Глава XV Закон Скёрки
Шериф Скёрки. Вероятно, посадил его на эту должность за верную службу. «». . . полностью оккупирован. Пора кому-нибудь вычистить этот город... Но не мне. Я отвечаю только за девушку. Скёрки держит её где-то в здании суда; скорее всего, в одной из тюремных камер в подвале. Нужно пробраться внутрь.
Город под одним именем
Я видел эту схему раньше.
Меняются вывески — суть остаётся.
Завод, который диктует правила.
Банда, работающая по контракту.
Полиция, закрывающая глаза.
Теперь цепочка замыкается.
Шериф Скёрки — не начальник.
Он подпись.
Он печать.
Он человек, который делает грязь законной.
Суд. Изолятор. Тюрьма.
Три уровня одной системы.
Где‑то внизу, под залом суда, сидит Виктория.
Я иду не за справедливостью.
Я иду за ней.
Чужое правосудие
Зал суда пахнет деревом, пылью и притворством.
Фемида стоит с повязкой на глазах — здесь это особенно уместно.
Люди на скамьях всё ещё верят, что закон в Хоупе работает.
Идёт процесс.
— Dexter Industries против Кевина Зиммермана, — зачитывает судья.
Обвинение простое: «незаконное проникновение».
Настоящая причина — он зашёл туда, куда не должен был.
— Где подсудимый? — спрашивает судья.
Блейк Декстер поднимается медленно, с ленивой уверенностью.
— У него... несчастный случай в камере, — говорит он спокойно.
— Его ведут в медчасть.
— Он выживет? — спрашивает судья.
Декстер пожимает плечами, с кривой улыбкой:
— Выглядит не очень.
Молоток ударяет по дереву.
Дело закрыто.
Как и человек.
Я стою в зале как тень.
Фарс меня не интересует.
Он удобен.
Первый ключ — форма
Во внутреннем дворе холодно и пусто.
Служебный вход.
Канцелярии. Архивы.
Обычные копы, уверенные, что опасности нет.
Один из них делает ошибку.
Я подхожу со спины.
Короткий удар.
Он сползает на пол без звука.
Форма сидит нормально.
Теперь я — часть системы.
По крайней мере, снаружи.
Мантия
Форма даёт доступ.
Но не ко всему.
Кабинет судьи пуст.
Он один.
Уверен, что здесь он неприкасаем.
Я бросаю предмет.
Он идёт проверять.
Дальше — стандартная процедура.
Судья исчезает в шкафу.
Мантия — на мне.
Теперь люди смотрят иначе.
Не проверяют документы.
Не задают вопросов.
Я возвращаюсь в зал суда, поднимаюсь к трибуне.
Беру молоток.
— Дело закрыто.
Молоток ударяет.
Формальность соблюдена.
Ниже мрамора
Я спускаюсь туда, где заканчивается свет.
Комнаты охраны.
Мониторы.
Ключ‑карты.
Охранник отворачивается.
Мне хватает секунды.
Дверь открывается.
Бетон вместо мрамора.
Запах сырости и металла.
Плакаты на стенах: Sheriff Skurky.
Лицо человека, который заменил законом совесть.
Цель обновляется сама собой.
Изолятор найден. Найдите Викторию.
Тюремный блок
Коридоры с решётками.
Камеры.
Дежурные посты.
Лобовая атака — тревога.
Я выбираю другой путь.
Вентиляция.
Сверху видно всё: охрану, камеры, страх.
В одной из них мужчина пишет письмо.
Кейн.
Не мой файл.
Я работаю тихо:
отвлечения, повороты головы, исчезающие тела.
В операторской открываю нужные двери.
Глубже.
Холоднее.
Засада
Подвал затоплен.
Вода по щиколотку.
Эхо шагов.
Камера особого назначения.
Виктория сидит внутри.
Живая.
С ней — Лейла Стоктон.
Она улыбается девочке, как хищник:
— Мы с тобой почти ровесницы...
— Знаешь, сколько за тебя заплатили?
Я делаю шаг вперёд.
Лейла не удивляется.
Рычаг.
Удар током.
Мышцы сводит.
Зрение плывёт.
Я падаю.
Аплодисменты.
Блейк Декстер выходит из тени.
Медленно. Довольно.
— Я хотел увидеть, как умирает легенда, — говорит он.
— Мы заберём девчонку, убьём всех и вернём свои деньги.
— Агентство в этом году экономит.
Он наслаждается моментом.
Для него я уже трофей.
Он ошибается.