Shadow

Чимин бежит по коридору изо всех сил. Хоть бы успеть. Вбегая в горящую комнату, его окутывает едкий дым, заполняя и отравляя лёгкие, и он видит тело Юнги, лежащее бездыханно на кровати. Отчаяние и страх одолевают, но он должен спасти его, он должен спасти своего соулмейта...

Чим хватает его под руки и пытается вытащить, не успевает он стащить его на раскалённый о жара пол, как Юнги резко открывает глаза и, смотря на Пака жутким пробирающим, как у призрака взглядом, произносит:

"Спаси меня"

Чимин просыпается. Холодные капли пота стекают по лбу, а дыхание всё ещё учащённое. Снова, один и тот же кошмар. Одна и та же скрипучая койка, в до невозможности белой палате. И снова не смог спасти его...

Потеря соулмейта оставила слишком глубокую рану в его душе, которая кровоточит по сей день...

*flashback*

– Чиминааа, просыпайся, – шептал на ухо Юнги.

– Мхмхм,– вымолвил что-то не внятное Чимин и вытянулся на кровати, словно котёнок.

– Давай, вставай, иначе мы опоздаем на пары, – произнёс Юнги, нежно целуя парня в щёку и смотря на его взъерошенные после сна волосы.

– Ещё минутку,– упрашивал светловолосый парень.

– Ну уж нет, – Юнги придавил парня своим телом, и стал беспощадно щекотать его, и их смех сливался в унисон, пронизывая каждый уголок их однокомнатной квартирки, где они проводили так много, а сейчас кажется так мало времени. Стоило почаще пропускать занятия и быть наедине друг с другом. Лежать, разглядывая каждую ямочку на щеках, из-за не сползающей улыбки, просто дразняще целовать шею, уши, плечи, в комнате наполненной сладким ароматом свежих маргариток, свежезаваренного кофе и сигарет. Стоило думать об этом тогда...

*end flashback*

Иногда воспоминания из прошлого одолевали сознание парня. Раньше просыпаться было счастьем, видя рядом своего любимого, перебирая его мягкие волосы, а не в больничной палате, где всё что ждало с утра это горсть таблеток. Настоящая пытка. Сам дьявол заглотил Чимина и теперь, не перестаёт издеваться. Это больше не тот блондинистый парень, которого часто называли ангелом, а прохожие засматривались на его счастливое сияние, теперь он превратился в израненное существо, сплошной шрам, не заживающий ни на секунду, что каждую ночь вскрывают по новой. Представьте, видеть смерть родного человека, снова и снова, день за днём, сходя с ума и пытаясь успокоить ноющее сердце...

– Господин Пак, вы уже проснулись? К вам посетитель,– произнёс санитар, стоявший около двери.

– Да, уже иду,– ответил пациент психиатрической лечебницы имени Кван Джухёка.

Чимин встал с кровати обессиленным, лекарства высасывают из него все силы, какие остались. Вставляя замёрзшие ступни в белые тапочки и проходя в приёмный покой, Чимин замечает своего друга Чон Хосока:

– Привет, Чимми, ты как?– спрашивает темноволосый парень, с натянутой улыбкой и грустью в глазах, потерявших всякую надежду.

– Как всегда,– отвечает Пак, равнодушно рассматривая свои погрызанные ногти.

Ему не становится лучше и друг это видит. Синяки под глазами, безжизненный взгляд, исхудавшее тело. Полное отсутствие интереса к жизни и безразличие к окружающим.

– Снова этот кошмар снился, да?

– Да,– коротко кивает.

– Чимин, так не может продолжаться, он погиб полгода назад. Его больше нет, после взрыва и утечки газа... ты не в силах был помочь ему. Пожалуйста, вслушайся в мои слова. Пора подумать о себе...Ты же знаешь, мы с ребятами переживаем за тебя...

Чимин просто молчал в ответ, как бы ему не внушали терапевты, психиатры, друзья – он не мог отпустить его, просто не мог. Всё в его теле, каждая клеточка, каждый атом, хранил воспоминание о Юнги. Каждый уголок души всё еще чувствовал его и звал, как молящийся, звал к себе самое ценное что было у него в жизни.

– Пак Чимин, время идти на консультацию,– сообщила сестра, подошедшая к нему.

– Хорошо, иду,– ответил он ей. – Спасибо, что пришёл, Хо, рад был повидаться,– попрощался с другом Пак, как и всегда солгав. Он не рад. Точнее просто не может быть радостным, как бы ни пытались врачи и друзья, он не чувствует ничего кроме боли расставания и сожаления, что не смог спасти. Он был поглощён мыслями о прошлом, снова и снова прокручивая в голове слова полицейского:

"Была утечка газа, взрыв вызвала зажигалка", та самая, которой Юнги обычно поджигал сигареты. Ему говорили, что курение убьёт его, но не таким же образом...

Шагая по коридору, словно невесомое существо, Чимин подходит к кабинету лечащего врача. Перед входом висит зеркало. Он смотрит на свои отросшие чёрные корни волос и такие же чёрные пустые глаза, которыми так любил любоваться Юнги, сияющие, добрые, с ноткой дерзости и соблазна, полные жизни и озорных огоньков...

"Я скучаю по тебе",– говорит он про себя, хоть эти слова предназначены не ему. Как жаль, что Чимин уже никогда не услышит его голос по утрам и не сможет взять за руку, гуляя по парку. Не сможет утешить или порадоваться вместе, не сможет ругаться за не высушенные волосы и частое курение. Никогда не коснётся тёплых искусанных губ своего истинного.

–Входите!–слышится из-за двери.

Чимин проходит в до тошноты знакомый кабинет и ложится в кресло. Идиотская картина ёлки всё так же висит на стене, врач не понимающий его всё так же мил и благосклонен, что начинает тошнить.

– Ну как ваше самочувствие, господин Пак?

– Так же, как и всегда,– громко выдыхая, Чимин натягивает рукава больничной пижамы, закрывая шрамы на запястьях сделанные в первые месяцы после того пожара.

– Сегодня вам снился тот кошмар?– даже вопросы у этого врача одни и те же, всё безумно надоело.

– Да, мне больше ничего не снится, кроме него.

– Что ж, думаю раз мы не можем избавиться от этих проекций, попробуем углубиться в них. Постарайтесь разглядеть детали в этом сне в следующий раз, сосредоточиться на мелочах. Возможно ваше подсознание пытается дать вам какую-то подсказку, чтобы помочь организму выйти из вашего состояния.

Как умело доктор обходит слова депрессия и суицидальные наклонности.

– Я попробую,– отвечает Пак и собирается уходить, но врач его останавливает, указывая на пластиковый стаканчик у него на столе.

–Это другой препарат, с сегодняшнего дня вы будете пить его, кажется прошлый, перестал действовать.

– Ага,– Чимину было плевать, что за таблетки ему дают. Так что одним движением он хватает стаканчик и глотает их. Горечь растекается по горлу, но это уже так же привычно как и всё остальное.

– И, господин Пак, если вдруг вам надо будет с кем-то поговорить о своих чувствах, я всегда здесь и готов помочь.

– С чего вы взяли, что я вообще что-то чувствую?,– усмехнулся Чим, бездушно смотря в глаза врача и вышел из кабинета.

Так и протекала его жизнь. Таблетки, врачи, консультации. Это было просто существование. Потеряв Юнги, он потерял самого себя.

Хоть он и ненавидел свои кошмары, ведь они заставляли его сердце разрываться на части каждый раз, он ждал наступления ночи, больше всего на свете. Ведь только во снах, он мог увидеть его снова...

*flashback*

Чимин сидит в кафе вместе с друзьями. Парни весело смеются, то и дело, чуть не падая со стульев. Мясо шкварчит на гриле перед ними, издавая неповторимый запах и заставляя течь слюнки.

– Эй, Хосок, давай ещё по одной,– говорил Намджун, протягивая бутылку соджу, он не задал вопрос, просто сразу утверждал и отказы не принимаются.

– Эй, может вы уже уединитесь где-нибудь?–спрашивал Сокджин у Тэхёна и Чонгука, которые не стесняясь флиртовали друг с другом у всех на глазах. То и дело поглаживая и соприкасаясь "случайно" ладонями.

– Кстати, когда уже приедет Юнги?– спросил Джун у Чимина, наливая новую порцию алкоголя.

–Пойду позвоню ему, узнаю,– ответил Пак и вышел на улицу, подальше от шумных людей из мини-ресторанчика. Было уже поздно и темно, тучи сгущались всё сильнее, предрекая сильный ливень. Ветер завывал, так что пришлось зажать другое ухо рукой, чтобы лучше слышать гудки.

Один за другим, сигнал за сигналом, Чимин начинает волноваться, что что-то случилось, ведь <i>он</i> уже должен был приехать:

– Алло, Чимми? – отвечает Юнги и у Пака словно камень с души сходит, а зажатое тело расслабляется.

– Ну ты где? Мы тебя заждались, – жалуется он своему парню.

– Прости, малыш, на работе задержали, я сейчас дома, решил забрать кое-что, скоро буду!

– Ну ладно, жду тебя, целую, давай,– Чим вешает трубку и возвращается к друзьям.

Полчаса спустя телефон Пака снова начинает вибрировать:

– Алло, ты где плетёшься?– возмущался светловолосый парень, уже заждавшись того, кто всех и собрал сегодня.

– Здравствуйте. Вы–Пак Чимин? – спрашивает незнакомый голос и парень задерживает дыхание, а сердце сбивается с ритма, оно чувствует.

–Это больница Хвангам, мне жаль сообщать вам это, но в вашей квартире случился взрыв и ...

– Что с моим парнем?– прерывает Пак, а слёзы начинают медленно скатываться по его лицу, обжигая замёрзшую на ветру кожу. Кажется сердце тоже покрывается коркой толстого льда, волнение нарастает с каждой секундой.

– Нам очень жаль, но он погиб. Ожоги были несовместимы с жизнью.

Чимин бросает трубку и садится в первое попавшееся такси, борясь с накатывающей истерикой. Руки дрожат и обхватывают тело, будто пытаясь сдержать тот шторм, что теперь разгорелся внутри.

Он не мог поверить, думал, что это чья-то злая шутка.

Вечерние огни за окном слились в тысячи светящихся линий от скорости, а небо окрасилось в кроваво-чёрный, с приближением к нужному месту. Словно сам мир становился погрузился во мрак и синхронизировался с состоянием и чувствами Чимина. Началась гроза.

Выбежав из машины, Чимин смотрел, как пожарные тушат огонь, который даже дождь не в силах. Его квартира, центр очага. Куча зевак собрались поглазеть. Для кого-то это просто неприятное событие, для кого-то шоу, но для Чимина, это был армагедон. Конец света, конец его света под именем Юнги. Парень заметил скорую помощь и носилки, на которых лежало тело закрытое простынёй. Мёртвое, бездыханное тело.

*end flashback*

Это последнее, что помнил Чимин. Следующий кадр в его памяти – это больница.

С тех пор дни тянутся, как вечность.

Большую часть времени Пак спал или рисовал. Обрывки воспоминаний с Мином, его лицо, улыбка или глаза, всё находилось в альбоме Чимина.

Только его он берёг, как самое ценное сокровище, что у него есть, то что у него осталось...

– Все по койкам!– крикнул санитар, выключая свет в коридоре.

"Сосредоточиться на деталях, нужно сосредоточиться"– произносил как мантру Чимин, пока не затонул в тёмном омуте, окутывающем его изнутри.

Вспышка. Он снова бежит по задымлённому коридору. Бежит изо всех сил. Выбивая дверь с ноги, он видит лежащего на кровати Юнги. Но в этот раз, что-то изменилось. Его глаза открыты и смотрят в окно, Чимин хватает его за руку и машинально, чувствуя сопротивление поворачивает голову туда же, куда направлен безжизненный взгляд Мина.

На окне выведена надпись чем-то красным:

"Я жив."

Вскакивая с постели, Чимин пытается отдышаться, но бешеный пульс громом бьёт по вискам. Слёзы катятся вниз, вбирая в себя части кошмара, и падают на белоснежное одеяло, оставляя мокрые круги.

"Он жив? Что это сейчас было?"– мысли разбредаются, а взгляд скачет из одной стороны в другую.

Встав с кровати и умывшись холодной водой, Чимин записал в альбом сегодняшний сон. Этот отличался от всех предыдущих. Может дело в новых таблетках или ещё в чём, Пак не знал, но чувствовал, что сегодня произошло что-то важное, то, что положит начало его излечению.

На завтраке он не съел ни кусочка. Он не чувствовал голода. В его голове на повторе звучала эта фраза:

"Я жив. Я жив. Я жив"

Сегодня очередь Сокджина проведывать его:

– Чимина, как ты поживаешь? Я принёс тебе рисовых булочек, наверное ты уже устал от больничной пищи,– Ким достал небольшой ланчбокс.

– Слушай, возможно это странно прозвучит, но вы уверены, что его больше нет?– сон не давал ему покоя, он чувствовал, что что-то не так и Сокджин прекрасно понимал что имеет в виду друг, не в первый раз он спрашивает подобное, где-то в статысячный, не смотря на всегда один и тот же ответ.

– Да, Чимин, мы были на его похоронах. Мне жаль, но он не вернётся,–Джин испугался за состояние Чимина, кажется что-то в его глазах стало безумным.

– Мне кажется, не знаю как, но он выжил...

Друг молчал и обеспокоено смотрел на Пака.

– Да, должно быть ты думаешь, что я окончательно спятил, но пожалуйста поверь мне, мне кажется он пытается связаться со мной...

– Даже, если и так, может он хочет, чтобы ты уже отпустил его и продолжил жить дальше?– Джин пытался аккуратно успокоить возникшую идею, что может подпортить его временно стабильное состояние.

– Не знаю,– ответил Чимин, опуская взгляд.

Следующие полчаса Сокджин рассказывал, как поживают другие ребята и что происходит в мире. Чимин делал вид, что слушает его, но что-то подсказывало ему, что это не просто сны и что на самом деле, он не сходит с ума...

***

– Господин, Пак, вы не против, если с сегодняшнего дня наши беседы будут записываться на видео?

– Мне всё равно, доктор Ли,– ответил Чимин врачу и как обычно уселся в кресло закидывая назад голову.

– Итак, вы нашли для себя что-нибудь новое в ваших снах, после нашего вчерашнего разговора?

Пак, сначала молчал, но затем решил ответить:

– Надпись.

– Что за надпись, расскажите поподробней.

– Когда я пытался спасти его, на стекле была надпись: "Я жив".

– То есть, вы хотите сказать, что Мин Юнги смог выжить?

– Я не знаю, это же просто сон верно?

– Разумеется, я думаю ваше подсознание намекает вам, что Юнги всегда будет жить в ваших воспоминаниях и в вашей душе, так что вы можете пойти на поправку.

– Не знаю, – протянул Чим, томно выдыхая.

– Вы что-нибудь почувствовали увидев эту фразу?– спросил доктор, записывая что-то в свой блокнот.

–Думаю да.

–Правда? Здорово. И что это за чувство?– снял очки доктор. Кажется новый препарат даёт хорошие результаты

–Надежда,– ответил Пак, переводя взгляд на ясное голубое небо за окном.

Доктор похвалил его и отпустил, перед этим проследив, чтобы тот выпил таблетки.

Оставшийся день Чимин пытался разобраться в своих догадках. Он сидел у себя на кровати и рисовал руку Юнги заключённую в свою ладошку.

И меняя белый карандаш чёрным, Чимин клянётся, он заметил тень краем глаза, которая появилось в один миг, и в этот же миг исчезла.

Чимин сначала испугался, кажется он уже реально полностью сбредил, но потом, необъяснимое чувство спокойствия растеклось по всему телу, словно тягучая патока окутала его, он чувствовал такое раньше, только рядом с ним. Эта же аура, эти же чувства. Кажется, сегодня он слишком много думал и ему стало мерещиться всякое.

Незаметно, за окном, солнце уже провалилось за горизонт, и включились уличные фонари, а это значит одно – скоро он снова увидит Юнги.

"Если ты действительно жив, и я не сумасшедший, дай мне знать, пожалуйста Юнги",–проговорил Чимин, смотря в потолок и закрывая глаза.

С каждым разом начало всё темнее, тьма повсюду и только одна дверь, откуда льётся свет и языки пламени окутывают её.

– Я СПАСУ ТЕБЯ, ЮНГИ !– Чимин врывается в комнату и его лицо обжигает горячий воздух.

Юнги сидит на полу опираясь спиной на кровать, так словно просто греется на солнце, а не сгорает заживо. Чимин хватает его под руки, чтобы вытащить от туда, но внезапно, казалось полуживой парень показывает нож и проводит лезвием по руке Пака, по руке, которая пыталась спасти его, но снова не смогла...

Чимин просыпается от резкой боли. Почему с каждым разом кошмары всё страшнее и реальнее?

Пак переводит взгляд на руку и видит, как капли крови стекают на одеяло и вырисовывают на нём алые узоры.

Он бежит к раковине и промывает рану, до тех пор, пока до него не доходит, на руке что-то написано.

Подходя к окну, Чимин пытается прочитать, что написано под первыми лучами солнца. И ему это удаётся. Лучше бы он не читал, он не мог поверить своим глазам, он не верил, что с ним это происходит, он просил подать ему знак и он его получил...

Кривыми буквами, на трясущейся кровоточащей руке была выцарапана надпись.

Она гласила:  "Я рядом. Помоги мне"

https://youtu.be/3Cn3VBv3VqU