокоить его израненную душу.
Он представлял её чёткий, изящный профиль, по которому так скучал. Её нежный голос отдавался в голове лёгким воспоминанием.
В такие моменты Леви было куда тяжелее выбираться из своих мыслей в суровую реальность, где сейчас не было рядом Микасы.
* * *
-Ты превратил всех моих людей в титанов. Думаешь я тебе это прощу? -с ненавистью в голосе и глазах проговорил Леви, втыкая острый клинок в тело Зика.
-Я оказал им услугу. Лучше умереть, чем жить в таком мире. - ровно сказал Зик, уводя взгляд куда-то в сторону.
-Чёртов урод. - выругался Леви и всадил клинок ещё глубже.
Стоило Леви отвернуться и уйти в свои мысли, как Зик резко дёрнулся и яркая вспышка света, принёсшая за собой ударную волну отбросила Леви в сторону.
Единственное, что помнил Леви - это была боль. Она распространилась быстрой волной по всему телу, было сложно даже пошевелиться. Через пару мгновений в глазах всё окончательно заискрилось и потемнело.
* * *
-Леви? -тихо произнесла Микаса, увидев безжизненные глаза и мертвенно бледное лицо, которое было запачкано кровью.
Она быстро наклонилась к его груди, и с замиранием собственного сердца ждала характерный звук его. Оно всё ещё билось, хоть тихо и слабо, но всё ещё его грудь вздымалась вновь и вновь, отчего Микаса выдохнула.
По лицу потекли горячие слёзы, она крепко обняла его и прошептала:
-Всё будет хорошо, Леви. Всё будет хорошо... -она скорее успокаивала себя, ведь страшно переживала, что его сердце остановится в любую минуту.
Армин стоял как вкопанный, не зная что предложить делать первым. Нужно было срочно оказать помощь Леви, пока его сердце надрывно билось.
Подхватив остатки телеги, они аккуратно положили на дощечки Леви. Нужно было найти какой-то домик, где можно было укрыться от дождя и титанов, что могли появиться когда угодно.
Поиски подходящего убежища не заставили себя долго ждать. Они нашли небольшую избушку, которая не сильно уж и пострадала от набегов титанов.
оставив лошадей снаружи, они аккуратно перенесли Леви внутрь.
Микаса развела небольшой огонь и принялась осматривать раны Леви.
Лицо, руки, торс, всё пострадало достаточно сильно, чтобы Микаса едва сдержала свои слёзы от накатившейся на неё боли.
Но никто кроме неё не мог сейчас помочь Леви, поэтому она взяла себя в руки и принялась обрабатывать и зашивать его раны.
Кажется, левая рука была сломана, а на правой руке оторвало сразу две фаланги. Труднее всего Микасе пришлось с лицом Леви.
Красивое лицо и такое любимое было туго перебинтовано и Микаса с ужасом осознала, что увечий слишком много, его организм может не справиться с этим.
Вся надежда была на лекарство, которое она прихватила у Саши. Оно не раз выручало их, когда кто-то из солдат тяжело заболевал или получал слишком много ран, от чего начиналась сильная лихорадка.
Леви тоже лихорадило. Он буквально горел и был горячее, чем костерок, что Микаса разожгла ранее.
Нужно было как-то привести Леви в чувства, чтобы он смог выпить лекарство, но он был без сознания и не реагировал ни на что. Микаса сидела рядом и тихо плакала от безысходности.
Единственный в этом мире человек, которого она любила всем своим сердцем умирал на её глазах.