Мой учитель музыки [заморожен]

— Привет, чего грустишь? — ко мне подсел какой-то парень.

Из-за плохого освещения было плохо видно, но я все же узнала этого парня. Он играл против команды Юнги в баскетбол.

— С чего ты взял, что мне грустно? — обратила я на него свое внимание.

— Оу, да ещё и с характером. — явно улыбнулся тот.

Нет это была не улыбка, а ухмылка.

— И пока со слухом у меня тоже все в порядке. У тебя что-то не так?

— Айщ, — закусил губу тот. — значит, поговорим?

— Погорим? — подняла бровь я, алкоголь чересчур действует на меня. — Ты лучше поговори с моим парнем.

— Парнем? И где же он? — видимо, этот парень не поверил мне.

— Так вон он. — указала я на Юнги, сидящего  неподалеку.

Парень посмотрел на Юнги, а потом на меня.

— А врать не хорошо. Вы ведь даже за разными столиками сидите. — ухмыльнулся тот. —Чем докажешь? Сможешь подойти и поцеловать его? — да он как будто играется со мной.

Я слегка замялась.

— Вот видишь, маленькая лгунья.

Да все сговорились что ли? Я и маленькая? Айщ! Я тебе покажу маленькую!
Я встала с дивана и направилась прямиком к Юнги. Проходя мимо танцпола, я остановилась около столика, за которым и сидел парень. Мы встретились взглядами и я увидела на его лице непонимание.
Я села к парню на колени и, положив руки на его плечи, посмотрела в его глаза и тут же поцеловала. Его губы... Даже в этом бреду я могу почувствовать их вкус. Или я уже слишком пьяна, или Юнги и правда положил на мою талию свою руки, при этом отвечая на поцелуй. Со Гён, ты явно сошла с ума. Он целуется безумно хорошо,что от этого мне хочется упасть в обморок. Но я не хочу терять сознание, я хочу ощущать его прикосновения на себе. Когда кислорода стала катострафически мало, мы разорвали поцелуй, слыша сбитое дыхание друг друга, через эту громкую музыку. Мои щеки начинают краснеть в ту же минуту, но я так и не открываю свои глаза от глаз Юнги. В этот миг они по-особенному кажутся такими красивыми.

Юнги снял меня со своих колень и, взяв за руку, вывел в место потише.

— И что это было? — спросил тот, пристально смотря на меня.

— А что не видно что ли? — отвечала я.

— Я нуждаюсь в словесном объяснении. — настаивал Юнги.

Что с ним не так? Я чувствую волнение.

— Я сделала то, что давно хотела. Ясно? — говорила я с ноткой грубости в голосе.

Молчание? Чего же ты молчишь? Я так хочу услышать от тебя хоть слово!

— Да! — продолжала я. — Ты нравишься мне, Мин Юнги. Нравишься. Разве ты ещё этого не заметил? Мои слова оправдывают мои поступки. И раз тебе нечего сказать,  как я вижу, скажу я. Нравишься! Нравишься! Нравишься! — по щекам начали капать слезы.

Он ещё и словесных объяснений просит? Абсурд!
Он молчит... Почему? Ему противно? Я не могу понять его чувства. Я просто решила убежать от туда. Убежать от этой адской неловкости и вообще из этого места. Схватив свое пальто, я выбежала из помещения.

Я бегу ещё несколько секунд, а потом просто иду пешком. Слезы все ещё стекают по мои щекам солёной дорожкой, а сердце покалывает. В голове лишь недоумение и чувства одинокости. Значит, эта любовь безответна? Почему он так поступил? Зачем потребовал объяснений? Ну да! Кто просто так целует своего учителя музыки? Странно правда? Я дошла до длинного моста и остановилась у перил, переводя  взгляд на реку. На поверхности воды не было видно льда, всё, наверное, из-за небольшого течения. Я дотронулась рукой до холодных перил и застыла на месте, будто время остановилось. Холода вовсе не чувствуется, а свежий воздух в какой-то степени отврезляет слегка затуманеный разум. Я делаю глубокий вдох и попутно осматриваю окрестности. Здесь так тихо и одновременно красиво, что я бы осталась в этом спокойном и безмятежном  месте на всю ночь, только бы не встречать ни одну живую душу, которая может прервать эту одинокую идилию с зимней природой. Вода медленно течёт в своём обычном и уже привычном, видимо, для неё русле. Хорошо, наверное, быть вот такой же неторопливой и рассудительной, как этот поток, который кажется таким одиноким, без насущных проблем и путаниц. Интересно, для кого я по-настоящему дорога и кто на моей стороне? Будет ли кто-нибудь плакать, если я, чисто гипотетически, сольюсь с этим течением? Будет ли кто-то плакать, узнав, что меня больше нет здесь, в этом не простом, порою, мире. Да почему порою? Эта вселенная, как сложный пазл из тысячи кусочков, которые нужно собрать полностью, чтобы получить целую картинку. И только тогда ты сможешь обрести счастье, любовь и, может, лишь самое малое – надежду на то, что завтрашний день будет в сто раз лучше предыдущего. Похоже немного на бред.

Я около часа нахожусь в этом одиноком месте и очень рада, что пока никого не встретила и, надеюсь, не встречу. Всё это время я просто смотрела вниз : на реку.
Звук или что-то похожее на писк вернуло меня в реальность. Я подумала, что это просто мне кажется, но уже в следующую секунду снова этот звук. Что же это? Я стала забираться на перила, чтобы заглянуть под мост и посмотреть, кто же все это время там пищит. Я слегка нагнулась, в глазах слегка потемнело, наверное, из-за переживаний или из-за алкоголя, что ещё, хоть и в маленьком количестве, был в моей крови. Как бы я непыталась удержаться, руки все равно начали соскальзывать с перил. Наверное, я все же упаду и никто не узнает, что меня не стало именно здесь, пронеслось у меня в голове.
Я уже полностью зажмурила глаза и была готова к любым последствиям, но вдруг я почувствовала, чью-то хватку на своём предплечье.