15-Глава
Суд проходит гладко, без назначения срока на примирение — их тут же разводят. После заявления Чонгука о подготовке к собственной свадьбе, трёхмесячный срок на примирение теряет смысл.
Дживон, не сдержавшись, обрушил на Тэхёна поток оскорблений, назвав его шлюхой, за что получил несколько ударов от Чонгука. Альфа, охваченный яростью, едва не перешёл границы, и лишь вмешательство Намджуна остановило его.
— Гуки, зачем ты полез в драку? Тебя могли арестовать! — тихо ворчал Тэхён, сидя вечером на диване и нежно обрабатывая руки альфы.
Чонгук лишь улыбался, глядя на надутого омежку.
— Мне было всё равно, но я не мог молчать, когда он оскорблял тебя, — спокойно произнёс он, резко притянув Тэхёна к себе. Их губы встретились в страстном поцелуе, а затем Чонгук аккуратно уложил его на мягкий ковёр, защитив от жёсткого пола.
Руки альфы скользнули по тонкой талии, а стройные ноги Тэхёна обвили его бёдра. Омега задыхался от нахлынувшего возбуждения. Чонгук снял с него футболку, одну руку разместил на хрупкой спине, другую — на шее, слегка надавливая пальцами. Тэхён скулил от удовольствия, подаваясь вперёд.
Чонгук дотронулся до его лица, большим пальцем поглаживая пухлую губу, слегка надавливая на её середину.
Тэ в этот момент отчётливо чувствует, что у него горит сейчас буквально всё, от члена , до кончиков волос на голове. А про мокрое бельё и шортики, можно уже и промолчать.
- Тэхён-а, будь хорошим омегой. Поцелуй меня.
Басит и речит Чонгук, Ким растворяется в этой хриплой интонации.
Тэхён только скулит, глаза омеги пьяные, желание из краёв словно скоро выливается.
Чонгук рвчит и контрастно нежно своим предыдущим прикосновениям накрывает его приоткрытые, влажные и припухшие губы своими, принимаясь, распаляя пожар в животике у Тэ, жадно целовать свою омегу.
Тэхён хватает за шею альфы, тянет к себе, словно вжимая в себя, Гук мычит в поцелуй, неважно, что омега уже открыл рот пошире и без разрешения ворвался своим языком меж чужих тёплых и податливых губ, моментально зарабатывая тихий утробный рык альфы, и от изначальной нежности не остаётся и следа.
Гук целует жарко, ничего не стесняется совершенно, кусается, Чон вылизывает рот Тэхёна изнутри и терзает его язык своим, альфа не целует, а нападает, словно с каждым поцелуем вгрызаясь в опухающие с каждой секундой и без того пухлые губы, которые перестают поспевать за его темпом.
Омега поддаётся, распадаясь внутри на части, ему безумно хорошо, а голова моментально пустеет, он пускает язык Чонгука совсем глубоко, позволяя заводить, целовать нагло и жадно, так, как им хочется не стесняясь и не боясь что их оборвут.
Альфа же времени даром зря не теряет, щипать омегу за затвердевшие соски и мнет маленькую но мягкую грудь от чего Ким скулит и стонет в поцелуй, Тэхён уже заведён до предела и в этой битве за главенство тоже участвует активно, как не как он старше, распаляясь, чувствуя жар внутри и снаружи, а потому, когда футболка слетает с Чонгука, Тэ вздрагивает от невозможности терпеть приятное прикосновение к чувствительной груди и шее и холодка, полоснувшего по разгорячённой коже.
Гук тем временем отрывается от его губ и окидывает омегу жадным взглядом.
Он вообще сегодня весь от и до, судя по всему, будет жадный. Ведь Дживон его так разозлил.
- Боже, Тэхён-а...
Тянет до сих пор с восхищением, оглядывая нежные изгибы красивого, стройного любимого тела, Тэхён всё ещё немного соображает и вглядывается в родное лицо, силясь понять нравится Чонгуку то, что он видит перед собой или нет, а там и восхищение, и желание, и чуточку даже страха.
Альфа облизывает губы и наклоняется сам, припадает с поцелуями к Кимовой груди, ползёт к шее, присасывается до боли приятно, кусается, вылизывает кожу у свежей метки которую поставил пару дней назад и принимается за плечи, у Тэ отказывает всё, что можно, он слетает с тормозов и, в голос застонав и не рассчитав силу, прихватывает альфу за волосы.
-Тшш, полегче, полегче, я тоже тебя сильно хочу…
Чон приостанавливается, исподлобья глядя на Тэхёна.
— Хён-и, ты, блин, такой чувствительный… С Дживоном было так же? — рычит он, слегка приподнимаясь и переводя дыхание.
— Н…нет, только ты вызываешь во мне такие эмоции, — признаётся Тэ, краснея до кончиков светлых волос.
— Оу… — замирает Чон, прикрывая губы ладонью. Лохматый, с яркими губами и расплывшимся контуром. Бери и целуй только такого. — Я восхищён.
Тэхён хнычет, притягивая Гука к себе, сцепляя ноги на его спине, а руками исследуя рельеф его тела. Омега осторожно касается языком затвердевшего соска альфы.
Чонгук, воспринимая похвалу правильно, приподнимает голову Тэхёна за подбородок и вновь погружается в поцелуй, постепенно наваливаясь на него, пока омега не оказывается на ковре. Лёжа, поцелуи становятся глубже, и вскоре Тэхён, скуля, приподнимает таз, пытаясь потереться о пресс альфы.
Гук ласкает умело: кусает плечи, лижет соски, играет языком, заставляя Тэхёна закатывать глаза от наслаждения. Он не оставляет без внимания губы и шею, оставляя следы, но Тэхён уже весь его.
А потом Чон подаётся несдержанно бёдрами вперёд, имитируя толчок и прокатив мышцами пресса по тэхёнову члену, и тот сам под немного обескураженный смешок резко тянет вниз свои мокрые шортики вместе с розовыми кружевными трусиками, высвобождая перевозбуждённый омежий член, что мокрой уже совершенно головкой бьётся об их животы.
- Чон-а, пожалуйста...
- Успокойся маленький мой, куда спишь...
Тихо басит Гук, усмехаясь.
Тэхён приостонавливается на полпути от того, чтобы скинуть шортики окончательно.
- Почему?
Обижено пищит Ким.
- Ну, а куда торопиться?
Чонгук глаза закатывает.
- Ты мой, а через месяц у нас свадьба. И теперь не кто на свете, не посмеет у меня тебя забрать!
Хмыкает Гук и, обернув руку вокруг изнывающего от возбуждения члена омеги, большим пальцем размазывает липкую смазку.
Тэ не знает, что ему ответить.
На секунду буквально успевает задуматься о всем если честно, даже о их будущих детях, а на кого они больше будут похожи?, но тут же теряет эту мысль, когда Чон так же нежно и осторожно, как начинал, окончательно его шортики стягивает и, снимает свои спортивные штаны и высвободив огромный член и, сжав их оба вместе в ладони, начинает легонько надрачивать, снова склонившись к омеге и легонько целуя.
Гук орудует рукой более чем уверенно, и Тэ снова не может ничего поделать с собой и своим возбуждением, он прикрывает глаза и начинает тихонько постанывать, немного подаваясь бёдрами вперёд.
Ему хорошо. Ему очень хорошо. В крепких руках, своего любимого альфы.
- Ух, сука.
Возбуждённо рычит Гук, отрываясь от зацелованных, красных и опухших губ.
А Тэхён скулит
Альфа прирывает Тэ, не давая себя коснуться, сжимают оба тонких запястья одной рукой.
Тэ лежит на ковре совершенно до смущение голый. У него, по правде, немного уже побаливает спина от твёрдой поверхности.
Чонгук невозможно горячо выглядит, стоя на коленях совершенно голый.
Чонгук, отпускает руки Тэ наконец и одной рукой принимаясь оглаживать двумя пальцами поджавшийся вход с которого обильно вытикает сладко пахнущая смазка, а второй рукой обхватывая чужой, давно просящий внимания, член.
Тэ только скулит и задницей вниз подаётся, в нетерпении стараясь будто бы насадиться на дразнящие пальцы.
Альфа усмехается и, подтянув Тэ на себя, смотря на желанную невозможно задницу и что скрывать на собственное имя которое выведено на тазовой косточки Тэхёна, закидывает одну ногу омеги под коленку себе на предплечье, раскрывая Тэхёна для себя сильнее, и легонько толкается сразу двумя пальцами.
- Айщ, куда двумя сразу. Напоминаю секса у нас ещё не было, а у меня он был несколько лет назад.
Хмурится Тэ и инстинктивно дёргается.
- Тшш...
Удерживает Чонгук, Тэхёна на месте.
- Расслабься.
- Вот ты наглый...
Хмыкает омега
Гук ухмыляется проталкивает пальцы сильнее и сгибает их, наградой служит удивлённый и явно не болезненный вздох, Тэхён снова пытается насадиться сам, пока Гук с садистским удовольствием вытаскивает оба пальца полностью и резко вгоняет обратно, в ту же точку, безошибочно угадывая самую чувствительную область, омежка вскрикивает и выгибается.
- Давай Тэ-тэ, не сдерживай свой милый голосок.
горячо рычит Чонгук, подтягивая ногу Тэ повыше и принимаясь вылизывать икру, дразня отзывающуюся на прикосновения кожу губами и прикусывая периодически.
Тэхён под ним выгибается, забив совершенно на неудобный пол и боль в спине, ёрзает и сжимает пальцы в себе в отчаянной попытке заполнить себя изнутри сильнее. А смазка уже испачкала нежно пурпурный ковер, который им двоим прийдётся отчищать.
- Я... ах, да, вот тут, пожалуйста! Несколько раз вскидывает вверх пышные бёдра, заставляя собственный член липкой головкой шлёпнуть по вздрагивающему от удовольствия животику.
- Я, мхм, ммм, да, пожалуйста...
- Что?
Тэхёна скулит, свободной ногой надавливает на чужую ягодицу, к себе тянет, выпрашивая близость.
Чон удовлетворено скалится, ускоряя движения пальцами в горячем и мокром нутре,
Альфе тормоза поткхоньку срывает.
А потому момент, когда Чонгук, психанув и убрал влажные пальцы, меняет их на головку члена, Тэ немного теряется от разом образовавшейся наполненности внутри и немного режущей боли.
омега задышал шумно, стараясь расслабиться, потому что Гук, его ноги к себе на талию закинув, уже толкается внутрь, сосредоточенно присосавшись к плечу.
- Аааах...
Глаза снова грозят, закатившись от удовольствия, такими и остаться, Чонгук полностью внутри, а Тэхён на одну вторую уже на небесах.
Хорошо, божечки, как хорошо.
- Давай, двигайся.
- Точно порядок? Я толком не подготовил тебя.
- Порядок, я хочу тебя...а не твои , конечно охиреные но пальцы.
И это последняя связная фраза, что Тэ из себя выстанывает.
Потому что Чонгук, срываясь на такие же бессвязные порыкивания и мычания , припадает губами к его шее, принявшись вдалбливаться в поддающуюся напору задницу, омега пытается подмахивать, перестаёт контролировать свои стоны, ему настолько хорошо в какой-то момент становится, что он забывает о неудобном полу напрочь и, цепляясь отчаянно ладонями за широкие плечи Чона, что перестал выглядеть как человек, держащий в руках ситуацию , Ким выстанывает его имя, активно его член горячий и твёрдый в себе сжимая, чтобы доставить ещё больше удовольствия, чтобы доказать, что он сильно любит его, а Гук стонет сладко, и рычит, двигается интенсивно, несмотря на их неудобное положение, впивается губами везде, куда только может достать, и натурально сводит Тэхёна с ума.
Внутри горячо, горячо и наполненность эта такая приятная, что только от одного её факта можно спустить бесстыже, не позаботившись о своем альфе, Тэхён чувствует, что горит и внутри и снаружи, мысли горят, нервы горят, всё горит, особенно пару лет с Дживоном.
Чонгук находит влажные, прохладные от постоянного дыхания через рот, разнеженные поцелуями губы омеги и, дрожа всем телом, впивается в них с неожиданно нежным поцелуем, продолжая двигаться внутри него, горячего и узкого, а Тэхён скулит ему в рот совершенно бесстыдно, внезапно ощущая не то бабочек в животе, не то что-то другое, Тэ с чувством и сильной, насколько это возможно, отдачей ласкает его губы своими в ответ, отпускает себя окончательно, позволяя сладкой неге захватить мозг полностью, и в какой-то момент ощущает, как тело наполняется пресловутым электричеством, а яркое удовольствие, прошив током каждую мышцу, дёргает того за нервные окончания, заставляя вскрикнуть настолько громко, что запыхавшийся Чонгук резко ему рот рукой зажимает.
А Ким всего выкручивает от приятных ощущений, бросает в жар и в холод тут же, он подаётся навстречу чонгуковой горячей груди и, задрожав всем телом и всхлипывая, оглушительно кончает, растеряв остатки себя, здравого смысла, гордости, чести, судя по всему, и даже зрения, потому что в глазах темнеет, и изображение плывёт, а Чонгук, всхлипнув внезапно, догоняет его, так же забившись в его обнимающих крепко руках со стоном, и валится сверху на Тэ, кончая глубоко в омегу и давая сцепке образоватся.
—Что ты делаешь? — шепчет Тэхён.
Чонгук усмехается и начинает нежно гладить его по взъерошенным волосам.
— Вне течки вероятность мала, но, Тэ… У нас скоро свадьба. Даже если ты забеременеешь, я буду только рад. Я этого так хочу…