Наследие Дримаров (18+)

Работа фрейлины не такая легкая, как может показаться на первый взгляд. Ты не принадлежишь себе, а полностью зависишь от госпожи. Ты должна засыпать и просыпаться рядом с ней, исполнять любую прихоть, отбросить свое собственное мнение и во всем соглашаться.

У каждой хозяйки были свои причуды. Королева Изабелла заставляла фрейлин коротко стричь волосы и запретила им краситься. Рядом с блистательной Изабеллой суетились серые мышки. Фрейлины королевы-матери Аники соблюдали строгие правила. Их часы синхронизировались до секунды. Подъем ровно в пять утра, идеально отутюженные черные платья без украшений, завтрак, состоящий из одних и тех же ингредиентов. Фрейлины Аники были ее подругами еще с молодости. Королева привезла девушек со своей родины, оторвала их от семей и близких.

Королевы и принцессы становились фактическими опекунами фрейлин. Они могли выбрать жениха для своей прислужницы и устроить пышную свадьбу ради развлечения.

Фрейлины – это пожизненная работа без срока давности. Ты останешься ею на всю жизнь или пока не умрет твоя госпожа. Фрейлин считали подругами, которым платят за дружбу. Для королев же дружба сплеталась с властью. Фрейлины были очередными игрушками, элитными служанками. Если надоест, можно выпроводить из замка или казнить. Король Александр отменил казни, но воспоминания еще вихрились в стенах замка.

Принцесса Валентина мягко относилась к своим фрейлинам. Она старалась стать для них настоящей подругой и не злоупотребляла властью. Марго обожала принцессу с самого детства.

Валентина казалась хрупкой и нежной бабочкой. Ее сдавливали тяжелые стены крепости. Над Валентиной постоянно смеялись. Больше всего ей доставалось от Альберта. Девочка обитала в мире своих фантазий и легенд. Она постоянно витала в облаках и говорила что-то невпопад. Валентина взрослела. Она стала красивой и грациозной, но ее мозг отказывался воспринимать суровую реальность. За это ее и прозвали королевой фей. Когда Марго еще была фрейлиной, она могла полночи читать принцессе сказки и любовные романы. Зрение заметно ухудшилось от чтения при тусклом свете ночника.

Жители страны любили принцессу. Она худенькая и застенчивая. Большие карие глаза и густые черные брови выделялись на ее крохотном личике и длинной тонкой шее. Валентина и Марго были похожи внешне, только в принцессе чувствовалась природная грация и благородство.

В первый день Белой зимы Марго отправилась в комнаты принцессы. Ее снова сделали главной фрейлиной, и нужно многое наверстать: познакомиться с новыми служанками, сделать проверку гардероба, узнать новые правила и ритуалы. Марго и не надеялась, что Валентина заступится за нее. Они дружили в прошлом, но не были достаточно близки. Марго всегда дружила с мальчишками, а не с девчонками. К тому же бывшая фрейлина могла обидеть принцессу своим поспешным бегством. Когда Марго получила письмо с угрозами, она сильно напугалась. Девушка уехала из замка в тот же день, не попрощавшись с друзьями, не оставшись на похороны Альберта. Виктора это сильно задело. Марго подозревала, что и Валентина обиделась.

Мягкая и тихая принцесса раньше никогда не перечила братьям. Да еще и на публике. Марго была в шоке. За три года двор изменился, дети повзрослели. За спинами Виктора и Валентины больше не нависал образ удушающего старшего брата.

Если Валентина и злилась на старую подругу, то никак этого не показала. Когда Марго вошла в покои принцессы, та крепко ее обняла и закружила.

– Я так рада, что ты вернулась! – пищала Валентина.

Щеки принцессы раскраснелись от сильных эмоций. Мягкие губы распахнулись в белоснежной, обаятельной улыбке. Остальные фрейлины стояли в отдалении и бесстрастно взирали на происходящее. Статус Марго все еще висел в воздухе вопросительным знаком.

Покои Валентины совсем не изменились. Огромный светлый будуар. С куполообразного звездного потолка свисали блестящие бабочки. Живые розы вились вдоль боковых колонн. Первая комната считалась гостиной для приема посетителей. Дальше шли гардеробная, ванная и спальня. Роскошь граничила с особенным стилем Валентины. Спальня принцессы имела круглую форму, а деревянное изголовье кровати почти упиралось в потолок. Объемная резьба изображала сказочные сцены из любимых историй Валентины.

Марго сразу включилась в работу: поужинать с принцессой, искупать ее, одеть в ночную сорочку, расчесать волосы и все это время ее развлекать. Валентина игнорировала остальных фрейлин и все внимание переключила на Марго. Она попросила старую подругу остаться на ночь в ее покоях.

– Ты читала лучше всех в замке, – сказала Валентина. – Остальные вечно запинаются и не умеют читать разными голосами.

Принцессу уложили под толстые одеяла. Камин по ночам потухал, и в комнатах становилось прохладно. Системы отопления не справлялись с гигантскими размерами залов.

– Ты хочешь, чтобы я почитала?

Марго потянулась к прикроватной тумбочке. Деревянная поверхность, как всегда, была завалена толстенькими книгами.

– Нет, лучше расскажи мне про реальный мир. Как ты там жила? Чем занималась? Ты устроилась на работу? Расскажи мне все. По замку ходили сплетни, что ты убежала ради какого-то парня. Это правда?

Валентина зевнула и удобнее расположилась на подушках. Марго лежала рядом с ней. Когда принцесса уснет, она переляжет на диванчик. Еще две фрейлины всегда дежурили в гостиной. Остальные девушки убежали на праздник в бальный зал. Марго заметила, как Олимпия недобро поглядывает в ее сторону. Девушка скрипела зубами от бессильной ярости. Стоило Марго сунуться в замок, и статус главной фрейлины оказался в ее руках.

Валентина выжидающе глядела на подружку. Она любила слушать истории, а Марго умела красиво рассказывать. Фрейлина прочистила горло и сплела из своей истории новую сказку, без голода, нищеты и постоянной работы. Марго рассказывала о своей сестренке и стариках, о соседях и дружбе с семьей Эрика, о работе.

– Ты такая храбрая, – восхищалась Валентина. – Ты работаешь и катаешься по всему городу одна. Я всегда мечтала быть похожей на тебя.

– Ты тоже храбрая. Ты заступилась за меня сегодня на завтраке.

Принцесса смущенно улыбнулась, Марго ответила ей тем же. Их ладошки потянулись друг к другу и сцепились. Их дружба никуда не пропала.

– Когда ты уехала, я тоже старалась быть сильной. Иногда думала: «Что бы сделала Марго?» Ты такая свободная и уверенная в себе. Ты на многое меня вдохновила.

Сердце Марго сжалось от приступа совести. В ней не осталось храбрости и свободы. Потух огонь бунтарства. Система сломала ее и перемолола. Но девушка не сказала этого принцессе.

На следующее утро Марго была разбита. Она полночи развлекала Валентину неправдоподобными историями. Принцесса решила еще поспать и отправила фрейлин на завтрак. Только Олимпия вызвалась остаться, надеясь заполучить титул главной фрейлины обратно. Марго лишь пожала плечами. Ей плевать на титулы. Она останется в замке только на Белую зиму. Еще 39 дней.

Марго вернулась в свою спальню и переоделась. Портной уже прислал несколько нарядов. Служанки нарядили девушку в тяжелое платье из бордового муара. Зимняя мода очень сильно отличалась от летнего гардероба. В Красном замке носили теплые платья с карманами, с множеством юбок, завязок и шнуровок, с объемными рукавами и высокой талией. Марго бы не смогла облачиться в такое платье в одиночку. Волосы фрейлины закололи жемчужными булавками. Девушка почти не носила украшений.

Марго хотела зайти за Феликсом, но тот, скорее всего, отсыпался после бурной ночи. Завтрак давно начался, и гости уже успели разойтись из трапезной. Марго спустилась на лифте на нижние этажи и прошла несколько галерей. Она почти дошла до высоких дверей зала, как ее поймали за локоть.

– А я вас везде ищу.

Барон Казимир нагнулся к самому уху Марго и криво улыбнулся.

– Как я понимаю, вы направляетесь в трапезную на завтрак? Вы еще не ели?

– Нет, не успела.

Марго заметила, как Казимир потянул ее в обратную сторону, вниз по лестничному пролету.

– Это хорошо. Помните наш вчерашний уговор – сходить кое-куда?

Марго сосредоточенно кивнула. Они хотели осмотреть тело доктора. Казимир вел девушку на нижние этажи, предназначенные для слуг: переплетение коридоров, арок и лестниц. Марго еще не доводилось бывать в подземной части замка. Однажды Альберт заманил ее в винный погреб, но сейчас они спускались гораздо глубже. В подземельях замка скрывались катакомбы, тюремные камеры, заброшенная пыточная и старинный склеп Дримаров.

– В подземелье есть комната как раз для таких случаев. Она полностью покрыта льдом. Мы не пробудем там долго и не успеем замерзнуть, – бодро сказал барон.

Казалось, что ситуация его забавляет. Марго поджала губы. Темные, сырые тоннели освещались тусклыми лампочками.

– Королевская семья не слишком радушно вас приняла, – заметил Казимир. – Особенно будущий король.

– Я хочу попросить у Виктора прощения сегодня. Может, он смягчится.

Марго говорила с надеждой, больше обращаясь к себе, надеясь, что Виктор ее простит. Девушка желала, чтобы он посмотрел на нее так, как раньше. Без злобы и агрессии. Видеть в зеленых глазах ненависть оказалось чересчур больно.

Казимир и Марго заметили фигуру возле одной из дверей. Молодой помощник врача уже ждал гостей возле морга. Если кто-то погибал во время Белой зимы, то его держали в морге и только потом хоронили в земле.

– Меня зовут Паскаль. Вы когда-нибудь видели мертвого человека? – спросил у Марго стажер.

Девушка вспомнила мучения Альберта, всхлипы непослушного горла. Она отрицательно покачала головой.

– Яд плохо сказался на его теле. Надеюсь, вас это не сильно шокирует.

Марго посмотрела на Казимира и на врача, дернула ручку незапертой двери и вошла в холодную комнату. Стены низкого помещения покрывала корка льда. Ледяные кубы заменяли столы. Только один деревянный стол с медицинскими инструментами стоял у стены. Марго насчитала десять ледяных, прозрачных столов. Один был занят: на нем лежал доктор Хестлер. Тело мужчины опухло и пожелтело. Широко открытые глаза остекленели и выделялись двумя багрово-красными шариками. От запаха Марго замутило. Девушка тут же пожалела о своем приходе. Она не врач и не служит в королевской полиции, она бесполезна здесь. Марго взяла себя в руки и подошла поближе к телу.

– Вы знаете, чем его отравили?

Девушка говорила шепотом, боялась разбудить призраков этой комнаты. Паскаль подошел к Марго. Глаза парня с тоской глядели на бывшего учителя.

– Анализы показали, что его отравили коктейлем из мышьяка и ядом растительного происхождения. С последним сложнее. Растительные яды трудно распознать без токсиколога и специальной аппаратуры. Все есть в столице, но в замке мои действия ограничены.

– Где убийца мог найти мышьяк? – задумчиво спросил барон Казимир. Он вышел из тени и рискнул подойти к телу. Барон коснулся холодной кожи пальцами и тут же потянулся за платком. Марго обошла стол. Доктор Хестлер был в медицинском халате. Перед смертью он принимал посетителей. Девушка и помощник врача подумали об одном и том же. Их ответ одновременно отозвался от ледяной кромки потолка:

– Крысиный яд.

Марго посмотрела на парня в белом халате. Он кивнул ей в знак согласия. Красный замок был огромным, старым, темным. Многие комнаты пустовали годами, если не десятилетиями. От крыс избавлялись, но они шустрыми тенями проскальзывали по служебным комнатам. В каждом замке и крепости есть грызуны, от них никуда не денешься. Отраву от вредителей частенько разбрасывали в коридорах. В детстве Марго натыкалась на мышеловки, когда пробиралась ночью на кухню. Девушка жила в районе, названном в честь крыс. Она знала основной состав отравы. Но Марго не знала других вещей.

– Что такое яд растительного происхождения? – спросила девушка.

Она присела на корточки. Подол платья разогнал холодный туман, скользивший по полу. Марго заметила, что кончики пальцев погибшего неестественно посинели. Стажер с интересом наблюдал за девушкой. Она испугалась, когда вошла в комнату, но смогла взять страх под контроль.

– К растительным ядам относятся токсины животных и растений. У меня есть подозрения, что доктора Хестлера отравили листьями наперстянки, добавив их к мышьяку. Но я не уверен до конца. У меня было мало практики в отравлениях, причем спланированных. Симптомы при отравлении почти всегда одинаковые: тошнота, головокружение, затрудненное дыхание и остановка сердца. Я не видел, как погибал доктор, я только нашел его тело.

– Жаль, что Хестлер не подучил вас по ядовитой теме, – вставил Казимир. – Это же Красный замок. Здесь про отравления нужно знать все.

– Он обходил эту тему стороной, хотя я просил его.

– Это любопытно, – задумчиво протянула Марго. – Я хочу осмотреть его кабинет и спальню. Вы туда еще не переехали?

– Меня переселили в его старую спальню, но кабинет доктора Хестлера не трогали. Именно там я и нашел тело. Комнату опечатали до конца Белой зимы. Когда наступит день Солнца, в замок приедут детективы. Будет проведено официальное расследование.

Паскаль объяснил Марго и Казимиру, что покраснение глаз жертвы вызвано мышьяком. От него лопаются капилляры и сосуды. Девушка и барон провели в комнате достаточно времени. Они чуть ли не бегом возвращались в жилые верхние этажи. Их знобило от холода и чувства ядовитой смерти. Марго обрадовалась, что не успела позавтракать. Барон Казимир весь позеленел и слился со своей изумрудной накидкой.

– О чем думаете? – любопытно спросил он.

Марго старалась прийти в себя. Они вошли в светлые комнаты с позолоченными зеркалами. Девушка видела свое отражение. Волосы слегка растрепались, щеки побледнели, а грудная клетка ходила ходуном. Марго задержала дыхание. Медленно выдохнула. На лице снова появилась маска невозмутимости.

– Я проверю кабинет доктора. Попрошу разрешения у короля на осмотр. Остальное я вам сказать пока не могу. Мне сказали никому не доверять, поэтому я буду работать скрытно.

Марго улыбнулась и подмигнула Казимиру. Барон засмеялся. Он и не рассчитывал на полное доверие. Паранойя короля усилилась настолько, что каждый житель замка вызывал у него подозрение. Но от этого игра становилась даже веселее.

– Ладно. Но если понадобится помощь, обращайся. И если приблизишься к разгадке, то намекни мне.

Барон дружелюбно потрепал Марго по плечу и двинулся в сторону зала. Тяжелые сапоги ритмично застучали по каменному полу. Мужчина удалился, насвистывая какую-то мелодию.

Девушка смотрела ему вслед. Время завтрака кончилось, деревянные двери в трапезную закрылись. Пара охранников стояла на страже, пока внутри зала прислуга убирала столы. Марго слышала звон посуды и скольжение стульев по ковру. Официанты убирали столы и сразу же готовили все для обеда. Знатные гости замка не замечали прислугу. Они считали ее невидимым дополнением к декору. Грязная одежда и старые простыни пропадали, и появлялись новые, чистые, пахнущие лавандой. Изысканные блюда аппетитной горкой оказывались на столе по щелчку пальца. На самом деле, в темных каморках суетились тысячи людей. Они готовят, подносят, стирают, убирают, караулят, заводят часы и следят за каминами. Марго знала, что королевская прислуга получает гроши. Адский труд день и ночь, а зарплаты до безобразия низкие. Но никто не уходит. Здесь можно дослужиться до хорошей должности. Если ты протянешь в замке хотя бы пять лет, то потом сможешь сбежать в богатый дом попроще. В твоем резюме будет красивая строка: «Работа в Красном замке».

Марго решила оставить расследование на завтра. Сегодня лучше погрузиться в работу фрейлины, вспомнить старые обязанности, вернуть к себе расположение Валентины. Принцесса так радовалась возвращению старой подруги, что Марго стало неловко. За три года она редко вспоминала Валентину. Ее мысли крутились вокруг Альберта и Виктора. Их младшая сестра изредка мелькала на краюшке сознания.

Марго сходила в библиотеку и позвонила семье. Дела у них шли хорошо. Лекарств и еды было в достатке. Девушка полдня провела в покоях Валентины. Мысли Марго лихорадочно метались между семьей, отравлением короля и Виктором. Девушке хотелось как можно скорее извиниться перед старым другом. Она не думала, что он ее поймет и простит, но надеялась заглушить собственную совесть. Первую половину дня принц занимался государственными вопросами, поэтому Марго решила заглянуть к нему после обеда. Девушка нетерпеливо следила за часами. Виктор не явился в общий зал на обед, поэтому Марго поднялась в его спальню.

Комнаты принцев и принцесс располагались на шестом этаже северной башни. Фрейлины и компаньоны жили в той же башне, но этажом ниже. Стоило только подняться по лестнице, и ты уже на месте. Рядом с кроватью Марго располагался колокольчик. Если Валентина захочет ее вызвать, она должна потянуть за нужную нить. Колокольчик сразу зазвонит.

Марго поднялась по лестнице. На королевском этаже всюду стояла охрана. Мимо девушки прошли вредные двойняшки – принцесса Кристина и принц Кристофер. Брат с сестрой высокомерно оглядели Марго и громко зашептались. Фрейлина слышала их оскорбительные шуточки, но даже виду не подала. С этой парочкой ее не связывали теплые отношения.

Марго обошла нескольких стражников и остановилась перед белой дверью. Покои Виктора. Ее сковала нерешительность. Девушка нервно заломила руки и судорожно выдохнула. Закрыла глаза и досчитала до трех. Этого достаточно, чтобы вернуть себе контроль.

Она давно должна была это сделать. Три года она прокручивала в голове трагические события. Мысленно просила у Виктора прощения за свою трусость и слабость.

Марго подняла кулак, чтобы постучаться, но дверь распахнулась сама. Послышался женский смех. Из комнаты вышли принц Виктор и Олимпия. Платье фрейлины топорщилось в некоторых местах, а корсет съехал на бок. Заколки вяло болтались на распущенных волосах. Виктор тоже казался помятым и довольным. Его расстегнутая рубашка открывала тело. Волосы сбились в кучу. Белый шрам на скуле растянулся в улыбке. И все это увидела Марго. Она даже не успела сбежать или сделать пару шагов назад. Девушка застыла возле двери. Глаза распахнулись, а рот приоткрылся от удивления. Олимпия и Виктор не ожидали гостей. Они о чем-то шептались, когда Виктор открывал дверь. Парень побледнел, когда столкнулся взглядом с блестящими черными глазами.

– Простите, – еле пролепетала Марго.

Девушка первой пришла в себя. Она отступила и быстро отвернулась. Ощутила, как горло сжалось от подступающей тошноты. Если утренний поход в морг оставил после себя неприятный осадок, то сейчас Марго боялась не добежать до уборной. Желчь уже ощущалась на языке. Олимпия и Виктор. Кто угодно, только не Олимпия. Марго захотелось сжечь себя, утопить, замерзнуть. Что угодно, лишь бы не чувствовать черную мерзкую дыру в сердце. Щеки запылали, нос защипало. Девушка подавила слезы. Выдохнув, она сделала несколько быстрых шагов назад по коридору. Хотелось убежать. Она молилась, чтобы Виктор ее не позвал.

– Марго, остановись.

Это не было сказано мягко. В ушах девушки прогремела холодная сталь. Жесткий приказ. Марго замерла на месте. Зажмурилась.

– Повернись.

Девушка медленно развернулась на каблуках. Виктор и Олимпия все еще стояли на месте. Парочку не смутило, что их поймали за тесным общением. Принц и не подумал застегнуть рубашку. Парень с девушкой все еще держались за руки. Марго заметила опухшие губы и красные пятна на шее Олимпии. Бывшая главная фрейлина насмешливо поглядывала на соперницу.

– Иди. Встретимся позже, – спокойно сказал Виктор и отпустил руку Олимпии. Он нежно пригладил ее светлые волосы. Олимпия застыла в нерешительности, но приказ был понятен. Фрейлина медленно прошла мимо Виктора и Марго. Разумеется, она остановится у лестницы или за первой стеной. Подслушает, что эти двое друг другу скажут.

Олимпия так медленно уходила, что у Марго начали сдавать нервы. Горло все еще сжималось, а желудок грозился выплеснуться на красный ковер. Виктор же казался совершенно спокойным. Он даже радовался, что Марго застала Олимпию в его спальне. Сердце раздувалось от злорадной, едкой мести. Пусть смотрит. Пусть страдает. Когда парень открыл дверь, то увидел в черных зрачках боль и печаль. В ее глазах всегда хранилась эта затаенная печаль. С первого дня их знакомства, когда он снял эту глупышку с дерева. Раньше он встречал такую безграничную печаль только в глазах двоюродного брата Адриана. Марго всегда казалась ему загадкой. Она умела скрывать эмоции. Копила все в себе. Прятала.

Виктор выбрал Олимпию не случайно. Марго ненавидела блондинку в прошлом. Принц терпеливо ждал возвращения Марго, а потом его накрыла яростная пустота. Она не вернется. Захотелось вырвать Марго из своего сердца, ведь она сидела под кожей как клещ. Виктор подпустил к себе Олимпию и стал спать с ней. Каждый раз он ощущал безобразную радость, а потом брезгливость и ненависть к себе. Сейчас все по-другому. Марго смотрит на него. В глазах блестят затаившиеся слезы. Виктор ощутил всплеск злорадства и ярости. Он ждал ее. Слишком долго ждал. Теперь его душа стала выгоревшим пустырем.

– Марго, – Виктор повторил ее проклятое имя.

– Да?

Девушка затаила дыхание. В ней еще жила наивная надежда.

– Не подходи ко мне больше. Никогда. Ты меня услышала?

Виктор сжал зубы почти до скрипа. Он в упор глядел на девушку. Марго застыла на месте. Перестала дышать. Ее старый Виктор никогда не был холодным или жестоким. Он ощущался как самый теплый человек на свете. Но не сейчас. Марго криво усмехнулась и часто заморгала. Не прерывая зрительного контакта, она приподняла уголки платья и поклонилась так низко, как только могла. Темные волнистые волосы едва не коснулись пола.

– Как пожелаете, ваше высочество, – почти пропела Марго.

Виктор вздрогнул. По телу прошел холодный озноб. В словах бывшей девушки не было даже намека на покорность. Ее мелодичный голос разъедал кости и нервы. Сейчас Марго брызгала токсичной ядовитостью. Она никогда раньше не кланялась Виктору. Никогда, хотя по правилам должна была. Это был их детский спор, который Виктор проиграл. Принц кланялся Марго и целовал ее руку. И не только руку. Он знал мягкость ее губ, запах волос, тепло шеи. Все это ушло.

Марго еще раз поклонилась принцу и развернулась. Ушла прочь. Она слышала, как за ее спиной громко захлопнулась дверь. Девушка больше не могла терпеть. Она подхватила юбку и побежала. Стражники провожали ее взглядом. Марго добежала до своей комнаты и, забежав внутрь, прижалась спиной к стене. Темная спальня окутывалась в вечерние сумерки. Девушка зажмурилась. Хотелось плакать, но она заставила слезы исчезнуть. Похоронила их глубоко в душе. Превратила их в яростный поток. Избегать Виктора? Да легко. Нужно продержаться Белую зиму, и она уедет. Позабудет принца, Олимпию, чахлого короля и сырые подвалы. Марго медленно выдохнула. Она знала, что врет сама себе. Виктора она никогда не забудет.