Укрощение миллиардера.

Его взгляд остановился на лице девушки.

— Что-то мне подсказывает, что всё сказанное мало относилось к кошке?

Психоанализ? От Чонгука? Ради бога, упаси ее от такого! Джису бросила на мужчину раздраженный взгляд.

Чон же проигнорировал ее недовольное выражение лица и протянул руки.

— Можно мне подержать ее?

— Ты хоть знаешь, как это делается?

— Это кошка, а не дикобраз. Я уверен, что смогу разобраться с основами, — проворчал Чонгук.

— Постарайся не упустить ее. — Джису бросила на Чонгука несчастный взгляд. — Я не смогу догнать ее, если ты упустишь кошку.

— Она никуда не денется. И я практиковал свое лошадиное и по-совместимости кошачье Моджо с Леди Куджо. — Чонгук подмигнул ей. — И она зафыркала от прикосновения моих пальцев.

— Это лошадь, а не проститутка, — съязвила Джису. — Не говори так непристойно.

Чонгук театрально схватился за грудь.

— Ты просто завидуешь, что я говорю о ней, а не о тебе.

Джису демонстративно закатила глаза.

— Я не завидую лошади.

— Тогда позволь мне подержать ее.

И поскольку Джису не могла придумать веской причины, чтобы отказать Чонгуку,да и Соëн пристально наблюдала за ней, поэтому девушке пришлось приподнять кошку, протягивая ее мужчине.

Чонгук нежно взял кошку из рук Джи и прижал ее к груди, лениво почесывая пушистую спинку. Он торжествующе посмотрел на девушку, как бы говоря: «Видишь?»

Что заставило Джису просто покачать головой, сдерживая улыбку. Затем Чонгук кивнул на девушку.

— Похоже, ты отдала мне только половину кошки.

Джи взглянула на свой черный свитер и застонала. Белая длинношерстная кошка плюс черный свитер — означали тонны кошачьей шерсти.

— Я уже привыкла к такому, — призналась девушка, снимая несколько самых больших клочков шерсти. — Да и тебе стоит самому привыкнуть к этому, если ты собираешься и дальше держать Мурлетту.

— Мурлетта?

— Именно так я и собираюсь ее назвать.

— Это ужасное имя, черт возьми! — Чонгук наклонился к коту. — Она собирается мучить тебя этим именем, ты представляешь!

Кошка просто подняла подбородок, и Чонгук тут же почесал его, и кошка устроилась у него на коленях.

Предательница. Джису скрестила руки на груди, наполовину от досады, наполовину чтобы скрыть кошачью шерсть на свитере.

— Так как бы ты ее назвал?

Чонгук на мгновение задумался.

— Ты знаешь, кто был слепым задирой? Сорвиголова.

— Это кошка.

— Значит, Леди Сорвиголова.

— Это белая, пушистая кошка. — Эди почувствовала необходимость указать на это.

А Чонгук просто продолжал гладить животное по голове, и кошка наслаждалась этими прикосновениями.

— Она будет похожа на ниндзя. — Чонгук почесал кошачью мордочку. — Никто даже не заметит ее приближения сзади.

Мысль о слепом, пушистом персе, делающим движения, как ниндзя, заставила губы Джису дернуться от удовольствия.

— Ниндзя, уверен?

Чонгук посмотрел на девушку, и веселье отразилось на его лице.

— А ты так не думаешь? Она может быть тем, кем захочет. Только не говори ей обратное. — Чонгук закрыл кошке уши.

И Джису ничего не смогла поделать с собой — она рассмеялась.

— Я теперь начинаю понимать, откуда берется всё твое творчество.

— Я же сказал тебе, что я не творческий человек. Это по части Тэ.

— И я уже говорила тебе, что не уверена, что верю в твои слова. — Джи указала на него с кошкой на руках. — Любой человек, который может сделать ниндзя из этой кошки, более изобретателен, чем большинство людей.

— Леди Сорвиголова просто нужен кто-то, кто поверит в нее, — ответил Чонгук,поглаживая кошку по голове. — Так ты действительно собираешься забрать ее домой?

— Ну, я уж точно не отправлю ее обратно в приют.

Чонгук кивнул и осторожно вернул кошку обратно. — Ты можешь ненадолго уйти? Я подумал, что мы могли бы взять шоколад во фритюре и немного поболтать.

Джису заколебалась, глядя на Соëн. Когда Соëн одобрительно кивнула, то девушка сунула персидского кота обратно в клетку.

— Только совсем ненадолго. Я должна быть здесь и помогать Соëн с животными.

— Конечно, — торжественно заявил Чонгук.— Я заметил всех этих людей, которые выстраиваются в очередь, чтобы спасти этих бедных кошек.

— Ладно, ладно, — раздраженно ответила Джи. — Не нужно быть мудаком! — Девушка схватила сумочку, беспомощно провела пальцами по свитеру и вышла из кабинки вместе с Чонгуком. — Шоколадные батончики во фритюре?

— Да, я думаю, если мы собрались есть вредную еду, то можем пойти ва-банк. —Чонгук по-мальчишески потер руки. — И еще, здесь есть «Фанел-кейк».

— Да, — согласилась она и, когда Чонгук предложил ей руку, девушка неохотно взяла ее. — Это подозрительно похоже на свидание.

— Неужели это так ужасно?

— Я же сказала, что не хочу с тобой встречаться.

— Нет, ты такого не говорила, — спокойно ответил он. Джису заметила, что Чонгук шел медленно, стараясь соответствовать ее темпу. — Мне помнится, ты сказала, что сегодня не сможешь прийти. Ты ничего не говорила о том, что не хочешь встречаться со мной.

— Тогда, вероятно, мне следовало это уточнить.

— Или ты могла бы перестать лгать себе, — продолжил Чонгук и указал на фургон с едой, припаркованный на соседней улице. — Хочешь съесть со мной шоколад во фритюре?

Конечно же! Конечно, Джису хотела. Каждый раз, когда она упоминала что-то подобное в разговоре с Дженни, ее сестра недовольно фыркала и сразу же подсчитывала калории, так что Джису никогда не пробовала.

— Наверное, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал не так неуверенно.

Чонгук снова улыбнулся Джису своим мальчишеским взглядом и повел их к фургончику. Пока Чонгук расплачивался, им вручили маленькие бумажные кораблики в красную и белую клеточку, и Чонгук с любопытством посмотрела на свою шоколадку. Она напоминала корн-дог, но посыпанный сахарной пудрой и с другим запахом.

— Выглядит очень вредным.

— Выглядит просто восхитительно, — поправил Чонгук и откусил огромный кусок. Сахарная пудра покрыла его губы, а затем выражение лица Чонгука изменилось с довольного на удивленное.

— В чем дело? — поинтересовалась Джису с любопытством.

Чонгук прожевал, а потом пробормотал:

— Мне кажется, мои зубы склеились.

Джи хихикнула и откусила кусочек поменьше. Смесь и правда была слишком шоколадной и такой вязкой, как карамель, что и ее зубы, казалось, тоже слипались. Но, о боже, это было прекрасно и так вкусно. Джису облизала пальцы, а после поморщилась от такой приторной сладости.

— А есть что-нибудь попить? — спросила Джису.

Магнус кивнул, и они направились к следующему фургончику за выпивкой. Через несколько минут они оба пили сидр, а когда закончили с поеданием шоколада во фритюре,Чонгук настоял на яблоках в карамели. Так прошел день — они ходили от одного грузовичка к другому, пробуя понемногу всё подряд. Джи потрясающе проводила время, улыбалась, смеялась и наслаждалась вкусной едой.

***
В кармане у Чонгука завибрировал телефон с входящим сообщением. Он проигнорировал это, сосредоточившись только на ясноглазой девушке, сидящей рядом с ним и потягивающей горячий сидр. Даже пусть одежда Джису была покрыта кошачьей шерстью, девушка выглядела отлично. На ее щеках появился легкий румянец от холода, губы были естественно-розового оттенка, и девушка искренне улыбалась. Джису с Чонгуком перепробовали почти все вкусности, что смогли достать в фургончиках на фестивале: яйца по-шотландски, ножки индейки, кукурузу в початках, различные пирожные, леденцы — и теперь они пытались всё это запить сидром. Джису не отказывалась ни от чего, что предлагал Чонгук, а на обратном пути они играли в словесные игры, и девушка постоянно журила его, когда он проигрывал.
Сегодня Чонгуку чертовски не хотелось участвовать в глупых играх Тэ, но в тот момент, когда он увидел Джи в будке, с ее хмурым выражением лица, то, как люди проходили мимо нее, а девушка с нежностью и любовью прижимала к себе длинношерстную кошку, его неожиданно неудержимо потянуло к ней.