Собственники (Дженни)
Я сижу в библиотеке, перелистывая учебник и пытаясь хоть что-то разобрать в этом наборе странных английских слов. Сейчас моя голова забита совершенно другим, и я не хочу думать об учебе.
Замечая на одной из страниц учебника знакомое слово «boyfriend», я невольно мыслями снова возвращаюсь к Юнги. К его теплым рукам и мягким губам. Теперь я действительно могу считать его своим парнем? Теперь мы действительно стали парой? Если честно мне до сих пор не верится. Это все как будто во сне! В невероятном сне, из которого я не хочу выходить.
— Эй, Дженни! — звонкий голос Джису возвращает меня в реальность, когда ученица оказывается на соседнем кресле. Она элегантно приземляется подле меня, доставая при этом из сумочки зеркальце и помаду. — Айщ, этот придурок мне всю помаду размазал, —
бубнит Джису, стирая с набухших от поцелуев губ размазанную розовую помаду. Видимо действительно кто-то хорошенько постарался и съел половину помады девушки. От этих мыслей я невольно смеюсь, не замечая, как к нам присоединяется еще двое парней.
Я слышу сзади себя короткое и хриплое «привет», от чего мое тело словно замирает, а легкие забывают, как правильно дышать. Он вместе с довольно сонным Чонгуком подходит к нам, и я, поднимая взгляд, замечаю, как на его лице появляется милая ухмылка. Мы смотрим друг на друга молча некоторое время, а потом совершенно неожиданно в один голос повторяем тихое «привет».
После этого Юнги только пуще расплывается в улыбке, а я закрываю рот ладошкой, пытаясь скрыть свою, которая по-моему уже доползла до ушей. Сейчас такое ощущение, как будто мы с ним снова вдвоем, в его квартире, и нет никого кроме нас двоих.
Юнги не успевает сесть возле меня, как это место занимает сонный Чонгук, который по-моему вообще не понимает, что происходит вокруг. Он просто ложится на стол, не произнося ни звука.
— Что с ним? — спрашивает Джису, обводя помадой контур своих уже и так ярко-розовых губ. Она еще несколько раз проверяет в зеркале, все ли аккуратно и ровно, а потом поднимается с мягкого кресла и подбегает к Юнги, которого заключает в крепкие в объятия. И это совершенно не похоже на дружеское приветствие.
— Со мной все хорошо, просто вчера была мега-веселая вечеринка, — твердит полусонный Чонгук, не поднимая головы. В тот момент, когда Юнги, не готовый к объятьям подруги, резко переводит потерянный взгляд на меня.
Я чувствую, как у меня внутри все вскипает. Ноги начинают трястись, а ногти впиваться в кожу на ладонях. Я закрываю глаза, повторяю про себя, что все хорошо, и они просто друзья. Мне придется это терпеть, так как мы с Юнги договорились не рассказывать никому о наших отношениях, а Джису с самого раннего детства была его лучшей подругой. Но когда я снова открываю глаза и вижу перед собой ту же картину, то здравый смысл как будто отключается.
— Юнги-а, ты же помнишь, что мне обещал? — твердит Джису, обвивая свои худые ручки вокруг шеи парня, который по-моему совершенно не понимает, что ему сейчас нужно ответить.
— Эм, ты про что? — Юнги убирает руки Джису со своих плеч и плюхается в кресло прям напротив меня. Он достает из сумки учебник и делает вид, что ему совершенно пофиг на нас, и он занят делом.
— Ну как же, на следующей недели бал, ты обещал, что пойдёшь со мной. — Джису не отстаёт от друга и садиться на бортик его кресла. И после этих слов я замечаю, как неожиданно мимические мышцы лица Юнги напрягаются. А мы ведь только вчера договорились, что не пойдём на бал и проведём вечер вместе.
Я опускаю лицо в учебник по английскому, понимая, что этого и требовалось ожидать, так как скрывать отношения невероятно трудно. Я чувствую, как внутри меня бушует некий адреналин, вызванный скорее всего ревностью. И как тут не заревнуешь, когда лучшая подруга твоего парня сидит чуть ли не на его коленях, все время прикасаясь к нему руками или бёдрами.
— Давай поговорим об этом позже.
— Куда еще позже, нам нужно определиться с цветом наших нарядов, — твердит Джису, не обращая внимания на то, как Юнги следит за каждым моим движением.
После еще несколько слов Джису про фасон и цвет ее идеального платья, я не выдерживаю и, быстро собрав сумку, выхожу из библиотеки, сказав всем, что мне нужно торопиться на следующий урок.
Покинув центральные двери библиотеки, я несусь по коридору, сама не понимая почему так приревновала Юнги к Джису. Это моя неуверенность? Или между ними действительно что-то есть, и Юнги играет на два борта?
Неожиданно на половине пути я останавливаюсь и слышу тихие шаги сзади, кто-то все это время шёл за мной. И даже не обернувшись, я понимаю, что это Мин.
— Юнги, все хорошо, зачем ты пошёл за мной? — твержу я, все также стоя спиной к нему.
Неожиданно шаги становятся громче, и тёплые большие руки обнимают меня. Я оборачиваюсь и понимаю, что совершенно не ошиблась, и это он. Юнги улыбается все самой доброй улыбкой, а потом аккуратно кладёт свою мохнатый макушку на мое коротенькое плечо. Мое сердце начинает бешено стучать только от его улыбки, что тут уже говорить о прикосновениях. Я закусываю нижнюю губу и еще раз убеждаюсь в том, что дурочка и начала ревновать на пустом месте.
— Прости, — бубнит Юнги, но я делаю вид, что не слышу и прошу повторить. В ответ он поднимает свою чуть недовольную мордочку на меня и приблизившись почти к мои губам повторяет тихое «прости».
Я улыбаюсь его милой гримасе, до сих пор не веря, что это тот самый негодяй Юнги.
Неожиданно с дальнего конца коридора начинают слышаться голоса и тихие цоканья каблуков. Юнги резко становится серьёзным и начинает вертеть головой туда-сюда, а потом неожиданно хватает меня за руку и тащит куда-то за угол коридора.
Я открываю глаза, и мы снова оказываемся в маленькой кладовке, как буквально несколько дней назад, когда такое узкое пространство не давало даже расставить руки. А сейчас непонятно почему, но эта маленькая кладовка уже не кажется такой уж маленькой, а даже наоборот уютной.
— Тебе не за что просить прощения, — продолжаю я разговор начатый еще в коридоре.
— Тогда почему ты психанула и выбежала из библиотеки? Я, думаешь, не видел твое выражение лица? — бубнит Юнги, при этом в его голосе нет ни капельки угрозы или чего-то такого, он говорит это, прижав меня к себе и перебирая прядь моих длинных кудрявых волос в костлявых пальцах. Со стороны и не поймёшь, ругаемся мы или просто болтаем.
— Просто захотелось выйти.
— Так, значит захотелось выйти, окей, пусть будет так. А я и не знал, что ты такая собственница, — на последних словах парень расплывается в самой широкой улыбке, да так, что видны все его белые зубы, что почти сливаются с его кожей.
— Ничего я не собственница, — пытаюсь ответить я, как на последнем слове мои губы оказываются в плену губ Юнги. Он чмокает меня, и от неожиданности я замираю.
— Это кто тут еще собственник? — бубню я и снова не успеваю договорить, как губы Юнги аккуратно и быстро касаются моих.
— Не спорю, я собственник, и со вчерашнего дня ты только моя, — твердит Юнги, подхватывая меня за талию и сажая на маленькую стремянку, что еле помещается в этой узкой кладовке. Я оказываюсь выше него и смотрю сверху вниз, от чего его черты лица кажутся еще более привлекательными и манящими. Раньше мне казалось, что мой идеальный тип — это вовсе не парень, с вечно порезанными костяжками, пухлыми щечками, как у ребенка, и узкими глазами, но сейчас смотря на Мина, я понимаю, что была не права. Потому что мы влюбляемся не во внешность, а в человека.
Я смотрю на него, стараясь прочитать его мысли, мои ноги, что совершенно обнажены сейчас, обвивают талию Юнги, а руки оказываются на плечах парня.
— Ну так что, у нас мир? — спрашивает парень, вопросительно подняв брови.
— Ну, мы вроде бы и не ругались, — отвечаю я, сильнее прижавшись к Юнги и сомкнув ноги на замок за его спиной.
Парень аккуратно проводит большим указательным пальцем по мои губам, тем самым заставляя мелким мурашкам пробежать у меня по спине и ногам. Я смотрю прям в эти глаза и вижу огонёк страсти в них, когда он отодвигает мою нижнюю губу вниз, тем самым освобождая проход воздуха, но потом перекрывая его своими губами.
Поцелуй неожиданно становится очень жарким и влажным, язык Юнги находит мой, и от этих ощущений мои бедра непроизвольно все ближе и ближе прижимаются к телу парня. Мои руки с его шеи постепенно спускаются ниже и находят пуговицы аккуратно отглаженной школьной рубашки. Я отстегиваю одну, две и через поцелуй ощущаю эту ухмылку Юнги и слышу его смешок. Но как только я отстегиваю третью пуговицу, то ощущаю невероятно холодные руки парня у себя на бёдрах. Он аккуратно, совсем не спеша поднимается выше и выше, я чувствую, как его пальцы гуляют по моей очень чувствительной коже, подбираясь к краю интимной части моей одежды.
Я чувствую, как в животе творится что-то невероятное, люди вроде бы называют это бабочками, но эти ощущения нельзя передать словами, их нужно когда-нибудь прочувствовать самим. Юнги подхватывает меня за бедра и прислоняет к противоположной стене, я расстегиваю последнюю пуговицу его идеальной рубашки и аккуратно касаюсь его мягкой светлой кожи, что словно бархат окутывает его тело. Я гуляю руками по его обнаженному телу и готова поспорить, что Юнги не просто так разрывает наш поцелуй, запрокидывая голову назад
Ему это нравится.
Мои губы аккуратно целуют мочку уха Юнги, потом спускаются ниже, оставляя ещё три поцелуя у него на шее. Неожиданно он подбрасывает меня, подхватывая снова мои голые ноги, я, улыбаясь, смотрю на его закрытые глаза и пытаюсь открыть их рукой.
— Что-то не так? — спрашиваю я, смеясь с того, как Юнги морщится от каждого прикосновения моих пальцев об его веки, на которых видны многочисленные капилляры.
— Я не могу на тебя смотреть, — твердит он, так и стоя с закрытыми глазами и держа меня на весу.
— Ну что такое? — не отстаю я, теребя волосы парня.
— Ты меня возбудила, — твердит Юнги, а я, кажется, после его слов готова провалится под землю. Поэтому я кладу свою макушку ему на плечо и тихо посмеиваюсь. — И как мне теперь смотреть на тебя весь день?
— Я могу купить тебе повязку на глаза.
— Спасибо, Дженни. Я всегда знал, что ты очень добрая.