Чучело

Это мальчишка!!!

Он скрючивается от боли, свернувшись клубком на холодном бетоне крыши, и извергает немыслимые, непередаваемые ругательства в мой адрес! Я вскакиваю, протирая от слез глаза и смотрю на него с изумлением.

- Дура! – кричит он, - Задницей своей мне всю кладку разбила!!!

Откуда он здесь? Зачем спас меня? Кто он?

Я не знаю его! Вижу впервые! Он точно не из нашей школы. И даже не с нашего района!

- Ты кто такой? – спрашиваю я тихо.

Он не отвечает мне. Встает на ноги, отряхивает брюки, а потом поднимает на меня глаза и тут же начинает орать:

- Ты совсем сбрендила? Умереть решила? О чем ты думала???

- Какое твое дело? – бурчу я себе под нос, отводя взгляд.

Но он будто не слышит меня, подскакивает ближе, хватает за плечи и начинает трясти, словно куклу:

- Эгоистка! Дура!!! Думаешь только о себе!!! Ты, хоть, представляешь себе, какую боль ты причинишь своим близким, если умрешь? Как будет чувствовать себя твоя мать, твой отец, твои друзья? Своим тупым поступком ты разрушишь их жизни!!! И мне плевать, почему твоя жизнь так невыносима, что ты решила ее закончить! - он отпускает мои плечи и закрывает лицо ладонями, на мгновение замолкает, а потом начинает кричать с удвоенной силой, - Возможно, кто-то никогда не сможет себя простить за то, что не сумел тебя спасти!!! – он говорит это с таким надрывом, с такой болью, словно про себя, а в глазах блестят слезы.

А я стою перед ним и не могу заставить себя прервать его монолог. Слушаю молча и чувствую эту его боль каждой клеточкой своего тела, впитываю ее в себя, и с каждым его словом ее становится все больше, она накапливается во мне, достигает своего пика и вырывается из меня громким несдерживаемым ревом.

Я падаю на колени и реву, словно трехлетнее дитя, растирая слезы по своему опухшему лицу.

- Ты чего? – вдруг спрашивает он, садясь рядом, - Не плачь... Ничто в этом мире не стоит твоих слез!

Я поднимаю на него свои отекшие от слез глаза и громко шмыгаю носом, стараясь загнать назад невесть откуда взявшуюся соплю...

- Ты должна бороться! Понимаешь? – он снова кладет свои руки мне на плечи, но в это раз не трясет, а обнимает меня по-дружески, заглядывает мне в глаза, - Ты можешь все изменить только пока ты дышишь! Твоя жизнь в твоих руках!

Я киваю, давая ему понять, что поняла, что согласна, но все еще не могу вымолвить ни слова.

- Ты должна обещать мне, что никогда не попытаешься сделать это снова!

Я киваю.

- Обещай! – требует он.

- Клянусь, - невнятно хриплю я и по-дурацки поднимаю вверх палец.

Зачем я так сделала? Это так... нелепо...

Он хмыкает в ответ, пряча внезапную улыбку, разворачивается на каблуках и идет к выходу. А я стою, обескураженная, и молча смотрю ему вслед.

- Ты идешь? – спрашивает он, поворачиваясь ко мне у самой двери.

Я подскакивают от неожиданности, хватаю свой рюкзак и направляюсь следом. Мы спускаемся по крутой лестнице. Он идет впереди, я шагаю сразу за его широкой спиной и, почему-то, совершенно необъяснимо, чувствую себя под его защитой. Словно вокруг меня вырос кокон, сквозь стенки которого не может проникнуть в мой мир ни одна, даже сама пронырливая, гадость.

А потом мы спускаемся с ним на первый этаж в лифте. Просто стоим рядом, плечом к плечу и молчим. Я кидаю на него косые взгляды, пытаясь рассмотреть моего спасителя при свете ламп. Получается не очень... Но из того немногого, что мне удалось рассмотреть, я делаю вывод, что он довольно симпотный.

Высокий, темноволосый, с правильным профилем и длинными густыми ресницами. Почему у парней всегда такие пышные ресницы? Зачем им такая красота? Они ведь даже не ценят этого.... Любая девочка отдала бы жизнь за такие ресницы! Но, почему-то, природа дает их парням... Ну, что за несправедливость!

Негромкий звонок лифта сообщает, что путешествие закончено. Мой спаситель выходит вперед и, не оборачиваясь, пропадает за металлической дверью выхода.

Я даже не спросила его имя! И не сказала спасибо! Какая же я... невоспитанная!

Выскакиваю следом на улицу и ищу его глазами. Но его уже нет. Он ушел. Растворился в вечерних сумерках.

И мне пора домой...

И я, сделав глубокий, тяжелый вздох, смиряюсь с предстоящим нагоняем и бреду потихоньку по вечернему городу в сторону дома. Теперь мне уже некуда спешить. И есть время обдумать всю ситуацию и решить для себя, как жить дальше...

Ведь, я пообещала, что буду жить! И теперь мне придется бороться! Разбираться со своими проблемами самостоятельно. Хорошо, что завтра выходной, и у меня есть еще немножко времени на обдумывание стратегии...

***

А дома меня ждет настоящий переполох. Бабушка плачет, капая себе в рюмку успокоительное, мама прижимает ее к себе нежно и, в попытке успокоить, гладит по голове:

- Не волнуйтесь, вы так, - говорит он негромко, - Девочка у нас большая уже. Погуляет и вернется... Здесь совершенно не о чем переживать...

- Ну, почему она не берет трубку? Вдруг, с ней что-то случилось? Вдруг, ей нужна наша помощь? – причитает бабушка.

- Да, что вы, в самом деле, мама... Сами что ли не были молодой? Иногда подросткам нужно давать хоть немного свободы!

- Ой, не знаю... В наше время, дети были совсем другие! И люди были добрее... И машин столько не было на улицах... Ой, не на месте у меня душа... Ой, не на месте...

- Приперлась? – со злой ухмылкой выкрикивает Даня, оторвав глаза от смартфона.

Мама и бабушка поворачивают ко мне головы и смотрят на меня с осуждением.

- Ты где была? – спрашивает мама, - Почему трубку не берешь?

- Телефон сломался, - отвечаю я тихо, демонстрируя родным свою разбитую мечту, - Можно я пойду спать? У меня был тяжелый день...

- У нее был тяжелый день! – вскидывает руки бабушка, - Вы слышали? Это у нее был тяжелый день! – она хватается за сердце, - А, обо мне ты подумала? О матери своей подумала? Хочешь нас в могилу свести?

- Да, что вам будет..., - тихо огрызаюсь я.

Понимаю, что так нельзя, но ничего не могу с собой поделать.

- Ой, ну погоди у меня, - кричит бабушка, вскакивая с дивана и хватая свою трость, - Придет отец с работы, я ему все расскажу! Будешь целый год дома сидеть! Безвылазно! – и чтобы придать больше веса своим словам, она потрясает своей тростью в воздухе.

- Простите, - бурчу я, не слишком, впрочем, раскаянно, - Можно я пойду к себе?

- Иди уже, - говорит мама, махая в строну двери, - Успокойтесь, мама! Присядьте, выпейте валерьяночки... У вас же больное сердце! Нельзя же так себя изводить...

***

Я понимаю, что ба кричит не просто так, а потому что волнуется за меня. Понимаю, но все равно обижаюсь! Она ведь даже не знает, через что мне пришлось сегодня пройти. Не представляет даже в каком аду я живу последние несколько лет! Может быть, мне стоило бы ей все рассказать... Но я не могу...

Просто не знаю, с чего начать...

Я лучше полежу здесь тихонечко, уткнувшись лицом в подушку, и поплачу еще чуток, жалуясь на судьбу, если, конечно, у меня найдутся еще для этого слезы. Мне кажется, что они просто кончились, я, как будто стала пустой, просто оболочкой без наполнения, без чувств...

Всю ночь не могла уснуть. Лежала и смотрела в потолок, проигрывая прошедший день снова и снова. А теперь не могу проснуться. Ворочаюсь с боку на бок, стараясь скрыться от вездесущего солнца, но не желаю вставать.

- Иди завтракать, - говорит мама, заглянув в комнату.

- Не пойду, - отвечаю я из-под одеяла.

- У тебя все в порядке? – спрашивает она заходя и прикрывая за собой дверь.

- Нет.

- Не хочешь рассказать, что случилось? – спрашивает она, садясь на мою кровать.

- Нет.

- Что-то в школе? С парнем проблемы? – гадает она, но я упорно молчу, - Ну, ладно, - она похлопывает меня по плечу и встает, собираясь уходить.

- Ма-а-а-м, - неожиданно для самой себя говорю я, высовываясь из-под одеяла, - Почему я не красивая?

- Кто тебе такое сказал? – удивляется она, снова возвращаясь ко мне.

- Никто. Я просто знаю...

- Глупости! – ворчит мама, поправляя мне волосы, - Ты очень красивая! Сама красивая девочка на свете!

Конечно, что она еще может мне сказать? Она же моя мама... Ей положено говорить мне только приятные вещи, успокаивать, утешать...

- Научишь меня краситься? – спрашиваю я.

- Тебе это не нужно, - поджимает она губы, - Смотри, какая ты милашка! Зачем тебе эта краска?

- Нужно! - возражаю я.

Она задумывается на мгновение и произносит:

- Знаешь, у меня есть идея получше... Пойдем сегодня со мной в салон красоты?

- Правда? – мое настроение мгновенно меняется в лучшую сторону.

- Правда! – говорит она, смеясь, - А, теперь вставай, одевайся и давай к столу.

- Уже иду, - подскакиваю я с кровати.

- И не забудь извиниться перед бабушкой!

***

Я целый день была по-настоящему красивой! Меня постригли, уложили волосы, сделали потрясающий дневной макияж, маникюр, педикюр даже... А еще я провела незабываемые часы с моей мамой. Мы так много с ней разговаривали, так много смеялись, что я почти забыла про свои проблемы.

Я смотрела на свое отражение и не узнавала себя. Это была не я!!! Из зеркала на меня смотрела потрясающая красотка, словно только что сошедшая с глянцевого журнала. Боже! Я хочу выглядеть так всегда! Каждую минуту моей жизни, каждый божий день!

Теперь я знаю, какой могу быть, если стереть все неровности и шероховатости, если умело скрыть все недостатки и подчеркнуть достоинства! Я и подумать не могла, что такое возможно!

Мне срочно нужно в магазин! Пока я помню, как называются все те баночки и коробочки, которые способны сделать из меня настоящую фотомодель!

Мы гуляем с мамой по большому центру под ручку, словно лучшие подружки, и я кидаю в свою корзину все, что попадается мне на глаза. Ведь, я же не знаю точно, что мне нужно, а потому беру все без разбора, чтобы уж наверняка не промахнуться с выбором.

- Ты погуляй пока, - говорит мне мама, - А, я сейчас вернусь, - и она пропадает за углом стеллажа, а я погружаюсь в мир тушей и помад с головой, совершенно не обращая внимания на окружающих меня людей.

- Не-е-е-ет, - слышу я совсем рядом знакомый голос и замираю на корточках, глядя на нижнюю полку, но уже не видя ничего перед собой, - Это не тот цвет, - недовольно тянет крыса Ирка, прижимая к себе свою лучшую подругу Аленку и крутя в свободной руке флакончик с помадой.

- Но тебе очень идет, - неуверенно отвечает Аленка.

- Что ты понимаешь? – небрежно кидает ей подруга и ставит коробочку обратно на полку.

Я встаю медленно и бочком стараюсь уйти с ее глаз в другой ряд, спрятаться, сбежать, пока она меня не заметила!

- Эй! – слышу я за своей спиной, и на мое плечо ложится тяжелая Иркина рука.

Я поворачиваюсь к ней, бледнея и покрываясь мурашками, ожидая до боли знакомого и такого унизительного «Чуча» в свой адрес, но то что я вижу, ставит меня в тупик.

- Простите, - говорит она учтиво, - Вы не знаете, где тут еще помаду можно посмотреть?

- Нет, - быстро кручу я головой, отворачиваюсь и быстрым шагом ухожу из поля ее зрения.

- Странная такая..., - слышу я за своей спиной.

- Ага, - отвечает Аленка, - Но, красивая, да?

- Да, ни че так, - соглашается Ирка, - Прикольная... Мне кажется, я ее где-то видела...

Я, наконец, скрываюсь за углом и обливаюсь холодным потом.

Что это было? Она не узнала меня?

Достаю из сумочки зеркало и смотрю на себя изумленно.

Неужели я настолько изменилась? Да, как такое вообще может быть?

Смотрю на себя еще раз, рассматриваю себя критично, пытаясь понять, пытаясь увидеть, а в голове звучат слова крысы, снова и снова:

«Ни че так... Прикольная!»

Я прикольная? Я???