Синяя тюрьма: Реакции

Всё действия проходят в столовой.

Бачира -

В столовой стоял приятный гул — смех, звон посуды и аромат горячих булочек. Т/и держала в руках поднос, на котором стоял её любимый апельсиновый сок. Она искала свободный столик, как вдруг кто-то громко позвал её по имени.

— Т/и! Эй, сюда! — весело махал рукой Бачира, тот самый парень, который всегда улыбался и умудрялся заразить хорошим настроением даже самых хмурых.
Она повернулась слишком резко — и всё произошло в один миг. Стакан с соком качнулся, выскользнул из рук и... вылил всё содержимое прямо на белую футболку Бачиры.

— О боже! Прости! — ахнула Т/и, ставшая ярко-красной. — Я не хотела! Это случайно! Я...

Но Бачира засмеялся.

— Ну, теперь я пахну апельсинами. Может, это мой новый стиль? — подмигнул он. — Главное, ты не пострадала. А сока ещё нальём!

Т/и моргнула в удивлении, а потом, не выдержав, тоже рассмеялась. И, возможно, именно с этого липкого, апельсинового момента началась их настоящая дружба.

Чигири -

Столовая была, как всегда, шумной. Т/и пробиралась сквозь ряды столиков с подносом в руках. На нём стоял её любимый вишнёвый сок. Она старалась идти аккуратно, чтобы не расплескать ни капли.

В этот момент она заметила Чигири — высокого парня с длинными, аккуратно уложенными волосами. Он сидел в углу у окна, отгородившись от суеты наушниками и отрешённым видом. Его лицо, как всегда, казалось спокойным, почти холодным.

Она решила подойти — неясно зачем. Может, просто хотелось нарушить эту его неприступную тишину.

— Эй, Чиги... — начала Т/и и, сделав шаг вперёд, задела край стола.

Поднос качнулся.

Всё произошло за секунду: стакан с соком соскользнул и с предательским плюх вылил красную жидкость прямо на белую рубашку Чигири.

Он молча посмотрел вниз. Затем поднял глаза на Т/и. Ни крика, ни вздоха — только тихое, почти безэмоциональное:

— ...Серьёзно?

Т/и стояла, застыв, как статуя. Щёки горели, голос застрял где-то в горле.

— Прости. Я... это случайно. Я просто... — забормотала она, растерянно.

Чигири вздохнул и снял наушники.

— В следующий раз хотя бы чай. Он легче отстирывается, — пробормотал он, стряхивая капли с рукава.

И — вдруг — уголки его губ дрогнули. Чуть-чуть. Почти незаметно.

— Хотя... тебе идёт это виноватое лицо. Может, оно и стоило одной рубашки.

Т/и замерла, потом неожиданно рассмеялась. А Чигири вновь надел наушники, откинув волосы с лица, будто ничего и не было. Но за окном его отражение в стекле ясно показывало: он всё-таки улыбнулся. Чуть-чуть.

Исаги -

В столовой было людно, как всегда. Т/и ловко балансировала с подносом, на котором стояли булочка и большой стакан виноградного сока. Она оглядывалась в поисках свободного места и вдруг заметила знакомую фигуру — Исаги сидел у окна, помахивая ей рукой.

— Эй, Т/и! Идёшь ко мне? — его голос, как всегда, звучал дружелюбно и тепло.

Она улыбнулась и поспешила в его сторону, но... в спешке не заметила рюкзак, брошенный у чьих-то ног. Поднос качнулся, и в следующую секунду виноградный сок с плеском оказался на светло-серой кофте Исаги.

Тишина. Даже столовка на миг, казалось, стихла.

— О нет! — в панике воскликнула Т/и, поставив поднос на ближайший стол. — Прости, пожалуйста, я не заметила! Я... я всё испортила!

Исаги посмотрел на свою одежду, потом на неё. И... рассмеялся.

— Эй, всё нормально! Я сам не лучше — в прошлом месяце вылил молоко на Наги, он потом три дня пах, как хлопья, — сказал он, скомкав рукав в комок, чтобы не капало. — К тому же, теперь у меня есть повод постирать кофту. А то мама уже угрожала выбросить её.

Т/и покраснела, смущённо усмехнувшись.

— Я тебе куплю новый сок. Или... ну, хотя бы салфетки.

— Договорились. А заодно сядешь со мной? — он чуть наклонил голову и тепло улыбнулся. — Мне одному скучно есть, даже если я весь в сиропе.

Т/и кивнула, и они оба рассмеялись. И в тот момент, пока вокруг снова зашумела столовая, между ними что-то стало чуть ближе — может, благодаря случайному пятну, а может, из-за того, как просто с ним было быть собой.

Рин Итоши -

Столовая гудела, как улей. Т/и несла поднос с яблочным соком и сэндвичем, скользя взглядом по залу в поисках свободного места. И вдруг её взгляд зацепился за Рина — того самого парня, который был известен своей холодностью, непробиваемым взглядом и обострённым чувством собственного достоинства. Он сидел в одиночестве у окна, как всегда — отрешённый, с прямой спиной и книгой в руках.

Т/и набралась храбрости. Почему — и сама не знала. Может, из любопытства. Может, из упрямства. Или просто хотелось увидеть, каков он вне ледяной маски.

— Привет. Можно?.. — начала она, подходя.

Он даже не поднял глаз.

— Это что, допрос? — бросил он сухо.

От неожиданности Т/и сделала неловкий шаг — и поднос качнулся. Стакан с соком вылетел из рук и окатил Рина с головы до груди. Его идеально выглаженная чёрная форма теперь была липкой и золотисто-мокрой.

Повисла гробовая тишина.

Он медленно отложил книгу. Посмотрел на мокрую ткань. Потом — на неё.

— ...Ты хоть смотришь, куда идёшь? — холодный голос прорезал тишину, будто ножом.

— Я... извини! Я правда не хотела, это случайно, я просто...

— Случайно? — перебил он, вставая. Он надвис над ней, явно сдерживая раздражение. — Это одежда из Токио. Специальный пошив. Ты представляешь, сколько она стоит?

Т/и ощутила, как внутри сжалось. Она опустила глаза.

Но вдруг — он вздохнул. Глубоко. И устало.

— Ладно. Рвать голос из-за сока — это уже глупо, — бросил он и провёл рукой по мокрому плечу.

— Просто... не подходи ко мне с едой. Никогда.

Он уже развернулся, но вдруг остановился, не оборачиваясь.

— Хотя, если ты хотела привлечь моё внимание, это сработало.

И ушёл, оставив её с бешено стучащим сердцем и абсолютно непонятными эмоциями.

Саэ Итоши -

Т/и скользила между рядами столов с подносом в руках. На нём стоял персиковый сок и аккуратно завернутый обед. В шумной столовой все места были заняты — кроме одного.

За дальним столиком у окна сидел Саэ. Безупречно одетый, спина прямая, взгляд лениво направлен в экран телефона. Он был из тех, кто редко с кем разговаривал, а если и говорил — то так, будто делает одолжение.

Т/и внутренне поморщилась — не лучший вариант, но выбора не было.

— Привет. Можно тут сесть? — вежливо спросила она.

Саэ поднял глаза на долю секунды. Взгляд оценивающий, равнодушный.

— Это общественное место. Я же не могу запретить, да? — сказал он, голос ровный, с лёгким презрительным оттенком.

Т/и приподняла бровь, но всё же села. Однако, стоило ей поставить поднос, как её рука задела край стакана.

Сок с тихим всплеском разлился прямо на колени Саэ.

Он замер. Медленно отодвинулся от стола, глядя на влажную ткань своих идеально выглаженных брюк.

— ...Ты серьёзно?

Т/и в ужасе подскочила.

— Я-извини! Это случайно, я правда не хотела! Дай, я вытру — подожди, у меня есть салфетки—

— Не трогай, — отрезал он. Его голос был мягкий, но такой холодный, что ей стало ещё хуже. — Я ношу вещи, которые стоят дороже твоего телефона.

Она онемела, не зная, что сказать. Он встал, поправил волосы, бросил короткий взгляд.

— Ты — хаос. Ты даже с подносом не можешь справиться.

Он уже хотел уйти, но задержался, глядя на её растерянное лицо. И, вдруг, уголки его губ слегка дрогнули.

— Хотя, должен признать... ты не скучная. Встретимся ещё — только, пожалуйста, без напитков.

Саэ неспешно удалился, оставив после себя лёгкий запах парфюма, персиковый сок на сидении — и Т/и, всё ещё стоящую посреди столовой с пылающими щеками и непрошеной улыбкой.

Нико -

Т/и, держа поднос с малиновым соком и сэндвичем, пробиралась сквозь толпу. Её глаза искали свободное место, когда она заметила Нико — тихого, скромного парня, который всегда сидел где-то в стороне, читая мангу или задумчиво глядя в окно.

Он был один, как обычно. Его мягкие чёлка и спокойный взгляд делали его почти незаметным для остальных, но почему-то Т/и захотелось подойти именно к нему.

— Привет... Можно тут сесть? — спросила она, улыбаясь.

Нико поднял взгляд, чуть растерянно, будто не ожидал, что с ним заговорят.

— А? Эм... да, конечно. — Он отодвинул поднос, освобождая место.

Т/и сделала шаг к столу... и задела ногой ножку стула. Малиновый сок полетел вперёд, как в замедленной съёмке, и пролился прямо на рубашку Нико.

— О нет! — в панике вскрикнула Т/и. — Я... я не хотела! Прости! Правда, прости!

Нико застыл на секунду, глядя на мокрое пятно. Потом неловко улыбнулся.

— Н-ничего... Я всё равно собирался переодеться после школы... — пробормотал он, избегая взгляда.

Т/и судорожно рылась в сумке.

— Салфетки! Вот! — она протянула их ему, покраснев.

— Спасибо, — тихо сказал он, аккуратно вытирая рукав. — Малиновый... приятно пахнет.

Он вдруг чуть усмехнулся, хоть и явно смущённо.

— Ты — первая, кто подошёл ко мне в столовой. Хотя я думал, что, если это и случится, то будет как-то менее... липко, — сказал он, чуть-чуть шутливо, и тут же смутился от собственного смеха.

Т/и рассмеялась в ответ, облегчённо.

— Ну... могу компенсировать. Может, куплю тебе новый сок? Или... просто составлю компанию?

Нико опустил глаза, улыбаясь уголками губ.

— Я не против. Только, может, в этот раз — без аква-атаки?

Т/и кивнула, усаживаясь рядом. И между ними повисло тёплое, почти уютное молчание. Сок всё ещё капал с края стола, но ни один из них больше не обращал на это внимания.

Кунигами -

Т/и сосредоточилась на подносе, который держала обеими руками. Апельсиновый сок покачивался в стакане, угрожающе близко к краю. Осталось только найти место.

И тут она увидела Кунигами. Он сидел за столиком у стены, спиной к остальным, жуя сэндвич и листая что-то в блокноте. Его рыжие волосы были растрёпаны, а брови чуть нахмурены — он явно о чём-то думал. Наверное, снова планировал тренировки или ставил себе цели на неделю вперёд. Кунигами всегда был таким — целеустремлённым, но с удивительной теплотой в глазах.

Т/и подошла:

— Привет! Можно к тебе?

Кунигами поднял голову, и его хмурость сразу сменилась открытой улыбкой.

— Конечно! Присаживайся, — кивнул он, подвигая поднос в сторону.

Она сделала шаг... и в тот же момент её нога зацепилась за ножку стула.

Сок взлетел в воздух, как по команде, и вылился прямо на футболку Кунигами.

— О боже! — воскликнула Т/и, побелев. — Я... я не хотела! Прости! Это случайно!

Кунигами отодвинулся от стола, посмотрел на мокрое пятно, а потом снова на неё. И... рассмеялся.

— Вот это да. Настоящий "цитрусовый критический удар", — подмигнул он, вытирая грудь салфеткой. — Не волнуйся. Бывает.

— Но... ты же испачкался. Я испортила тебе обед, и... — Т/и всё ещё выглядела убито.

— Эй, — он мягко улыбнулся. — Серьёзно. Я не из сахара — не растаю. А футболку постираю. Главное, ты не пострадала. Всё остальное — ерунда.

Т/и немного расслабилась, увидев, что он совсем не злится. Даже наоборот — будто бы нашёл в этом всём нечто весёлое.

— Знаешь... — сказал он, поднимая её поднос, — ты хотя бы оригинально начала разговор. Никто ещё не поливал меня соком, прежде чем сесть рядом.

Она рассмеялась.

— Буду считать это своим фирменным приёмом.

— Тогда надеюсь, что в следующий раз ты просто подойдёшь — без "атаки", — усмехнулся он. — Хотя... если хочешь — можем посоревноваться, кто быстрее выпьет новый сок. Считай это реваншем.

Рео -

Т/и держала поднос с манговым соком и сэндвичем, она уже почти отчаялась найти свободное место, когда заметила знакомую фиолетовую шевелюру — Рео сидел у окна, как всегда в безупречной форме, с блестящими на солнце часами и каким-то невероятно дорогим контейнером для еды. Но в отличие от многих «золотых деток», у него в глазах была лёгкость, доброта и немного детского любопытства.

Он заметил Т/и и тут же помахал рукой.

— Эй! Садись ко мне! Здесь есть место!

Она улыбнулась и пошла в его сторону. И — как назло — кто-то в этот момент пробежал мимо, задев её плечо.

Поднос качнулся. Манговый сок вылетел из стакана и разлился по идеально глаженному пиджаку Рео.

— О нет! — вскрикнула Т/и, глаза расширились от ужаса. — Я... Рео, я правда... это не специально! Прости!

Он опустил взгляд на липкую манговую дорожку на груди, затем посмотрел на неё. И... рассмеялся. По-настоящему. Легко и искренне.

— Ну, теперь я официально самый сладкий парень в столовой, — подмигнул он, начиная отряхиваться. — Не переживай, Т/и. У меня таких пиджаков ещё пять... или шесть. Надо будет пересчитать.

— Это же... дорого... — пробормотала она, краснея.

— Ну да. Но знаешь, что дороже? Улыбка. А ты сейчас такая виноватая, что я просто обязан тебя развеселить, — сказал он и достал из сумки аккуратно сложенную салфетку, как будто предвидел подобный случай.

— Ты... точно не злишься?

— Я злюсь только на брокколи в буфете, — усмехнулся он. — А ты, наоборот, сделала мой обед гораздо веселее. Я даже начну приглашать тебя почаще. Правда, в следующий раз пусть твой сок останется внутри стакана, ладно?

Т/и фыркнула сквозь смущение, а Рео протянул ей напиток из своего набора:

— Хочешь попробовать манго-персиковый фреш от личного повара? Гарантирую: не прольётся — я держу.

Рюсей -

Столовая была, как обычно, в хаосе — кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то пытался успеть за последние порции еды. Т/и держала поднос с клубничным соком, осторожно пробираясь между столами. Вдруг она заметила Рюсея — сидел, развалившись на стуле, с ногой на скамье, будто это его личный трон.

Он жанглировал виноградинками, разговаривая сам с собой, будто вел интервью:

— И тогда я — с разворота! — воскликнул он, хлопая в ладоши. — Все в шоке, а я как всегда — легенда!

Т/и хмыкнула и подошла:

— Привет. Можно...?

Рюсей тут же резко обернулся, будто только этого и ждал.

— Ооо, ты решила украсить мой обед своим присутствием? Прелестно! Присаживайся, смертная, — театрально жестом указал на место рядом.

Т/и только закатила глаза, но с улыбкой — невозможно было злиться на Рюсея всерьёз. Она сделала шаг... и, как назло, зацепилась за ножку стула.

Клубничный сок с плеском вылетел из стакана и обрушился прямиком на пёстрое худи Рюсея.

Он замер. Медленно опустил взгляд на себя. И... широко распахнул глаза.

— МОЙ ОБРАЗ!!! — вскричал он, вскакивая. — Это... это трагедия века! Это... это—

— Я! Прости! Правда! Я случайно, я не хотела! — быстро заговорила Т/и, хватаясь за салфетки.

Он выхватил одну из её салфеток, вытер грудь и резко сменил тон:

— ...Ого. Слушай. А клубничный мне идёт. Я похож на десерт. И я обожаю десерты!

Он вдруг повернулся к ней и, наклонившись ближе, с прищуром прошептал:

— Или ты просто хотела оставить на мне след? Признаться, необычный способ признания, но звучит интригующе.

Т/и покраснела до ушей.

— Ч-что? Нет! Это... это было правда случайно!

Рюсей театрально приложил руку к сердцу:

— Ладно-ладно! Успокойся. Ты меня рассмешила, значит — день удался. К тому же, это отличный повод сменить худи. Надоел старый, а теперь у меня есть история.

Он сел обратно, щёлкнул пальцами:

— Иди сюда, присаживайся. Но держи напитки подальше. Я не каждый день позволяю себя поливать.

Т/и, не сдержавшись, хихикнула и села рядом.

— С тобой... точно скучно не бывает.

— Это же я, детка, — подмигнул он. — Пиши в блокноте: «День, когда я почти утопила Рюсея — национальное достояние». Исторический момент.

Шоэ Баро -

Столовая была переполнена — голоса, шум посуды, смех. Т/и ловко балансировала поднос с вишнёвым соком, обходя случайные локти и сумки. Её глаза заметили один-единственный свободный стул. За столом сидел Шоэ Баро — прямо, будто позвоночник сделан из стали, руки сложены, тарелка выровнена по центру, и даже бутылочка с водой стояла ровно под углом 90 градусов к краю стола.

«Ого. Он такой... идеальный,» — подумала Т/и. И всё же подошла:

— Привет. Можно здесь сесть?

Баро медленно поднял глаза. Взгляд — острый, как нож. Он оглядел её с головы до ног, будто оценивал угрозу чистоте.

— Если ты умеешь вести себя тихо и не мешать — садись, — буркнул он, почти как приказ.

Т/и тихо хмыкнула, но кивнула. Она потянулась поставить поднос... и оступилась.

Вишнёвый сок вылетел из стакана и с безжалостной точностью выплеснулся на безупречно белую футболку Баро.

Он застыл. Пауза длилась одну, две, три напряжённые секунды.

Т/и побелела.

- О, Боже... Я... Баро, я не хотела! Это случайно! Прости, пожалуйста!

Баро медленно встал. Глянул на алое пятно на груди, как будто хотел силой взгляда испарить его. Затем — на неё.

— Ты... пролила на мой белый комплект. Мой. Белый. Комплект.

Голос его был низкий, опасно спокойный.

— Я... я сейчас вытру! Подожди! — в панике она выхватила салфетки и метнулась к нему.

Он шагнул назад.

— Не прикасайся.

Тишина. Даже за соседним столом кто-то обернулся.

Т/и опустила руки, смутившись.

— Извини...

Баро глубоко вдохнул. Медленно выдохнул. Потом посмотрел на неё чуть менее угрожающе. И с каким-то странным спокойствием сказал:

— ...Ты теперь мне должна.

— Что? — удивлённо подняла бровь Т/и.

— Новую футболку. И — тренировочный батончик. Я из-за тебя не доел.

Она выдохнула — это было почти прощением по стандартам Баро.

— Хорошо. Считай, что я в долгу.

Баро кивнул, уже доставая антисептические салфетки из внутреннего кармана.

— Удивительно. Обычно я не позволяю хаосу приближаться к себе. Но ты — ты особенный уровень бедствия.

Т/и усмехнулась.

— Можно считать это комплиментом?

Он фыркнул и сел обратно.

— Только если ты в следующий раз принесёшь сок в герметичной упаковке.

Наги -

Школьная столовая гудела, но Т/и уже привыкла к этому фоновому шуму. В руках — поднос с ананасовым соком и булочкой. Она шарила взглядом в поисках места, когда заметила Наги Сейширо.

Он полулежал на стуле, с подушкой под спиной, уставившись в экран телефона. Видимо, шёл какой-то мобайл-матч — пальцы лениво скользили по экрану, а рядом валялась начатая, но забытая еда. Полуоткрытый бутерброд дожидался своего часа.

— Эй, привет. Тут свободно?

Наги не оторвался от экрана, только слегка качнул головой:

— Ага... садись... если не шумно.

Т/и вздохнула и осторожно подошла к столу. Но не успела она поставить поднос, как зацепилась ногой за его спортивную сумку, небрежно сваленную у ног.

— Ай! — Поднос накренился — и ананасовый сок выплеснулся прямо на худи Наги.

Он замер. Телефон всё ещё был в руках, но теперь пальцы застопорились.

— ...Мокро, — наконец выдал он, опустив взгляд на тёплое пятно на груди. — Прямо посреди квеста, кстати.

— О нет, Наги! Прости! Я не заметила сумку, и... — Т/и судорожно принялась искать салфетки. — Сейчас, сейчас, я вытру!

Он, наконец, поднял глаза. Мягкий серый взгляд без особой паники — только лёгкая тоска по сухой одежде и прерванному матчу.

— Эх... теперь я липкий и проиграл, — сказал он с ленивым вздохом. — День удался.

— Я тебе всё куплю! Новый сок, новый матч, не знаю, что угодно...

Наги медленно потянулся за салфеткой, промокнул пятно и зевнул.

— Не надо... слишком много действий... Хотя...

Он прищурился, глядя на неё с неожиданной задумчивостью.

— ...Если ты донесёшь мне ужин до комнаты после школы, мы квиты.

— Что? — удивилась Т/и.

— Я устал. Не люблю двигаться. А ты... ты неплохо проливаешь сок. Забавно. Так что — по рукам?

Т/и не сдержала смешок.

— Ну, по крайней мере, ты не разозлился.

— Я бы и рад... но лень, — пожал плечами он и снова включил телефон. — И вообще, ананасовый — мой любимый. Хоть теперь знаю, как он пахнет на мне.

Арю Джубей -

Опять столовая, как всегда, Арю Джубей сидел за столом, будто это был его личный VIP-зал. Его безупречно уложенные волосы сияли при свете ламп, ногти были безукоризненно ухожены, а костюмчик — стильный и явно от бренда, который никто в школе даже выговорить не мог. Он ел аккуратно, словно снимался в рекламе элитного ресторана.

Т/и держала поднос с малиновым соком, стараясь не задеть никого на пути. Увидев, что рядом с Арю свободно, она нерешительно подошла:

— Привет... можно сесть?

Арю поднял взгляд, окинул её прищуром, будто оценивал уровень "шика".

— Ну, конечно, дорогуша. Только без хаоса, я и так сияю, — сказал он с фирменной полуулыбкой, отблеском блеска на губах и лёгким движением руки указал на стул рядом.

Она уже почти поставила поднос, когда кто-то сзади споткнулся — и в этот момент её локоть дёрнулся.

Малиновый сок... полетел. По дуге. Прямо на идеально белую рубашку Арю.

Плюх.

Он замер. Столовая как будто на секунду притихла.

— ...шик, — прошептал он, глядя на себя, словно не веря в произошедшее. — Или... антишик? Это... что за модный апокалипсис?

— Я! Прости! Боже, Арю, я не хотела! — вскрикнула Т/и, хватаясь за салфетки. — Сейчас всё вытру!

Он поднял руку, остановив её, как истинная дива:

— Не трогай. Это... трагично, но... я справлюсь. Я — Арю Джубей. И даже в малиновом соке я — воплощение стиля.

Он медленно встал, стряхнул капли с изяществом балетного танцора и посмотрел на неё с задумчивым блеском в глазах.

— Хотя... ты добавила в мой образ неожиданный акцент. Малиновый... свежо. Смело. И — по-своему шик. Да ты, возможно, будущий дизайнер!

Т/и растерянно рассмеялась:

— Ты точно не злишься?

Арю поправил воротник, достал из внутреннего кармана зеркальце, проверил причёску — и с довольным кивком сказал:

— Я выше злости. Я — вдохновение. Но, хм... может, ты всё-таки должна будешь вернуть мне рубашку. Версаче, между прочим. Очень лимитированная. Очень «шик».

— Я... куплю тебе новую?

— Или... пригласишь меня на лимонад. Вкус должен соответствовать стилю. Договорились?

Он подмигнул, а потом, уже уходя, добавил:

— Ах да. В следующий раз — лей сок на плечо. Это будет асимметрично. Шикарно.

Кайзер -

Кафе было уютным, с мягкой музыкой и ароматом свежей выпечки. Т/и вошла внутрь с подносом, на котором стояли чашка латте и стакан апельсинового сока. Она быстро огляделась — всё занято. Кроме одного столика у окна.

Там сидел он - Михаэль Кайзер.

В белой водолазке, поверх — лёгкое чёрное пальто. На столе лежали солнечные очки, рядом капучино — идеально сбалансированный, с пенкой как в рекламе. А он сам смотрел в окно так, будто позировал для обложки журнала.

И, конечно же, знал об этом.

Т/и нерешительно подошла:

— Привет... Можно к тебе? Больше мест нет.

Он медленно обернулся, взглянул на неё... и ухмыльнулся.

— Разумеется. Только постарайся не затмить меня своим присутствием, ладно?

Т/и закатила глаза с улыбкой и села напротив. Она начала ставить поднос на стол, но в этот момент рукав зацепился за край — и апельсиновый сок описал дугу в воздухе...

Приземлившись прямо на колено Кайзера. Его безупречные светлые брюки тут же обрели жёлтое пятно.

Пауза. Даже музыка будто приглушилась.

Кайзер посмотрел вниз. Затем — медленно, с театральной точностью — поднял глаза на неё.

— ...Ты серьёзно?

— Я... Прости! Я не специально! Я заплачу за химчистку! Или за новые штаны! Или—

Он поднял руку, останавливая поток извинений, и с тяжёлым, очень выразительным вздохом сказал:

— Это трагедия. Апельсиновый. Сок. На моих брюках от Hugo Boss. Скажи честно... ты хотела моего внимания, да?

Т/и покраснела:

— Нет! Ну... не так!

Кайзер откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы, оглядел её с видом исследователя, нашедшего любопытный экспонат.

— Ладно. Ты оставила след в моей жизни. И на моих брюках. Это уже кое-что.

Он взял салфетку, небрежно промокнул ткань, фыркнул:

— Даже с этим пятном я всё равно выгляжу лучше, чем большинство людей.

Он прищурился и наклонился ближе:

— Считаем, что ты просто необычно выразительно пригласила меня на кофе. Я прав?

Т/и, сбитая с толку, хихикнула:

— Может, это судьба?

— Нет, это я. — Кайзер ухмыльнулся. — Но ты можешь попытаться угнаться за моей харизмой. Давай так: ты угощаешь меня сегодня десертом, а я... снисходительно разрешаю тебе ещё немного моего общества.

Т/и улыбнулась, сдаваясь:

— Хорошо. Один торт — и ты забудешь про сок?

— Милая. Я не забываю. Я переосмысляю. Сегодня я не просто Кайзер. Я Кайзер в цитрусовом настроении.