Екатерина Вильмонт «Находка для шпиона»

Когда Саша вернулась домой, Мани еще не было. Но беспокоиться нет оснований. «Наверняка торчит у кого-нибудь из одноклассников. Она такая общительная, не сидеть же ей одной дома», – решила Саша и взялась за уборку. Не хотела ударить лицом в грязь перед папой. Тем более на этой квартире он у них ни разу не был. Родители Саши и Мани развелись уже полтора года назад. И девочки очень страдали от этого, особенно Саша. Мама, конечно, тоже страдала, но не показывала виду. У мамы характер железный. Все кругом удивляются – как это мама не боится оставлять девочек одних, когда уезжает на гастроли или съемки. А что же ей делать? Она известная актриса, а в последнее время стала просто знаменитой после одного исторического телесериала. И папа у девочек тоже знаменитый артист. Он на днях вернулся из Голливуда, где снялся в фильме, правда, не в главной роли, но все равно... Саша обожала отца и гордилась им. Куда же все-таки запропастилась Маня? Но вот в дверях повернулся ключ.

– Сашка, ты дома? – с порога крикнула Маня.

– Я-то дома, а вот тебя где носит?

– Сашка, ну как, вы чего-нибудь узнали?

– Не чего-нибудь, а что-нибудь, – поправила младшую сестру Саша.

– Так узнали или нет?

– Нет, ничего. Мы его либо прозевали, либо он просто из дому не выходил. Ждали мы, ждали, а потом Гошка заболел.

– Как заболел? – воскликнула Маня.

– Температура у него поднялась, он совсем сомлел, мы его домой отвели, маму его вызвали.

– А что с ним? Врач был? – встревожилась Маня.

– Наверное, Юлия Александровна вызвала, но похоже, что это грипп. Сейчас кругом грипп.

– Ему надо побольше пить!

– Его мама это знает.

– А какая у него температура?

– Тридцать девять и три.

– Ого!

– Мань, я, конечно, понимаю все твои чувства, но ты не хочешь помочь мне с уборкой?

– Сейчас!

Маня тотчас схватила тряпку. Ей смертельно хотелось рассказать сестре о своих успехах, но она не была уверена, что стоит это делать. Смахивая пыль с мебели, она думала, с кем бы ей поговорить. К сожалению, Гошка отпадает, Саша с Ксюшей тоже... Никита? Он тоже болен. Леха вряд ли воспримет всерьез ее подвиг. Но если с кем-то не поделиться, можно лопнуть.

– Саш, а что вы дальше собираетесь делать?

– Ксюшка с Лехой пойдут вечером последить за Витасиком, когда он опять куда-то позвонит.

– Понятно.

Вскоре с уборкой было покончено. А в половине седьмого явился папа с подарками и рассказами о Голливуде и все другие мысли вылетели у девочек из головы.

Ксюша и Леха второй раз за этот день отправились к дому, где жил Виталий Антонович.

– Меня уже тошнит от этого дома, – призналась Ксюша.

– Есть немного, – кивнул Леха, – но чего делать-то? Надеюсь, хоть сейчас эта морда гадская появится. Ненавижу!

– Почему? – рассмеялась Ксюша. – Вот Наташу тебе есть за что ненавидеть, а этого...

– Ну, эту гадюку вообще придушил бы! Зараза!

– Леха, поменьше эмоций!

– Почему это?

– Потому что эмоции мешают делу.

– Кто это сказал?

– Я!

– А ты что за мудрица?

– Кто? – поперхнулась Ксюша. – Мудрица?

– Ага. Мудрец мужского рода, а про баб как говорят?

– Про женщин, Леха, говорят просто «мудрая женщина».

– Нет, тебе «мудрая женщина» не подходит, мудрица лучше.

– Леха, внимание!

В самом деле, во двор вышел Виталий Антонович с Ларри на поводке и пошел по направлению к скверу. И тут же от стены дома отделилась какая-то тень и пошла в том же направлении.

– Ксюха, сдается мне, что за ним следят, – прошептал Леха.

– Очень интересно.

Держась на некотором расстоянии, они двинулись вслед за тенью. Впрочем, никакая это была не тень, а молодой парень в куртке-косухе. Сомнений не было – он шел за Виталием Антоновичем.

– Ой, Леха, не нравится мне все это. Просто не дело, а слоеный пирог.

Виталий Антонович между тем пришел в сквер и отпустил Ларри с поводка. Парень в косухе держался поодаль.

– Ксюха, есть мысля!

– Ну?

– Проследить за парнем.

– Леха, я не смогу. Мне в десять надо быть дома, а то потом такие неприятности будут... Вообще запереть могут.

– Ну фиг с тобой, я один попробую!

– Леха, ты обиделся?

– Ничего я не обиделся. Просто непруха сплошная, Гошка вон заболел, Сашка с Машкой папаню принимают, ты линяешь, я остаюсь один, как...

– Как перст! – подсказала Ксюша, смеясь.

– Вот именно. Как перс.

– Да не перс, а перст!

– Какая разница! Персу одному тоже хреново!

– А черт с ним, с этим парнем!

– Ты дура, да? Он же нас может на самого главного бандита вывести. Витасик-то наш мелкая сошка, по всему видать.

– А зачем крупной сошке за мелкой следить?

– Ну, это яснее ясного!

– Объясни, если тебе все так ясно.

– А если мелкая сошка чего-то темнит, какую-нибудь лажу подсовывает, надо поглядеть, не снюхалась ли она либо с ментами, либо с другой крупной сошкой.

– Да, наверное... – задумчиво проговорила Ксюша. – Только, Леха, ты будь осторожен и не вздумай лезть на рожон.

– Что я, дурной, что ли? Мы свое дело знаем. А ты, Ксюша, вали домой.

– Мне еще рано, сейчас только четверть десятого.

– Все равно, чего тебе тут делать? Чем раньше домой придешь, тем меньше к тебе приставать будут.

– Да нет, зачем мне их баловать. Сказано в десять – приду в десять.

– Ну, как хочешь, – пожал плечами Леха, но в глубине души он был рад: все не так тоскливо будет.

Виталий Антонович между тем взял Ларри на поводок и направился обратно к дому. Парень в косухе за ним. Когда хозяин и собака вошли в подъезд, парень вытащил из кармана мобильник:

– Алло, дядя Жора, это я. Погулял с собакой и пошел домой. Ага, подожду, а сколько ждать-то? Хорошо, еще полтора. Пока.

– Леха, неужели ты полтора часа тут проторчишь? – с ужасом спросила Ксюша. – А потом еще за ним потащишься?

– Да, перспектива кислая... Не знаю. Лучше уж я с утречка... А то дома влетит так, что костей не соберешь.

– Тебя что, лупят? – ахнула Ксюша.

– Бывает, – вздохнул Леха. – Не то чтобы лупят, но взгреть отец может будь здоров.

– По морде? – с сочувствием спросила Ксюша.

– Нет, по морде не бьет, чтобы следов не было. По заднице. Ладно, Ксюха, замнем для ясности.

– Вот что, Леха, пошли-ка по домам. Тебе тоже пора.

– Нет, мне еще не пора. Я еще минуток сорок спокойно могу погулять, а вот ты беги. Я б тебя проводил, но сама понимаешь.

– Ладно, Леха. Я пойду. Только зачем тебе тут торчать, если ты все равно не сможешь за ним проследить?

– У меня одна мыслюха родилась...

– Мыслюха? Интересно, чем она от мыслюндии отличается?

– Чего? А, понял. Мыслюндия она, Ксюха, поважнее мыслюхи. Ей цена больше. А вообще-то мыслюха еще может оказаться шикарной мыслюндией. Все, беги, ты мне уже мешаешь!

– Мешаю?

– Ага, беги, говорю!

– Нет, я хочу знать, что ты задумал?

– Много будешь знать – скоро состаришься! Вали отсюда.

Леха вовсе не хотел грубить Ксюше, но она и впрямь мешала внезапно родившемуся замыслу.

– Как хочешь, – холодно ответила Ксюша и отправилась в сторону дома.

А Леха постоял еще минутку, собираясь с духом, а потом вышел из-за выступа дома, за которым скрывался, и, что-то насвистывая, медленно пошел по двору. Поравнявшись с парнем, он вдруг остановился и спросил:

– Эй, мужик, закурить не найдется?

Он сразу приготовился в случае чего дать деру, но парень неожиданно сказал:

– Такой молодой, а уже куришь?

– Давно.

– Ну возьми, закури, мне не жалко.

– Вот спасибочки! – обрадовался Леха и вытащил из протянутой ему пачки «Бонда» одну сигаретку. – А огонька?

– Держи!

Леха поймал зажигалку, которую кинул ему парень, закурил сигарету и вернул зажигалку:

– Спасибо. А вы тут ждете кого, да? Зинку небось?

– Кто такая Зинка?

– Да шалава одна...

– Нет, я не Зинку жду. Как тебя звать-то, малый?

– Меня-то? Лехой, Алексеем, значит.

– И ты небось в школе еще учишься?

– Учусь, а чего?

– Да ничего, так просто. И у вас каникулы, да?

– Каникулы.

– Счастливый ты, Леха. Небось живешь с папой-мамой в квартирке теплой?

– Ну!

– Я же говорю, счастливый, – вздохнул парень.

– А вас как зовут?

– Роман.

– Роман? Редкое имя. Но красивое.

– Леха, у меня к тебе большая просьба: будь другом, сгоняй в палатку на углу, купи мне булку, что ли, какую или пирожок, жрать хочу – сил нет, а вот отлучиться не могу. Вдруг она выйдет... девчонка моя.

– Конечно! – обрадовался Леха. – Я мигом! А хотите, там в палатке гамбургеры горячие бывают?

– Класс! И баночку пивка захвати. Тогда вообще будет не жизнь, а малина.

Роман протянул Лехе деньги, и тот во весь дух помчался исполнять поручение.

Когда он вернулся, Роман пришел в восторг. Он выхватил у Лехи пакет с гамбургером и буквально накинулся на еду.

– Ну, Леха, друг, ты мне так помог! А то я уж концы отдавал. – Он вскрыл банку пива и стал жадно пить. – Ох, хорошо! Вот собачья работа!

– Работа? – притворно удивился Леха.

– Да это я так, оговорился, – поспешил поправиться Роман.

– А что, ваша девушка вас к себе не пригласит? С родаками неувязка?

– Именно что с родаками, – кивнул Роман.

– Ладно, я, пожалуй, пойду, – бросил пробный шар Леха.

– Ты в этом доме живешь?

– Ну!

– Ты случайно не знаешь такого Виталия Антоновича Денисюка?

– Денисюка, говорите? Вроде нет. Это папашка вашей девушки?

– Да-да, папашка.

– Нет, не знаю.

– У него на днях тачку взорвали.

– Ага, понял. Ну, я его видел, конечно, только все одно – не знаю, а что?

– Да нет, я так спросил...

– Ну, мне вообще-то пора... – неуверенно произнес Леха, считавший, что не зря провел время, по крайней мере узнал фамилию Витасика, а это уже не мало.

– Да погоди ты, – с тоской сказал Роман, – скучно тут торчать, аж выть хочется. Постой, Леха!

– Можно, – пожал плечами тот. – Только я чего-то не пойму: уже одиннадцатый час, вряд ли вашу девушку мама с папой отпустят...

– Да я тоже так думаю, но уйти пока не могу. Тут корешки мои на тачке подъехать должны.

– Ну, если на тачке...

– Леха, расскажи чего-нибудь, а?

– Рассказать? – удивился Леха. – Какой из меня рассказчик?

– Ну хоть скажи, вот, к примеру, у тебя девчонка есть?

– Ну, как сказать...

– Как есть, так и скажи.

– Нравится мне одна.

– Из класса?

– Из параллельного.

– Как звать-то?

– Мила! – напропалую врал Шмаков.

– А ты ей нравишься?

– Нет. Она вся из себя такая... интеллигентная, а я парень простой.

– Понял, друг. У меня в школе то же самое было. Только ее Тамарой звали. Профессорская дочка, умная – зашибись. И красивая. Меня потом в армию забрали, а она, конечно, замуж выскочила за американца. И больше я ее не видел. Но вот не забыл.

Они помолчали. Потом Леха решился задать вопрос:

– А кем вы работаете?

– Тебе зачем?

– Просто спросил. Надо же чего-то говорить.

– Ну, вообще-то я водителем вкалываю у одного богатенького. Вот такие дела.

– А на какой машине?

– Не «мерсе».

– Ух ты!

– А ты машинами интересуешься?

– Еще как! Только я сроду на «мерсе» не ездил!

– Поездишь еще, успеешь. Ничего не скажу – хороша машина!

Леха с тоской поглядывал на часы. Ну и влетит ему!

– Хочешь закурить? – предложил Роман, чувствуя, что его собеседник готов сорваться домой.

– Спасибо, – не решился отказаться Леха. «Ну ладно, пусть мне влетит, – подумал он, – зато я кое-что еще узнаю». И он с отвращением набрал в рот дыму. Курить Леха не умел. Ему вообще не нравилось это занятие. Чего ради вредить своему здоровью? Глупость какая-то.

– А своей тачки у вас нет? – полюбопытствовал Леха.

– Есть. Вон она стоит, – указал Роман на рыжую «шестерку».

– Эта? А почему ж вы тут мерзнете?

– Да ты что, я в тачке засну.

– Ну и что? Ваша девушка вас разбудит!

– Нет, она такая вредная, не разбудит! Я ее знаю!

– Да не выйдет она...

– Говорю ж тебе русским языком – корешей дожидаться надо.

– А если б она вышла, вы бы их тоже жать стали?

– Слушай, друг, не много ли ты вопросов задаешь?

– Да нет, мне-то какое дело, просто как-то странно получается.

– Ну, странно не странно, а как получается, так получается...

«Пора сматываться, – решил Леха, – а то добром это не кончится». Но тут в его белобрысую голову пришла еще одна мыслюндия.

– Роман, а я вот чего спросить хочу...

– Ну, спрашивай! Алеша Почемучка.

– Чего?

– Да книжка детская была про Алешу Почемучку.

– Там, где вы работаете, вам помощник не нужен?

– Помощник? Помощник водителя, что ли?

– Нет, ну в гараж, я имею в виду. Я вообще-то в моторах немножко разбираюсь, а хотел бы научиться как следует, а?

– Тебе бабки нужны?

– Кому они не нужны!

– Зачем? Если на наркоту – я не одобряю, гадость это...

– Да нет, что вы! Я вообще за здоровый образ жизни.

– Оно и видно, смолишь уже третью сигарету.

– Я брошу. А бабки нужны... Ну на транспорт там, на «Макдоналдс», на киношку и вообще...

– Нет, Леха, там, где я работаю, тебе делать нечего, но я вообще-то подумаю, поспрашиваю, может, кто и возьмет пацана. Только больших бабок не жди.

– Да мне бы хоть какие!

– Заметано. Дай свой телефончик, если что узнаю...

Леха вздрогнул. Нельзя давать бандитам в руки никаких координат, но с другой стороны... И он продиктовал Роману свой телефон. А вдруг его возьмут на работу, и он сможет многое узнать... Он решил сделать еще одну попытку:

– Спасибо, только я бы хотел с вами работать. Вы добрый.

– Ишь ты! Я подумаю. Вообще-то под моим присмотром, может, и лучше... Ладно, беги пока, вон корешки мои подъехали.

– До свидания!

– Счастливо, Леха!

Мальчик припустился бегом к соседнему подъезду. Он ведь сказал, что живет в этом доме. Но, разумеется, скрывшись из виду, Леха не упустил возможности поглядеть, что делают Роман и его кореши.

В хвост «Жигулей» Романа пристроился белый «Сааб». Оттуда никто не вышел. А Роман не спеша приблизился к «Саабу» и завел разговор с человеком, который сидел рядом с водителем. Затем он сел в свои «Жигули» и уехал, а белый «Сааб» остался. «Да, Витасика пасут капитально», – подумал Леха и со всех ног понесся домой. В прихожей его встретила мать.

– Ты где шляешься, охламон? – сердитым шепотом спросила она. – Счастье твое, что отец заснул. А ну живо спать, тоже взял моду по ночам шастать. Мал еще!

Леха предпочел не отвечать, так спокойнее, и через десять минут он уже спал мертвым сном. Ночью ему приснился белый «Сааб», за рулем которого сидела здоровущая обезьяна, похожая на Кинг-Конга, а он, Леха, на велосипеде пытался за ним угнаться. Но ему это не удалось.

Проснувшись утром, он сразу вспомнил вчерашний вечер. Вообще-то неплохо получилось. Закорешился с Романом, а главное – узнал фамилию Витасика. Денисюк! Виталий Антонович Денисюк! Жутко хотелось поделиться с кем-то новостями. Интересно, как там Гошка? Может, уже выздоровел? Леха прислушался. В квартире было тихо. Отец с матерью уже на работе. Отлично! Леха вскочил и сразу схватился за телефон. У Гошки трубку сняла его мама.

– Здрасьте, тетя Юля! Как там Гошка?

– С добрым утром, Леша. Ему получше, температура упала.

– Я так и думал почему-то. А поговорить с ним можно?

– Можно, можно, только у меня к тебе просьба, Леша.

– Слушаю!

– Ты сейчас не занят?

– Вроде нет.

– Ты не мог бы побыть тут с Гошей? У меня срочные дела, а одного его оставлять не хочется, он все-таки больной. Побудешь с ним?

– Запросто!

– Через полчасика приходи.

– Буду как штык!

Посидеть с Гошкой, конечно, неплохо. Тем более есть что ему рассказать. Правда, слежка за Витасиком на сегодня накрылась медным тазом.

Леха поставил чайник. Страшно хотелось есть, вчера он не ужинал. Ну-ка, что это на сковородке мать ему оставила? Ага, жареная картошка. Отлично! Леха включил газ. Навернуть с утра жареной картошки совсем даже не кисло! А чайник он выключил. Жареную картошку запить лучше томатным соком.

Пока Леха шуровал на кухне, позвонила Ксюша:

– Леха, у тебя все нормально?

– Угу.

– Ты вчера поздно вернулся? Что ты там придумал? Тебе не очень влетело? – засыпала она его вопросами.

– Слышь, Ксюша, я жрать хочу, умираю, а через двадцать минут мне надо быть у Гошки, меня тетя Юля просила с ним посидеть. Подваливай туда, а то два раза лень рассказывать одно и то же, договорились?

– Ладно, – согласилась Ксюша.

Юлия Александровна дождалась прихода Лехи и тут же ушла. А через две минуты явилась и Ксюша.

– Наконец-то! – воскликнул Гошка. – А то этот гад не желает ничего без тебя рассказывать.

– Пусть пока помалкивает, надо Малыгиным звякнуть, – сказала Ксюша.

– Ооо! – застонал Гошка, но желание увидеть Сашу было велико. – Ладно, звони им, я потерплю. Только вы все же держитесь от меня подальше, а то вдруг я еще заразный.

Ксюша позвонила Саше и пригласила сестер к Гошке. Они обещали прийти через десять минут.

– Но я не могу больше ждать, Леха, хоть что-нибудь скажи! – взмолился Гошка.

– Ладно, что-нибудь скажу. Фамилия Денисюк вам что-нибудь говорит?

– Денисюк? Кто это? – подняла брови Ксюха.

– Витасик! Фамилия Витасика – Денисюк!

– Откуда ты знаешь?

– Гошка, так нечестно! Ты просил сказать хоть что-то, я и сказал.

– Вредина ты, Леха!

Вскоре явились сестры Малыгины, Саша выглядела немного грустной, она еще не оправилась от встречи с отцом. А вот у Мани вид был какой-то загадочный.

– Ну, Леха, выкладывай! – потребовала Ксюша.

И Леха во всех подробностях поведал друзьям о своем знакомстве с Романом.

– Ну, что скажете? Не хило сработано?

– Здорово, Леха! – закричала Ксюша.

– Этот Роман, судя по всему, неплохой человек, – задумчиво проговорила Саша. – Скорее всего, уже разобрался, что имеет дело с бандитами, но он слабовольный и не может от них уйти.

– Уйдешь от них, как же! – усмехнулся Леха. – Чуть что – перо в бок, и все дела. Гошка, а ты чего молчишь?

– Что я должен говорить? Тут все в полном восторге, а я вот считаю, что зря ты это затеял. Витасику и без нас хана, вон его в какой оборот взяли! Круглосуточная слежка. Днем Рома на «Жигулях», ночью корешки на «Саабе»... Считайте – он уже покойник, и нам там делать нечего.

– Как это – нечего? – возмутилась Саша. – Лучше, чтоб он попал в руки милиции, чем к своим дружкам-бандитам.

– Это уж не нам выбирать, – засмеялся Гошка. – И вообще, от мафии лучше держаться подальше. Мы запутались, мечемся в разные стороны... Это дело тухлое, говорю вам. Почему мы за него взялись? Потому что пропал Горенич и надо было помочь Лидии Павловне. А Горенич нашелся, так с какой стати нам суетиться?

Все растерянно переглянулись.

– Мы заигрались, а играшки эти не простые, а смертельно опасные, тем более что у бандитов есть Лехин телефон. По телефону ничего не стоит найти адрес. Нам надо, чтобы в один прекрасный день бандиты заявились к Лехе?

– Да, действительно... – покачала головой Ксюша.

– Слышь, Гошка, ты чего городишь? На фиг я им сдался-то?

– Леха, кто это знает? Казалось бы, на фиг ты сдался Наташе, но она же траванула тебя газом!

– Может, она просто психованная, а?

– А где гарантия, что эти типы не психованные?

– Хорошо, что ты предлагаешь?

– Я предлагаю забыть все это как страшный сон и жить нормальной жизнью.

– Мы уже один раз хотели жить нормальной жизнью, – заметила Саша, – но тут взорвали тачку Витасика, и все снова закрутилось.

– Но теперь с этим покончено! – заявил Гошка.

– Покончено так покончено, мне что, больше всех надо? – высказался Леха.
И тут зазвонил телефон. Трубку взяла Ксюша.

– Можно попросить Гошу? – раздался хриплый женский голос.

– Он болен, – ответила Ксюша.

– Болен? – Голос женщины дрогнул. – А что с ним?

– Кажется, грипп. Простите, а кто говорит?

– Меня зовут Лидия Павловна, я хотела бы с ним поговорить, но если он болен...

– Нет, нет, я сейчас дам ему трубку! Гошка, это Лидия Павловна!

– Алло, Лидия Павловна, что случилось?

– Случилось что-то странное. Вчера вечером я была в гостях у брата, а когда вернулась...

– Что?

– Дверь была взломана, в квартире все вверх дном, там явно что-то искали...

– Много пропало?

– То-то и оно, что ничего не пропало, по крайней мере на первый взгляд. Я уверена, это как-то связано... со всей этой историей.

– Вы в милицию заявили?

– Конечно. А они сказали, что это, скорее всего, наркоманы, денег и ценностей не нашли и сбежали.

– А вы им ничего не говорили?

– Нет, я боюсь...

– Чего вы боитесь, ведь ваш сын за границей, все нормально, и, скорее всего, это действительно были наркоманы.

– Ты так думаешь? Что ж, может, ты и прав...

– А ваш сын больше не звонил?

– Нет.

– Не волнуйтесь, Лидия Павловна, и обязательно смените замок.

– Да я уже сменила, спасибо, сосед помог.

– Вот и хорошо.

– Гоша, а что с тобой? Ты болен, а я со своими проблемами...

– Да ничего особенного, простудился, наверное, или грипп подхватил. Мне уже лучше. Кстати, Лидия Павловна, вам надо помочь прибраться в квартире?

– Да нет, спасибо, мы с соседкой уже прибрали все. Свет не без добрых людей. Ну, Гошенька, выздоравливай, я надеюсь, скоро Толя вернется, и тогда я всех вас приглашу на пироги.

– Отлично! Пироги мы любим. До свидания, Лидия Павловна.

Он повесил трубку и тут же сказал:

– Вчера у Лидии Павловны вскрыли квартиру, явно что-то искали. Никак нам от этого дела не избавиться... – И Гошка пересказал друзьям все, что узнал от Лидии Павловны.

– Тухлое дело, с самого начала от него тухлятиной разит! – сказал Шмаков. – По-моему, надо смотаться в мастерскую и на квартиру Наташки-какашки.

– В мастерскую нет смысла соваться, – покачала головой Ксюша.

– Почему? – закричал Леха.

– Потому что если Горенич что-то спрятал, то уж точно не у себя в мастерской. Это даже такие придурки, как Витасик, понимают. И у Наташи в квартире они тоже искать не станут.

– Правильно мыслишь, Ксюха, – кивнул Гошка.

Маня слушала все разговоры, и в голове у нее бродили разные мысли. Она ведь знает, где скрывается Наташа. Но какой сейчас в этом толк? Наташа в данный момент им не нужна. Но кто знает, как все обернется? Может, и не зря она совершила подвиг. Маня любила называть вещи своими именами.

– Придется все-таки последить за Витасиком. Обыск в квартире Лидии – его рук дело. Кстати, если бы мы вчера его не упустили, а пошли за ним, то, увидев, как он влез в квартиру Лидии Павловны, могли бы сразу сдать его ментам, – мечтательно проговорила Ксюша.

– Ни фига, – покачал головой Шмаков, – ни фига подобного!

– Почему это? – воскликнула Ксюша.

– Потому! За ним же следим не только мы. Думаешь, эти типы позволили бы ему попасть в лапы ментов? Да ни в жисть! И вообще, как за ним следить, если уже следят другие?

– Так и следить! По принципу слоеного пирога! Они за ним, а мы за ними.

– Нет, ничего не получится, – сказала Саша. – Они же на машинах ездят, а мы...

– Ну, они далеко не всегда на машинах. Если Витасик пойдет пешком, они на машине не поедут, это, как говорит Шмаков, и захудалому ежу понятно, – горячилась Ксюша.

– Но Роман теперь знает Леху, значит, Леха для слежки не годится. Никита болен, я тоже, а одним вам просто нельзя даже близко туда подходить, – решительно произнес Гошка. – В конце концов, что такого случилось? Обыскали квартиру и, кажется, даже ничего не уперли. Что это изменило? Мы ведь так и так собирались бросить это дело. Я вот подумал и решил: незачем нам к нему возвращаться. Незачем. Все против нас. Я вам лучше вот что скажу – когда я поправлюсь, я приглашу вас всех в «Макдоналдс»!

– Это с каких же шишей? – полюбопытствовал Леха.

– А мне папа денег прислал, могу себе позволить!

Поначалу Гошка хотел пригласить одну только Сашу, но он вовсе не был уверен, что она согласится. Нет, уж лучше пойти туда всей компанией!

– Отлично, – сказала Ксюша, – только, когда выздоровеешь, не забудь про приглашение.

– Ксюха, ты говоришь так, будто я невесть какой жлобяра!

– Нет, Гошка, ты не жадина, не сволочь и не гадина! – вдохновенно продекламировала Маня.

Все, кроме Саши, расхохотались.

А вскоре вернулась Юлия Александровна, и ребята стали расходиться. Саша с Маней поднялись на десятый этаж, в свою квартиру, а Леха с Ксюшей спустились во двор. Ксюша жила в соседнем подъезде, Леха – в доме напротив.

– Ну чего, Ксюха, накрылось наше расследование?

– Да... Полная непруха! Два таких интересных дела размотали, а на третьем споткнулись. Ни туды и ни сюды, как говорится. А пошли глянем, чего там у Витасика делается, а?

– Что там может делаться?

– Ну, стоит там «Сааб» или Ромин «жигульчик»?

– Пошли, все равно делать нечего.

Они не спеша направились к дому Витасика.

В переулке у въезда во двор стоял темно-зеленый джип «Паджеро». Когда они поравнялись с ним, оттуда высунулся пожилой мужчина:

– Ребятушки, вы, часом, не знаете, где тут фирма «Колибри»?

– «Колибри»? – переспросил Леха. – Первый раз слышу.

– Вот незадача-то, ни одна душа не знает, прямо-таки чертовщина какая-то.

– А какой адрес? Адрес у вас есть? – спросила Ксюша.

– Адрес? Ох ты умничка, адрес есть, вот погляди, может, знаешь?

Он протянул Ксюше записку. Она внимательно пригляделась и ничего не поняла. В записке было сказано следующее: «Если пикнешь, тебе конец. Садись в машину без звука, курва!» Ничего себе прикольчики. И тут до нее дошло – никакие это не прикольчики, и что-то твердое уперлось ей в бок. Ксюша похолодела от ужаса, но ее уже запихивали в машину вместе с Лехой, который и опомниться не успел. А через секунду машина уже мчалась прочь. Они действительно и пикнуть не успели.