27 глава " Лёд, который начал таять. "
После того дня всё изменилось.
Не резко.
Не внезапно.
А тихо… почти незаметно.
Словно в огромной стене между нами появилась маленькая трещина — и через неё потёк тёплый свет.
Я стала ловить себя на том, что ищу его взгляд в коридорах.
А он — что стоит ближе, чем обычно.
Он больше не был тем холодным, грубым Дастаном, который смотрел так, будто я раздражаю его одним присутствием.
Теперь он будто стал мягче.
Не в словах — они у него всегда были резкие.
А в действиях.
Когда я проходила мимо, он чуть замедлялся, как будто хотел что-то сказать, но передумывал.
Когда я возвращалась с обеда, он внимательно смотрел, будто проверяя: всё ли со мной в порядке.
И каждый раз, когда наши пальцы случайно касались — по коже бежали мурашки, такие яркие, что я едва удерживала дыхание.
Он не спрашивал про бабушку.
Не давил.
Не лез в душу.
Но каждый раз, когда мои глаза вдруг наполнялись слезами — он был рядом.
Просто рядом.
Это было больше, чем поддержка.
Это было участие.
И это пугало.
Однажды, после тренировки, когда почти все ушли, я подошла к нему, чтобы отдать документы.
Он сидел на лавке, уставший, волосы влажные от душа, футболка прилипла к плечам — и выглядел он не идеальным, не строгим, а… живым.
— Вот, — сказала я, протягивая папку.
Он поднял глаза.
Долго смотрел.
Слишком долго.
— Как ты? — спросил он тихо.
И этот вопрос пробил меня сильнее, чем я ожидала.
В нём было столько настоящего, что я едва не расплакалась снова.
— Нормально, — сказала я, хотя это было неправдой.
Он чуть нахмурился.
— Не ври.
Я выдохнула.
— Тяжело.
Он кивнул, будто подтверждая мои слова.
И вдруг сказал:
— Если станет совсем плохо… ты можешь позвать меня.
Мой желудок сжалo.
— Тебя? Почему?
Он взял папку, но пальцами слегка коснулся моей руки.
Не специально.
Но и не случайно.
— Потому что я рядом, — сказал он низким голосом.
Я не знала, что ответить.
Он вдруг поднялся, подошёл ближе.
Стоял так, что между нами было всего несколько сантиметров.
Но впервые за всё время — в его взгляде не было ни злости, ни раздражения.
Только тёплая, тихая забота.
— Лёд растаял, — неожиданно сказала я.
Он приподнял бровь.
— Что?
— Ничего, — я засмеялась. — Просто… ты другой.
— Я такой же.
— Нет. — Я покачала головой. — Только сейчас ты это показываешь.
Он хотел что-то сказать, но сдержался.
Уголок губ чуть дёрнулся — будто он с трудом скрывал настоящую эмоцию.
— Иди домой, — сказал он мягче, чем когда-либо. — Уже поздно.
Я проходила мимо него, и он снова сделал это.
Касание.
Едва заметное.
Пальцами по моему запястью.
Секунда.
Но эта секунда сожгла воздух.
— Если что — звони, — тихо повторил он.
И впервые я поверила, что он действительно придёт.
Когда я вышла на улицу, сердце стучало слишком быстро.
Слишком громко.
А внутри покалывало странное, новое чувство.
Как будто эта история только начинается.
Не старая, где мы ругались и раздражали друг друга.
А новая.
Та, где его руки помнят, как обнимать меня.
А моя грудь — как успокаиваться рядом с ним.
Лёд тронулся.
И уже ничто не могло остановить то, что начинало между нами расти.