Анатомия вопроса

Вечерний город которого не было особо видно через тонированные окна скорой. Катетер в левой руке, боль я даже и не почувствовала. Открывая глаза в потолке я видела свое отражение:

Куртка на одну руку; Платок что прикрывает голое предплечье;Серая шапка от спортивного бренда;Мёртвые глаза что выглядели так прекрасно от больших зрачков;

Через минут десять меня везли на каталке на второй этаж.

«КТ»

Мой кошмар. Двери открылись и врач с отцом закатили каталку к технике. Осторожно перебравшись и уложив меня врач спросил:

Серёжки есть?

-Нет.. , а нет есть

-Где?

Я повернула голову где у меня стоит КОНЧ.

Несколько минут врачи пытались снять, но в итоге решили что сильно вредно не будет. Так как и я сама его снимать не умела.

Слезы вместе со страхом подступали к глазам, Бублик... Страх возвращающий в детство.

Представляли ли вы то самое чувство когда вас просто катят по коридору, а ты смотришь в потолок не понимая что происходит.

Мне это чувство знакомо из детства, когда несут на руках, а в тебе души то нет.

Закончив со снимком, меня привезли обратно на первый этаж.

Кровь хлынула из катетера когда его снимали. Снимали не потому, что больше не нужно, а потому что не услышали что у меня уже есть он. И у меня оказалось сразу два катетера на теле. Узкие коридоры;туман в глазах; отдаление голоса врачей; жадная потребность глотать воздух.

Оставшись одной в отделении экстренной помощи, что закрывала ширма. По моему лицу потекли предательские горячие и беззвучные слезы, как и мои стоны от боли.

- музыка, мне нужно закачать, музыку подумала я про себя, пытаясь встать.

Я смогла сесть держась за ноги в положении, что моя голова свисала вниз. Черные волнистые волосы челкой всей длиной закрывали виньеткой поле видимости. Я видела как будто со стороны - свое бледное лицо, губы что были полностью сухи, настолько большие зрачки что было сложно понять то ли глаза зеленые, то хрустально серые, плечи приобрели крутую, точеную форму, а вдоль предплечий пролегли тугие жгуты мышц. Между бицепсом и трицепсом прорисовалась глубокая вертикальная тень, разделяя руку на две четкие, рельефные зоны, словно высеченные из мрамора. Приподняв взгляд первое, что я увидела это мальчика, лет шести. Он стоял и смотрит на меня с эмоцией как будто эту картину он видит не впервые, но и удивление в его глазах мелькало.

У меня закружилась голова, и я схватилась за нее левой рукой, что была окровавлена на уровне локтя.