IX
IX
— … Не жалею, что встретила.
Не боюсь, что люблю.
— Это значит, что ты вернёшься? — с надеждой на согласие спросил Андрей.
— Для тебя это ничего не значит. Не трать время понапрасну. Думай, что я бессердечная. — сказала я сухо и прошла мимо Андрея.
Мне хотелось рыдать и кричать от боли и обиды. Но мне пришлось держаться гордо и невозмутимо, пробираясь сквозь лицемерную толпу. И как бы я не старалась держать себя в руках, слёзы лились сами собой. Страх стал сдавливать мою грудь. Я боялась, что Андрей пойдёт за мной; боялась вновь быть избитой. Я спешила скрыться от людей.
Дождь лил всё сильнее. Моя одежда полностью вымокла. Прекрасные пышные волосы стали похожи на разваренную лапшу быстрого приготовления в каком-то тёмном соусе. Я однозначно выглядела жалко. Но, какое счастье, я оказалась в безлюдном переулке. Я стала кричать, плакать, истерически смеяться, я даже сняла свои туфли и бросила их о землю, что от них отлетели каблуки. Ноги надломились, я упала на колени, закрыла руками лицо и просто продолжала плакать.
«Люблю… Разве это любовь? — подумала я, — Разве все синяки на моей спине это любовь? Разве мои слёзы, боль, страх, тот обезумевший взгляд — это любовь. Если таково значение слов «Счастье любви в страдании», то я не хочу любить. Если ценить человека — это бесщадно его убивать, то я не хочу быть человеком. Как можно жить в этом мире? Всё безумно. Все безумны. Всё и все жестоки, а если ты добр и мягок, тебя уничтожат. Всё как-то антонимично. Любовь — ненависть, добро — зло, ценность — мусор, жизнь —… А зачем тогда жить? Сегодня ты есть, а завтра тебя сбила машина. И зачем ты жил, если ничего не сделал, если лишён шанса великих свершений? Зачем? Зачем мы живём? Чтобы увеселять высшие силы? Нет… Если ты не способен свершить что-то важное, ты не должен жить. Ты должен умереть!.. Я смогу ли я? Если пары ударов не выдержала, смогу ли я вынести тяготы Творца? Нет… Значит я должна умереть. Смерть — единственный выход».
Я встала, решительно утёрла слёзы и пошла к Патриаршему мосту. Да, вот так, как есть; босиком, с растрёпанными волосами, в испачканных джинсах.
Я шла, шла вперёд уверенно и неспешно. Мои мысли были только об одном: смерть — единственный выход. Я не помню всего пути, но помню, как стояла на мосту и смотрела на храм. «Если Бог так жесток, я сделаю всё назло ему». — подумала я и перелезла через ограждение. Где-то минуту я просто смотрела на город. Затем сделала глубокий вдох и перестала держаться за ограждение. Я почувствовала, что кто-то сзади обхватил меня за талию.
Я прикоснулась к рукам этого человека и услышала шёпот:
— Зачем?
Я ничего не отвечала и просто молча ощущала его горячее дыхание на своей коже.