ПРОТОКОЛ [01.00]: Потеря Объекта
Тишина была первой и самой громкой уликой.
Кенджи приехал сюда не по зову сердца. Он приехал по расписанию. Акира, при всем своем безрассудстве, был рабом обязательств. Всегда, без единого исключения, в первое воскресенье месяца он переводил Кенджи небольшую сумму — свою долю на оплату коммунальных услуг их старого родительского дома.
Вчера был понедельник. Перевода не было. Кенджи мог бы позвонить, но что-то внутри, старый полицейский инстинкт, заставил его сесть в машину и ехать. Пропущенный платеж был для Кенджи самым красным из всех флагов — системный сбой, который мог означать только одно: проблемы.
Кенджи стоял у двери крошечной квартиры Акиры в Сэтагая и чувствовал, как что-то холодное и тяжелое сдвигается в его груди. Он открыл дверь запасным ключом.
— Акира? — Он даже не ожидал ответа.
Квартира была стерильной. Идеально чистой. И в этом был весь ужас. Мебель стояла, но она не имела характера. Личные вещи отсутствовали. На полках не было пыли, но и не было следов жизни. Это не похоже на бегство. Это похоже на удаление.
Кенджи, словно возвращаясь к старой полицейской рутине, начал медленно двигаться по комнате. Его глаза, натренированные выискивать аномалии, сканировали каждый сантиметр. Брат не убирался. Брат вечно оставлял грязные чашки, книги стопкой.
Кенджи подошел к полке, где стояла их старая фотография. Она была на месте. Но стаканчик для ручек рядом, который всегда был переполнен, теперь был пуст. В нем не было даже одной сломанной ручки, которую Акира никогда не выбрасывал. Гипотеза: Это не Акира убрал. Это кто-то другой методично «зачистил» его жизнь.
На кухонном столе лежала идеально сложенная пачка йен — достаточно, чтобы оплатить счета за несколько месяцев. Рядом — ключи. Все ключи, кроме того, что был у Акиры на связке. Кенджи опустился на колени у шкафа. Одежда Акиры висела, но не вся. Пропали самые новые вещи, рюкзак, любимая ветровка.
— ПРОТОКОЛ АНАЛИЗА: Спланированный уход, но зачем оставлять деньги и ключи?
Кенджи вспомнил слухи: компании, которые могут сделать человека дзёхацу — «испарившимся». Ёнигэ-я. Ночные перевозчики. — Он заплатил, чтобы исчезнуть, — прошептал Кенджи. — Заплатил, чтобы его стерли.
Кенджи проверил телефон брата, который лежал на зарядке. Пароль. Он попробовал несколько дат. Ничего. Номер был заблокирован.
Пока Кенджи боролся с паролем, телефон завибрировал, оповещая о новой почте. Сообщение пришло с незнакомого адреса, но тема была всего одна: [02:58].
Это было время отправления его любимого ночного поезда. Кенджи снова ввел пароль: 0258. Экран разблокировался.
Внутри почты было единственное, короткое сообщение, отправленное всего несколько часов назад. Оно содержало одно вложение: фотографию.
Кенджи открыл фото. Это был крупный план мятого, неаккуратного билета на метро, на котором Акира шариковой ручкой обвел три вещи: Номер Станции: Shibuya Crossing – B5. Номер Ячейки: Locker 480. И небольшую записку: 25.10.1988.
Кенджи мгновенно узнал дату. Это была дата его собственного рождения.
Он почувствовал холодный укол ужаса. Акира не просто сбежал. Он оставил ему Код.
Кенджи покинул квартиру, не оставив ни единого следа. Он должен был действовать быстро.
Он позвонил Тэцуо, единственному другу, оставшемуся в Аналитическом отделе.
— Тэцуо, мне нужен доступ к базе данных. Пропавший.
— Ты ушел, Кенджи. Ты — никто.
— Это мой брат, Акира. Исчез. Похоже на ёнигэ-я.
Кенджи сжал кулак. — Это было удаление, Тэцуо. Квартира зачищена, но он оставил мне шифр. Это не похоже на счастливый побег.
— Кенджи, — голос Тэцуо стал жестче. — Если это ёнигэ-я, значит, он не хотел, чтобы его нашли. И послушай: начальник Ишида требует, чтобы все дела о пропавших без вести, где есть подозрения на ёнигэ-я, передавались ему для «личного контроля». Если ты начнешь копать, Ишида узнает.
Кенджи повесил трубку. Тэцуо был прав. Если он продолжит, он будет действовать против всей системы. И против самого могущественного человека в Токио.
Он сидел в старом кафе, глядя на билет на метро. Шибуя, ячейка 480. Код: 25.10.1988.
Он должен был пойти туда. Но если Ишида контролирует расследование, то первое, что он сделает, это пошлет людей проверить все незавершенные дела ёнигэ-я.
Кенджи вспомнил слух: журналистка-фрилансер, которая одержима идеей разоблачить ёнигэ-я, — Рэйко. Она была единственным шансом. Она искала историю, он искал брата.
Кенджи отправил ей сообщение. Одно, короткое, как приказ.
«У меня есть информация о ёнигэ-я. Ячейка 480. Шибуя. Приходите одна.»
Он знал, что она придет. Журналисты всегда идут за правдой, даже если она пахнет опасностью.