IV
IV
С этого начались наши отношения. Я снова вышла на работу. Андрей снова пришёл в кафе.
— Доброе утро, Дарья!
— Доброе утро. Вы уже готовы сделать заказ?
— Сегодня я хочу украсть Вас на свидание. Это возможно?
— Конечно, я заканчиваю в семь.
— А если я скажу, что Вам придётся сейчас же уйти с работы?
— Меня не отпустят.
— Отпустят. — перебила хозяйка кафе, в котором я тогда работала, — У тебя сегодня оплачиваемый выходной. — моя начальница подмигнула Андрею.
— Вы знакомы с моей начальницей? — спросила я, наклонившись к своему молодому человеку.
— Тяжело быть незнакомым со своей матерью.
Конечно, это меня удивило, ведь они были совершенно не похожи. Ирина Георгиевна, моя начальница, была натуральной блондинкой с зелёными глазами, тучного телосложения и невысокого роста. Андрей же был высоким стройным голубоглазым брюнетом с тонкими чёрными лица. У него были красивые сильные руки, но все его прикосновения ко мне были нежны. За исключением ударов. Ваше лицо выражает удивление, но это правда. Он мог ударить меня, он бил моих подруг, он поднял руку на мою мать. Я отошла от темы.
Андрей позвал меня на свидание. В тот день я пришла на работу в чудесном белом платье, в стиле нарядов XIX века. Я сменила форму на это платье и распустила волосы, что всегда собирала в тугую косу. Когда я вновь вышла в зал, Андрей был восхищён моим образом.
— Дашенька! — воскликнул он, — Вы прекрасны!
— Бесспорно! — подхватила моя начальница, — Великолепный образ! Если не секрет, где ты купила это платье?
— Оно досталось мне от прабабушки.
— Это крайне опрометчиво, носить столь старое платье. — с каким-то осуждением сказала Ирина Георгиевна.
— Платье не старое, а раритетное, к тому же, моя прабабушка ни разу не надела, и потому завещала сей наряд моей бабушке, но в советские времена, конечно, это платье никто не носил. Оно досталось мне в отличном состоянии, так почему бы мне его не надеть?
— Ну, довольно, — мягко сказал Андрей, — Дарья вольна сама решать, что ей надеть. И не нам судить о её решениях. Идёмте, Дашенька, мы ведь так можем часами рассуждать о платьях. — осуждающе взглянул он на свою мать.
Андрей резко схватил меня за руку и повёл прочь из кафе.
— Даша, простите мою мать. Она считает Вас прекрасной работницей, но не подходящей партией для меня.
— Я совсем не в обиде, Ваша мать знает меня только как сотрудницу, но скоро узнает поближе. А для этого нам необходимо перейти на «ты».
— Конечно, Вы правы. Ой, простите, точнее прости.
— Мы с тобой бестолковые люди:
Что минута, то вспышка готова!
Облегченье взволнованной груди,
Неразумное, резкое слово.
Говори же, когда ты сердита,
Всё, что душу волнует и мучит!
Будем, друг мой, сердиться открыто:
Легче мир — и скорее наскучит.
Если проза в любви неизбежна,
Так возьмем и с нее долю счастья:
После ссоры так полно, так нежно
Возвращение любви и участья…
Ох, простите, то есть прости. Я вспомнила этот стих и, сама не знаю зачем, решила его прочитать.
— Нет, что ты, это прекрасно. Ты похоже любишь литературу.
— Конечно, но ближе всего мне поэзия. И хочу сказать, моя любовь к литературе повлияла на
выбор ВУЗа.
— И какой же был выбран ВУЗ?
— Сейчас я учусь на актрису музыкального театра. Это направление мне ближе всего. В мюзиклах и опереттах сочетается всё, что мною любимо: музыка, литература, хореография, театральное искусство.
— Значит ты любишь мюзиклы.
— Да, конечно, как можно не любить этот жанр?
— Ты совершенно права. Кстати, жанрах, какую ты любишь музыку?
— Классику и эстраду 70-х — 80-х годов. А ты?
— Рок в основном. Мы слушаем такие разные жанры.
— Почему же? Рок и классика близки и отлично сочетаются. Мне в прошлом месяце подарили билет на «Симфоническое кино». И я, побывав на этом концерте, была восхищена сочетанием электрогитары и симфонического оркестра.
Та мы гуляли по улицам города, разговаривая об общих интересах до самого позднего вечера. Андрей предложил проводить меня домой. Конечно, я согласилась.
— Спасибо, что проводил меня. — сказала я, стараясь быть милой и романтичной, — В этом районе опасно в столь позднее время.
— Не нужно благодарности. Я просто обязан был тебя проводить.
На минуту повисло нелепое молчание.
— Я пожалуй пойду, завтра мне нужно рано встать.
— До встречи завтра в кафе.
— Завтра я не выхожу на работу, я буду на кастинге в Московской оперетте.
— Что ж, может мне прийти тебя поддержать?
— Нет, не стоит. Если я пройду кастинг, я уволюсь из кафе. Если же мне не удастся пройти прослушивание, мы снова увидимся на моём нынешнем рабочем месте.
Я развернулась и хотела подниматься в квартиру, но Андрей резко взял меня за руку потянул к себе, обнял за талию и нежно поцеловал.