Закат вечности...

Дни как-то по стран­но­му быс­тро тя­нулись. Мы уби­вали вре­мя, как мог­ли, не да­вая на­шему спа­сите­лю-ог­ню по­тух­нуть. Ес­ли его не ста­нет – все мы ум­рем от хо­лода.
А ста­нови­лось все хо­лод­нее, но­чами по­рой ки­дало в дрожь. В та­кие ми­нуты я силь­нее при­жима­лась к сво­ей спя­щей под­ру­ге, с ко­торой де­лила пос­тель.
Прош­ла не­деля, и мы уже да­же как-то свык­лись с мыслью, что это Апо­калип­сис. Мы зна­ли, что воз­можно так и ум­рем вза­пер­ти, но эта мысль от­хо­дила на зад­ний план.
Я пе­ребо­лела ан­ги­ной, но доб­рый Кар­лос пос­то­ян­но по­ил ме­ня чем-то го­рячим и от­ха­живал. Это стран­но, но мы все сдру­жились.
Нет, не имен­но все 28 лю­дей, а под­рос­тки из од­но­го уни­вер­си­тета. Боль­ше все­го я об­ща­лась с Кар­ло­сом, но и с Ло­ганом и Джей­мсом у ме­ня то­же бы­ли хо­рошие от­но­шения. И да, на счет от­но­шений. Ро­ман Нэсс и Джей­мса стал рас­цве­тать. Они да­же спа­ли те­перь вмес­те, на од­ном мат­ра­се. Их пос­то­ян­ные улыб­ки бы­ли теп­лом в этот хо­лод. Они об­ни­мались, про­яв­ля­ли неж­ность, бы­ли до­воль­ны и, ко­неч­но же, они час­то уда­лялись в ма­лень­кую сво­бод­ную ком­натку. У них был хоть ка­кой-то по­вод для ра­дос­ти в эти жал­кие и пе­чаль­ные, воз­можно пос­ледние на­ши дни.
Еще, как мне по­каза­лось, Кар­ло­су пон­ра­вилась Хе­лен. Он час­то бол­тал с ней, сог­ре­вал, ког­да она мер­зла. Это бы­ло так ми­ло. Чувс­твую, что они бу­дут вмес­те, ес­ли мы вы­живем. Это уж точ­но.
Ес­ли го­ворить о мо­ей под­ру­ге Ни­коль, то её но­га уже поч­ти за­жила, но она все еще слег­ка хро­мала, ког­да хо­дила. Все вре­мя с ней был Ло­ган. Он чи­тал ей книж­ки и зас­тавлял не ску­чать. Это бы­ло то­же очень ми­ло. Ви­димо, эта ма­лень­кая ком­натка да­ла нам не толь­ко спа­сение, но и раз­ре­шила об­рести близ­ких лю­дей. Ведь, воз­можно, это­го бы не слу­чилось, будь бы мы по-преж­не­му на уче­бе.
Я ра­дова­лась за них. Это бы­ло прос­то не­веро­ят­но.
Но мне, как всег­да, не вез­ло. Что я име­ла здесь? Спа­сение? Ну да, это бы­ло. Да и дру­зей но­вых об­ре­ла. Но ни­какой люб­ви, ни­каких прик­лю­чений. Лишь по ра­зу или два в день пе­реки­далась с Кен­даллом нес­коль­ки­ми ру­гатель­ства­ми, ведь он не пе­рес­та­вал ме­ня бе­сить. На­вер­ное, это моя но­ша – оди­ночес­тво. Хо­тя я силь­но не расс­тра­ива­лась. Со мной бы­ла моя луч­шая под­ру­га Ка­мил­ла, и мой луч­ший друг Алекс.
Хо­тя, по прав­де го­воря, они то­же от ме­ня от­да­лялись. Алекс все ча­ще про­водил вре­мя с Ка­мил­лой, иг­рая с ее во­лоса­ми, рас­ска­зывая ей что-то. Я и рань­ше за­меча­ла, что он к ней сим­па­тизи­ру­ет, но сей­час это силь­но ки­далось в гла­за. Хо­тя, нет, я не за­видо­вала. Пусть они то­же ста­нут па­рой, я бу­ду толь­ко ра­да.
Грус­тным ста­нови­лось лишь то, что я час­то си­дела од­на, слу­шая гул в ком­на­те и де­лая вид, что чи­таю ка­кую-то кни­гу, взяв­шую на пол­ке. По­рой я и прав­да чи­тала, но ча­ще все­го де­лала вид, что чи­таю, а са­ма ду­мала.
Ду­мать мне бы­ло о чем…. Во-пер­вых, я очень силь­но ску­чала по семье. Мысль, о том, в по­ряд­ке ли они, все ли хо­рошо – уби­вала ме­ня. Так хо­телось об­нять ма­му, от­ца. Да­же млад­шую сес­тру-за­нозу, но хо­телось под­хва­тить на ру­ки и зак­ру­жить в воз­ду­хе.
Это бы­ло не­выно­симо…
По­рой я за­думы­валась о том, что мне сто­ит вый­ти на мо­роз и пой­ти ку­да-то и за­мер­знуть там до смер­ти. Прос­то, что­бы не ме­шать ок­ру­жа­ющим, да и это бы­ла бы не­боль­шая эко­номия на еде – на 1 че­лове­ка мень­ше. Эти су­ицид­ные мыс­ли прос­то уби­вали ме­ня, я пы­талась их от­го­нять, но не по­луча­лось.
Всех нас очень силь­но бе­сила Эми­ли, ко­торая пос­то­ян­но ны­ла о ног­тях, со­ляри­ях и кос­ме­тике. Ее все не ус­тра­ива­ло. Еще боль­ше ме­ня бе­сило то, что они с Кен­даллом час­то за­жима­лись, при­чем не сов­сем цен­зурно. Нэсс и Джей се­бе та­кого не поз­во­ляли.
Но, ра­дова­ло то, что уже два дня они с ней бы­ли в ссо­ре и не раз­го­вари­вали. Кен­далл её иг­но­риро­вал, а моя ду­ша бы­ла как-то пос­по­кой­нее. Прос­то бе­сили они ме­ня, вот и все.
Се­год­ня был та­кой стран­ный день.
Та­кой… Я бы ска­зала ду­шащий ме­ня. Я пы­талась чи­тать кни­гу, но не вы­ходи­ло. Хо­телось толь­ко по­весить­ся.
Алекс си­дели с Ка­мил­лой и об­сужда­ли ка­кой-то жур­нал, Кар­лос был за­нят чте­ни­ем кни­ги, Хе­лен дре­мала, Ни­ка то­же чи­тала кни­гу. Кни­ги – это бы­ло единс­твен­ным на­шим раз­вле­чени­ем. Джей­мс с Нэсс иг­ра­ли в кар­ты, ко­торые они са­ми и сде­лали, на­рисо­вав их на бу­маге и вы­резав. Я, по­луча­ет­ся, дей­стви­тель­но бы­ла здесь лиш­ней. Да­же Эми­ли наш­ла се­бе за­нятие, най­дя у се­бя в су­моч­ке пи­лоч­ку для ног­тей.
Ус­та­ло вздох­нув, я ре­шила уда­лить­ся. Ус­та­ла от этой не­нуж­ности.
Под­нявшись, я уш­ла в единс­твен­ное мес­то, где мож­но бы­ло по­быть од­ной – в эту ком­натку, так ска­зать, «для сек­са». Сев на ди­ван и под­жав под се­бя но­ги, пе­рес­та­ла сдер­жи­вать эмо­ции и рас­пла­калась. Прос­то от на­шего по­ложе­ния, от сво­ей ус­та­лос­ти и не­нуж­ности. Хо­телось до­мой, к ро­дите­лям. Хо­телось все­го, кро­ме это­го.
Сле­зы сла­бо ска­тыва­лись по ще­кам, по­ка я иг­ра­ла с лис­точка­ми боль­шо­го рас­те­ния, сто­яще­го у ди­вана. Оно поч­ти за­вяло, по­тому что кто-то до­думал­ся по­лить его со­леной во­дой.
Кста­ти, во­ду мы на­чали ис­поль­зо­вать не ту, что рань­ше. Муж­чи­на, по име­ни Ро­берт, при­думал та­кую схе­му – не тра­тить чис­тую во­ду ни на что, кро­ме еды и уто­ления жаж­ды. Он при­думал схе­му – они теп­ло оде­вались, вы­ходи­ли за дверь биб­ли­оте­ки и от­ка­лыва­ли кус­ка­ми лед, пос­ле че­го мы его рас­тапли­вали. У нас был без­гра­нич­ный за­пас во­ды для умы­вания и при­нятия скром­ной ван­ны, ко­торая воз­можна в этих ус­ло­ви­ях. Для питья она не го­дилась из-за то­го, что бы­ла со­леной. Но для ос­таль­но­го под­хо­дила.
Но сей­час я ду­мала да­леко не о во­де. Мои мыс­ли бы­ли где-то на краю про­пас­ти и мо­ей лич­ной уто­пии…
Вдруг дверь скрип­ну­ла. Я быс­тро вы­тер­ла сле­зы, что­бы ник­то не ви­дел, что я пла­чу.
Стран­но, но я ожи­дала ко­го угод­но, но не его. Шмидт зас­тыл у две­ри.
-К те­бе мож­но? – ти­хо спро­сил он. В этот раз в его сло­вах не бы­ло ни злос­ти, ни по­пыт­ки ме­ня за­цепить.
-За­ходи, - я по­жала пле­чами.
Па­рень во­шел сю­да. В его ру­ках бы­ло две круж­ки с чем-то го­рячим.
-Ты ведь не от­ка­жешь­ся от чая, вер­но?
Я улыб­ну­лась. Впер­вые за нес­коль­ко су­ток это бы­ла не на­иг­ранная улыб­ка.
-Спа­сибо, - я взя­ла круж­ку с его рук. Па­рень сел ря­дом со мной, ки­дая на ме­ня стран­ный взгляд.
-По­чему пла­чешь? – ти­хо спро­сил он.
-Я не пла­чу…
-Лад­но, ко­неч­но. Сде­лаю вид, что я дей­стви­тель­но блон­дин, и я по­верил в твою ложь….
Я хо­тела вновь улыб­нуть­ся, но это по­лучи­лось жал­кое по­добие улыб­ки.
-Не рас­ска­жешь, нет? – до­гадал­ся па­рень.
-Нет, прос­ти.
-Лад­но. Я те­бе не ме­шаю?
-По­ка что нет, - сде­лав гло­ток чая, от­ве­тила я. – Вкус­ный.
-Я ста­рал­ся уго­дить, - ус­мехнул­ся па­рень.
-И слад­кий в ме­ру, - под­ме­тила я.
-Я слы­шал, что ты пь­ешь толь­ко с 1 лож­кой са­хара.
-Вер­но, - я вновь ус­мехну­лась.
За­тяну­лась па­уза. Он не знал что ска­зать, да и я то­же. Ста­ло как-то не­лов­ко. Я пи­ла чай, об­жи­гая ки­пят­ком гор­ло. Оно все еще нем­но­го бо­лело пос­ле ан­ги­ны.
-По­чему ты ме­ня так не­нави­дишь? – ре­шил­ся спро­сить па­рень.
Этот воп­рос зас­тал ме­ня врас­плох, я рас­те­рялась.
-Я.… Э-Э… Я не не­нави­жу те­бя.
-Тог­да что?
-Прос­то у те­бя ха­рак­тер слож­ный.
-А у те­бя не слож­ный? – ус­мехнул­ся он.
-У ме­ня он еще ху­же, так что… Прос­то не об­ра­щай вни­мание. Мне нуж­но на ко­го-то кри­чать.
-Бы­ва­ет. Лад­но, по­нял.
-А че­го ты при­нес чай имен­но мне? – сор­ва­лось с мо­их губ.
-Не знаю, - чес­тно приз­нался он. – Прос­то… Ты выг­ля­дела очень грус­тной, вот я и…
-Я по­няла, спа­сибо, - и вновь я слег­ка улыб­ну­лась.
-Что ты сей­час чи­та­ешь? – вдруг по­ин­те­ресо­вал­ся он. – Я не смог рас­смот­реть из­да­лека об­ложку кни­ги.
-Дже­ка Лон­до­на чи­таю.
-«Зо­лотая ли­хорад­ка?», или как там.… О зо­лоте и вы­жива­нии, в об­щем…
-Нет, ду­рачок, - рас­сме­ялась я. – «Лю­бовь к жиз­ни».
-И как те­бе?
-Од­но из мо­их лю­бимых про­из­ве­дений, - приз­на­лась я. – Каж­дый раз, пе­речи­тывая, от­кры­ваю что-то но­вое для се­бя.
-Да, мне то­же пон­ра­вилось…
-Прав­да?
-Да, - он ус­мехнул­ся. – Тя­желая че­лове­чес­кая судь­ба, зо­лотая ли­хорад­ка.… А по­том веч­ный го­лод.
-Как ты ду­ма­ешь, - ре­шилась спро­сить я. – Мы все ум­рем? От го­лода, от ви­руса, от при­лива хо­лода…
-Нет, - твер­до от­ве­тил па­рень. – Я еще не на­шел свою вто­рую по­лови­ну, так что ник­то не ум­рет.
Я рас­сме­ялась. Глу­по, но он сам ве­рил в свои сло­ва.
-Но ты ведь не это чи­тала, да?
-Ага.… Я на­чала чи­тать «Бе­лого Клы­ка», прав­да боль­ше ду­мала, чем чи­тала.
-По­нят­но. Рас­ска­жешь, как те­бе. Мо­жет, и я про­читаю…
Я кив­ну­ла, де­лая гло­ток чая. Он поч­ти за­кон­чился.
-Эми­ли те­бя не бу­дет ис­кать, и рев­но­вать? – кол­ко спро­сила я.
-Мне пле­вать, что она там бу­дет де­лать, - рез­ко от­ве­тил он.
-Раз­ре­ши спро­сить: по­чему?
-По­тому что она ту­пая без­го­ловая ку­рица, - он по­жал пле­чами.
-Вы что, рас­ста­лись?
-А мы что, нор­маль­но встре­чались? Чис­то так, что­бы бы­ло с кем по­зажи­мать­ся и для ста­туса. Но она на­чала ме­ня бе­сить.
-По­нят­но…. Ну ни­чего, ты най­дешь се­бе хо­рошую и ум­ную де­вуш­ку.
-Ко­неч­но, - он улыб­нулся.
Я по­няла, что по­ра мне ухо­дить.
-Лад­но, спа­сибо те­бе за чай, - ус­мехну­лась я. – Но я что-то хо­чу спать.
-Я бы то­же не от­ка­зал­ся, - ти­хо ска­зал он. – Но, увы, я де­журю ночь у кос­тра.
Мы наз­на­чили де­журс­тво, что­бы огонь не дай Бог не по­тух. Его нуж­но пос­то­ян­но под­держи­вать.
-Удач­но­го де­журс­тва, - под­бодри­ла я.
-Спа­сибо…
Пос­ле это­го я уш­ла, ос­тавляя его од­но­го в этой ком­натке. Бы­ло вид­но, что он то­же чувс­тву­ет здесь се­бя лиш­ним. В этом мы по­хожи…
Как-то так стран­но, то чувс­тво­вать из-за не­го теп­ло и улы­бать­ся, то хо­теть его при­бить. Ни один па­рень не вы­зывал у ме­ня та­кое раз­но­об­ра­зие чувств.
Умыв­шись и по­чис­тив зу­бы, я вер­ну­лась к ка­мину и лег­ла в свою с Ка­мил­лой пос­тель. Стран­но, но она ле­жала в пос­те­ли у Алек­са и они о чем-то шеп­та­лись.
Нес­коль­ко лю­дей уже то­же спа­ли. Ночь под­кра­лась не­замет­но…
Изо­лиро­вав­шись от шу­ма, нак­рыв го­лову по­душ­кой, я дол­го ду­мала о раз­го­воре с Кен­даллом, пос­ле че­го ус­ну­ла…
От­крыв гла­за, я уви­дела тем­но­ту. Пус­той мат­рас, Ка­мил­ла спа­ла не со мной. Я по­чувс­тво­вала се­бя оди­ноко. Под­няв го­лову, я уви­дела огонь.
Он пе­рели­вал­ся в тем­но­те, а уг­ли ти­хо хрус­те­ли. Этот звук уже был для нас ка­кой-то ко­лыбель­ной. Звук на­шего спа­сения.
На ди­ван­чи­ке, пос­тавлен­ном спе­ци­аль­но для де­жур­но­го у кос­тра, си­дел па­рень. Кен­далл не спал. Он смот­рел на огонь, а в его ру­ках бы­ла кни­га, ко­торую он, ви­димо, пы­тал­ся чи­тать при тус­клом све­те ог­ня.
Я дол­го смот­ре­ла на не­го, по­ложив го­лову на ло­коть. Он выг­ля­дел так ми­ло, ког­да о чем-то ду­мал. Ну вот, за­думал­ся и улыб­нулся. Ви­димо, ка­кая-то при­ят­ная мысль. Я то­же улыб­ну­лась. Так стран­но, но он выг­ля­дел та­ким теп­лым. Хо­телось при­кос­нуть­ся к не­му, что­бы по­лучить теп­ло. Я ти­хо под­ня­лась с мат­ра­са, что­бы ни­кого не раз­бу­дить, и под­кра­лась к не­му. По до­роге я не­лов­ко по­пыта­лась рас­пра­вить свои во­лосы.
-Мож­но? – ше­потом спро­сила я.
Кен­далл под­ско­чил от не­ожи­дан­ности, но по­том кив­нул.
-Не спить­ся? - спро­сил па­рень.
-Стран­ная ночь….
-По­нимаю….
Кен­далл по­ложил кни­гу на пол, но я за­мети­ла ее наз­ва­ние.
-«Лю­бовь к жиз­ни»? – ус­мехну­лась я.
-Ре­шил ос­ве­жить па­мять, но гла­за бо­лят чи­тать при та­ком ос­ве­щении.
-Ну, ни­чего, зав­тра про­чита­ешь.
-Ага.
Я за­мол­ча­ла, упер­шись спи­ной о спин­ку ди­вана и об­хва­тив свои ко­лен­ки ру­ками. Мои гла­за ус­тре­мились в огонь, и я вновь за­дума­лась о са­мых слож­ных для се­бя ве­щах…
-О чем ты ду­ма­ешь? – спро­сил па­рень.
-Да так…
-Ну, да­вай же, Кейт. Я ведь ни­кому не ска­жу.
-Лад­но.… Ду­маю о том, что тво­рить­ся за сте­нами это­го зда­ния…. Я да­же бо­юсь пред­ста­вить, сколь­ко лю­дей по­гиб­ло…. Но за счет чис­то­го ве­зения, мы – вы­жили…
-Раз­ве это не глав­ное? – ус­мехнул­ся па­рень. – Нам да­ли шанс жить…
-Но чем мы луч­ше всех тех, кто умер? Они так же хо­тели жить…
-Ни­чем…
-И я об этом…. Прос­то…. Я бо­юсь пред­ста­вить, что там. Сколь­ко лю­дей во­об­ще вы­жило.… Это так страш­но. А вдруг мы единс­твен­ные, кто вы­жил? Что тог­да?
-Я сде­лаю те­бе две­над­цать де­тей, и мы все бу­дем за­ново за­селять пла­нету, - по­шутил па­рень. Я ле­гонь­ко пну­ла его лок­тем под реб­ра.
-Я го­ворю о серь­ез­ных ве­щах, - улы­ба­ясь, про­из­несла я.
-Ты не хо­чешь 12 де­тей? – Кен­далл сде­лал оби­жен­ное ли­цо.
-Ахах, спа­сибо, но нет.
-А я уже име­на при­думал: Кен­далл млад­ший, Ро­берт, Стив, Ре­бек­ка, Фи­би, Кэн­дис, Джо­уи, Кларк….
-Кен­далл, - я пы­талась сме­ять­ся как мож­но ти­ше. – Ну, прек­ра­ти. Мо­его ре­бен­ка ни­ког­да не бу­дет звать Кларк.
-По­чему? От­личное имя!
-Как для 60-лет­не­го ста­рика!
Кен­далл рас­сме­ял­ся. Стран­но, но наш раз­го­вор по­шел так лег­ко. Мы дол­го спо­рили об име­нах де­тей, и я ска­зала, что хо­чу се­бе ма­лень­ко­го Джей­ко­ба, но он обоз­вал ме­ня «су­мереч­ной фа­нат­кой» и зап­ре­тил так из­де­вать­ся над на­шим вы­думан­ным сы­ном.
Вмес­то Джей­ко­ба я пред­ло­жила имя Пит. Он сог­ла­сил­ся, но ска­зал, что мож­но еще наз­вать сы­на Гей­лом, а доч­ку Кит­нис. Вы­яс­ни­лось, что он чи­тал три­логию «Го­лод­ные иг­ры», ко­торая бы­ла од­ной из мо­их лю­бимых. Мы на­чали об­суждать пер­со­нажей. Это за­няло у нас мно­го вре­мени. Я нес­коль­ко раз ме­няла по­зу на ди­ван­чи­ке, но пос­то­ян­но не от­ры­вала от не­го глаз, по­рой от­во­дя гла­за вниз. Это бы­ло так ми­ло. По­рой, мои ще­ки крас­не­ли от то­го, что он прис­таль­но на ме­ня смот­рел. Ми­ло, очень ми­ло.
Ког­да кто-то бур­кнул, что мы ме­ша­ем им спать, мы по­хихи­кали и не­надол­го умол­кли. Я вновь смот­ре­ла на огонь, за­думав­шись о на­болев­шем.
-Я то­же об этом ду­маю, - прер­вал ти­шину па­рень.
-О чем?
-Как там мои близ­кие… Жи­вы ли они…
«Как? – про­нес­лось у ме­ня в го­лове. – Как он по­нял?».
-Я не знаю что ду­мать…. Я мно­го раз вдень, мо­люсь за то, что­бы они бы­ли жи­вы…. И да­же бо­юсь пред­ста­вить, что мо­гу уз­нать о смер­ти ко­го-то из близ­ких…
-Это тя­жело, - па­рень вдруг при­тянул ме­ня к се­бе, об­ни­мая. Его ру­ка ус­по­ка­ива­юще ста­ла пог­ла­живать ме­ня по ру­ке. – Я сам бо­юсь по­думать, что мо­ей семьи мо­жет боль­ше не су­щес­тво­вать….
-Прос­то…. Я не знаю, смо­гу ли я даль­ше жить без них, - приз­на­лась я.
-Чувс­тву­ешь се­бя здесь оди­нокой и ни­кому не­нуж­ной? - опять же до­гадал­ся па­рень.
-Это так за­мет­но?
-Не труд­но до­гадать­ся…. Твои под­ру­ги ту­сят с мо­ими друзь­ями, ты си­дишь пос­то­ян­но од­на, пы­та­ешь­ся чи­тать. А гла­за-то как у бро­шен­но­го щен­ка.
-Я прос­то дей­стви­тель­но чувс­твую се­бя щен­ком.… Но ты ведь не луч­ше ме­ня.
-По­чему это? – уди­вил­ся па­рень.
-Ты то­же как бро­шен­ный ще­нок. Твои друзья ту­сят с мо­ими под­ру­гами, а ты пос­то­ян­но си­дишь что-то пи­шешь, или ри­су­ешь. Ну, в от­дель­ных слу­ча­ях чи­та­ешь или иг­ра­ешь на сво­ей ги­таре.
-Зна­чит, мы два бро­шен­ных щен­ка…. – вы­дох­нул па­рень.
-Что ты пос­то­ян­но пи­шешь? – по­ин­те­ресо­валась я.
-Да так… Что в го­лову при­ходит.
-Сти­хи?
-Неа, - ус­мехнул­ся он.
-Ро­маны?
-Нет. Я пес­ню пы­та­юсь при­думать.
-Смо­жешь ее мне про­демонс­три­ровать?
-Ког­да до­пишу – тог­да пос­мотрим.
-Лад­но…
-Кейт, - вдруг об­ра­тил­ся па­рень. – Рас­ска­жи мне что-то.
-Что имен­но?
-Да что угод­но.… Лишь бы не мол­чать.
Я дол­го ду­мала, что рас­ска­зать. Но Кен­далл на­чал за­давать мне воп­ро­сы, ка­са­ющи­еся мо­ей би­ог­ра­фии. Я рас­ска­зыва­ла о се­бе, но это бы­ло в об­мен на то, что он то­же бу­дет рас­ска­зывать о се­бе. Мы раз­го­вари­вали до са­мого рас­све­та.
За ок­ном на­чало сов­сем нем­но­го се­реть – это пос­леднее, что я пом­ню.
Я ус­ну­ла, по­ложив го­лову ему на ко­лени. Ско­рее все­го, мне это прис­ни­лось, но мне по­каза­лось, что он гла­дит ме­ня по во­лосам. Это бы­ло при­ят­но…
По­том, я пом­ню, как от­кры­ла гла­за, ког­да он ук­ры­вал ме­ня оде­ялом. Улыб­нувшись, я пог­ру­зилась об­ратно в сон. Впер­вые за вре­мя при­бива­ния здесь мне прис­нился не кош­мар, а что-то свет­лое, но что имен­но – я не пом­ню…