23 Глава
- Эй, послушайте, - раздалось снаружи. - Вам придется меня впустить.
Я услышала его шаги по ступеням, значит, отошел и глядит теперь вверх. Все окна на втором этаже заперты. Боковая дверь заперта. В парадные двери вставлены по краям узкие стекла, но выглядывать нельзя - они замечают каждое движение; стоит в столовой качнуться занавеске, они уже бегут к дому с криками: «Вон она! Вон она!» Я прислонилась к двери и представила: вот я открываю, а он лежит на аллее мертвый.
Но сейчас он смотрит на дом, а дом стоит тихий и равнодушный, словно потупившись, - ведь занавески на окнах второго этажа всегда задернуты; от дома он не добьется ответа; мне же пора принести Констанции свитер, а то совсем озябнет. Наверх можно идти не спеша, безбоязненно, но я взлетаю стремглав: он бродит вокруг дома и мне хочется побыстрей оказаться возле Констанции. Я взлетаю по лестнице, хватаю свитер со стула в комнате Констанции, бегу вниз, влетаю в кухню - а он уже сидит на моем стуле возле стола.
- Я же загадала три волшебных слова! - Я замерла, прижав к себе свитер. - Три слова - мелодия Глостер Пегас, - и пока их не скажут вслух, нам ничто не грозит.
- Маркиса, - Констанция, улыбаясь, обернулась ко мне. - Это наш брат, двоюродный брат, Чарльз Блеквуд. Я его сразу узнала - он так похож на папу.
- Ну, Мари, - произнес он и встал. Здесь, в доме, он показался мне еще выше, чем там, на улице, и он все рос и рос оттого, что подходил ко мне все ближе и ближе. - Ну, поцелуй брата Чарльза.
За его спиной - распахнутая настежь дверь, он первый проник в дом с тыла, и впустила его Констанция. Констанция тоже встала; она-то знала, что трогать меня нельзя, она лишь повторяла тихонько: «Маркиса, Маркиса» - и протягивала ко мне руки. Но я - точно в тисках, точно стянута проволокой, дышать невозможно, надо бежать. Я швыряю свитер на пол и выбегаю за дверь - к протоке, к своему убежищу. Там меня нашел Иона, мы лежали рядом, под сенью деревьев; они скрывали нас от дождя, они льнули друг к другу - податливо, но властно, - сплетаясь над головой в непроницаемую густую крону. Я смотрела на листья и слушала журчанье воды. Нет никакого брата, никакого Чарльза Блеквуда, чужака, незваного гостя... А все из-за того, что книжка упала, я ее вовремя не заменила, и порвалась наша охранная сеть. Завтра же подыщу что-нибудь могущественное и прибью к дереву. Я заснула под мурлыканье Ионы, как только сгустились сумерки. Посреди ночи он отправился на охоту и, вернувшись, разбудил меня ненадолго: он прижался ко мне, чтобы согреться. «Ионушка», - пробормотала я, и он успокоенно заурчал. Поутру, когда я проснулась, вдоль протоки блуждали туманы, они касались меня, обволакивали лицо. Я лежала и смеялась, ощущая, как туман ласкает и ерошит ресницы, лежала и глядела вверх, на деревья.
5
Я вошла в кухню, и туман с протоки вполз следом. Констанция готовила поднос с завтраком для дяди Джулиана. Вместо горячего молока она наливала чай - значит, дяде Джулиану лучше; он, видно, уже проснулся и сам попросил чаю. Я подошла к Констанции сзади и обняла ее, она обернулась и обняла меня.
- С добрым утром, Маркиска.
- С добрым утром, Констанция. Дяде Джулиану лучше?
- Лучше, немного лучше. И дождь сменился солнышком. А тебе, моя хорошая, я сделаю на ужин шоколадный мусс.
- Я люблю тебя, Констанция.
- И я люблю тебя. Что ты хочешь на завтрак?
- Оладьи. Маленькие-маленькие и горячие-горячие. И яичницу из двух яиц. Сегодня прилетит мой крылатый конь, и я забираю тебя на Луну; там мы будем есть лепестки роз.
- У некоторых роз лепестки ядовиты.
- Но не на Луне. А верно, что можно сажать листья?
- Не всякие. Только с пушистыми ворсинками. Такие листья ставят в воду, и они пускают корни, потом их высаживают, и получается новое растение. Не какое-нибудь, разумеется, а то, от которого взят лист. Любое не вырастишь.
- А жалко. С добрым утром, Иона. По-моему, ты похож на лист с пушистыми ворсинками.
- Ты глупышка, Маркиска.
- Мне нравятся только такие листья, из которых вырастет совсем другое растение. В пушистых ворсинках с головы до ног.
Констанция засмеялась:
- Я так заслушаюсь, и дядя Джулиан останется без завтрака. - Она взяла поднос и пошла к нему в комнату. - Горячий чай прибыл.
- Констанция, дорогая. Чудесное утро, по-моему. Я прекрасно поработаю.