Глава 39
Огонь был повсюду. Жаркий, удушливый, смертельный огонь, следующий за мной по пятам. Огненные язычки скользили по коридорам, заставляя линолеум на полу чернеть и съеживаться, испуская отвратительный запах.
Походило на какой-то кошмарный сон, как бы банально это не звучало. Треск. Шипение. Грохот где-то вдалеке. Жар. Невыносимый, прямо-таки адский жар, делающий каждый вдох погружением в кипящую лаву. Слепящее пламя, просто ослепительное. Оно стало бы восхитительным зрелищем, не будь сейчас так смертоносно.
Огнем хорошо любоваться, но когда все под контролем. Небольшим костром, например. Ты бросаешь в него сухие ветки, уверенный, что в случае чего можно затоптать тлеющие искорки и дело с концом. Но когда в роли сухой ветки ты сама, пламя мало чем привлекает тебя. Особенно когда ты не знаешь, откуда огонь взялся. Не из воздуха же он соткался, в самом деле.
Едкий дым разъедал мне глаза, заставляя то и дело проводить ладонью по лицу, утирая выступившие слезы. Сердце пульсировало в груди, пылая, словно внутри тоже разгорелся пожар и уничтожает все на своем пути. Паника то и дело подкатывала к горлу, лишая возможности мыслить трезво.
Дым. Дым повсюду. Он вился вокруг меня, словно тень, и я уже не видела, куда бегу. Вперед, вперед, вперед! Дальше от огня, убежать как можно дальше!
Мне было страшно. Так страшно, что в какую-то секунду мне захотелось побыстрее умереть, лишь бы не испытывать больше этот всепоглощающий, лишающий возможности мыслить холодный ужас. Страх не сковывал меня, он словно толкал меня вперед. «Беги, - кричали инстинкты, - беги скорей!». И я бежала.
Что-то с грохотом обрушилось позади меня, и, не выдержав, я обернулась, одновременно переводя дыхание. Что-то подвернулось под ногу, и я рухнула на пол, и жалкие остатки кислорода, которые помогали мне не задохнуться, со свистом вылетели сквозь стиснутые зубы.
Вдохнула. С хрипом. С пониманием, что вокруг только едкий дым. Вдохнула, чувствуя, как раскаленный воздух раздирает горло. Чувствуя, как легкие горят от недостатка чистого воздуха. Вдохнула со слезами на глазах.
И давилась, давилась этим дымом. Откашливалась почти до рвоты, чувствуя, как меня уже трясет. Чувствовала, как глоток отравленного воздуха щиплет в груди, опаливая все на своем пути. Толкала, толкала этот жалкий воздух внутрь в надежде на то, что грудь перестанет болеть.
Искры. Сноп искр прямо перед глазами. Я шарахнулась назад, подальше от тлеющих огоньков, что прожигали пол.
Горло сжимается, отказываясь принимать отравленный черным дымом воздух. Перед глазами вдруг потемнело, и во всем мире остались только крохотные искорки, что пляшут сейчас у моих ног. Мир кружился вокруг меня, кружился, кружился... Или это кружится моя голова?
Я уже не дышала, я рвано хватала губами воздух, если это вообще можно назвать воздухом. Я чувствовала, как медленно, медленно угасают искорки перед глазами и одновременно понимала, что это очень плохо. Мир по-прежнему кружился вокруг меня, бросая из стороны в сторону.
Преодолевая головокружение, проталкивая сознание сквозь черный дым, я поднялась. Тело слушалось. Ноги дрожали, когда я встала на ноги и сделала первый шаг. Вселенная на мгновение будто завалилась на бок, а потом рывком приняла верное положение.
Легкие горели, требуя свежего воздуха. Но мне не откуда было его достать. Горло сжималось в рвотных позывах, и вот уже мой ужин медленно поднимается вверх. Хриплый кашель царапает стенки горла, когда я упала на четвереньки.
Разбираясь с черным дымом, что так и норовил загнуть меня к полу, я совсем забыла об огне, что подбирался все ближе. Казалось бы, стоило мне отвлечься, и пламя приближалось все быстрее.
Я увидела огненный язычок слишком поздно, и когда пламя опалило мне руку, закричала так, что у самой уши заложило. Стряхивая с себя огонь, я тряслась от ужаса, рыдала и давилась черным дымом.
Вселенная снова сдвинулась вбок, увлекая меня за собой. Я чувствовала спиной теплую поверхность пола и отчаянно пыталась наполнить легкие, что просто пылали, воздухом.
А тут...
Я поняла, что моя грудь больше не вздымается.
И не могла вдохнуть. И двинуться тоже не могла.
Я медленно гасла, глядя, как сверху кружатся искорки.
Кто-то кричал.
*Повествование ведется от лица Автора*
Кашляя, он несся навстречу алому пламени. Преодолевая клубы черного дыма, которые манили в свою темноту, он бежал вперед, перепрыгивая через сгустки пламени. Сверху что-то загрохотало, оглушая треском, и Фэш инстинктивно прикрыл голову руками, пригибаясь, но скорости не сбавляя.
Прижав рукав к лицу как можно плотнее, чтобы ненароком не вдохнуть смертоносный дым, Фэш бежал по коридору так, будто от этого зависела жизнь всего мира. Впрочем, так и было. Только мир, его маленьких мирок, сейчас имел четкие границы - стены школы. И сейчас его мир нещадно горел, уничтожался, унося с собой и другие жизни. Его жизнь, жизнь Василисы, что сейчас находилась где-то рядом, наверняка уже попав в ловушку черного дыма.
Жарко. Очень, очень горячо. Грохот где-то позади. Или наверху. Что-то с треском падало на пол, наверняка что-то, охваченное неумолимым пламенем.
Небольшая фигурка, что темнела посреди пламени, сразу бросалась в глаза. Резко повернувшись, Фэш побежал прямо к Василисе, что сейчас пыталась удержаться на ногах.
Огонь встал между ними стеной, и Драгоций едва успел затормозить, чтобы не упасть в самое пекло. Он не видел ее сквозь этот дым и огонь, не мог разглядеть. Выпуская драгоценные запасы воздуха, Фэш закричал, что было сил:
- Василиса! Василиса!
Она не слышала. Пламя извернулось, давая Фэшу на секунду взглянуть, что происходило в метрах двадцати от него. Охваченная ослепительным огнем деревянная балка, лишившись опоры, рухнула вниз, оставляя за собой огненный след.
Сердце Фэша замерло, когда смертельная опасность просвистела буквально в метре от фигурки Огневой, затопив ее снопами искр и заставив отпрыгнуть назад и упасть на колени. Трясясь, словно осиновый лист, девчонка пыталась подняться, держась за стену.
Дым ласково взял Фэша в свои удушливые объятия, но парень отпрянул подальше, кашляя и давясь темными сгустками. Маленькая, с виду безобидная искорка приземлилась на рукав Фэша и прожгла в ткани черную дыру, обожгла кожу.
Огня было так много, что Фэш уже и не видел, где свободное от пламени место. Огонь двигался вперед, пожирая дощатый пол, вынуждая Фэша отступить к стене, в дымовую завесу.
Ничего не видно. Темнота, разъедающая глаза. От дыма нещадно щипало в носу. Горло саднило, будто Фэш проталкивал в глотку сразу несколько ножей. Задыхаясь, Драгоций в ужасе замахал руками, пытаясь отогнать дым. Но кисть обожгло язычком пламени, и Фэш зашипел от боли.
Хрипя, он рванулся вперед. На мгновение стало невыносимо жарко, огонь обволакивал со всех сторон, обжигая кожу и едва не прожигая одежду. Но взгляд Фэша был прикован к противоположной стене.
Огнева лежала на спине, и грудь ее сотрясалась в попытках сделать вдох. Она больше не пыталась встать, и со всех сторон на нее надвигалось пламя. В слепом ужасе Фэш не выдержал и снова заорал ей:
- Огнева, вставай! Поднимайся!
Он с хрипом втянул в себя отравленный дымом воздух и задохнулся. Глаза нещадно слезились, но слезы высыхали на щеках. В каком-то странном оцепенении Драгоций вдруг увидел, как лежащую фигурку Василису вдруг загородила другая, гораздо крупнее.
Войт склонился над Огневой, легко поднимая на ноги, после чего, преодолевая огненные завесы, исчез за поворотом коридора. Поблизости не осталось ни одной живой души, кроме Фэша, что сейчас сражался с собственным дыханием.
В ушах шумела кровь, вокруг стоял треск и грохот от обрушивающихся сверху огненных сгустков. Они падали на пол, окруженные ослепительными искрами.
Вспышка, мелькнувшая перед глазами Фэша, показалась парню самой смертью.
Смертью, имеющей алый цвет пламени. Ничего не соображая, Драгоций шарахнулся назад, зажмуриваясь и ожидая, что сейчас его душа вылетит из тела, из этого смертельного жара и поднимется вверх. Или упадет в ад прямо через горящий пол.
Но ничего не произошло. Сквозь шум крови в голове Фэш слышал глухие частые удары своего сердца.
Жив.
Открыв глаза, он неожиданно увидел Войта всего в паре метров от себя. Брат смотрел на него глазами, полными настоящего ужаса, и Фэш даже подивился этому взгляду. Что случилось?
Он поднял голову.
Что-то с хрустом и звоном сломалось внутри него и осталось лежать невидимыми осколками у его ног.
Пылающая балка в ореоле ослепительных искр летела прямо на него. Беспощадно. Молниеносно. Страшно.
Осталось не больше доли секунды. И Фэш потратил ее на то, чтобы закрыть глаза.
В это же мгновение Войт бросился вперед. В голове билась лишь одна мысль, раскалывающая сознание на части.
Мысль, которая жалила не меньше огненных искр.
Мысль, которая обдувала его леденящим душу ужасом.
«Не успею».