Код "Дзёхацу": Операция "Испарение"

Они ехали в старом, помятом фургоне, который Рэйко заняла у своего приятеля-курьера, предпочитавшего не задавать лишних вопросов. Шин-Окубо остался далеко позади, и теперь они двигались по индустриальной окраине, где городские огни уступали место огромным пустырям и ржавым конструкциям.

Кенджи сидел на пассажирском сиденье, стиснув зубы. Боль в голени, ранее заглушенная адреналином и страхом, теперь пульсировала, как отдельный, злобный орган.
Рэйко свернула на узкую дорогу, ведущую к небольшому, неприметному, круглосуточному ветеринарному кабинету.

— Мы не сможем продолжить, если ты не перестанешь хромать, — сказала она, выключая двигатель.

— Я в порядке. Это просто ушиб. Нам нужно двигаться к Лабиринту-14.

— Нет, Кенджи. Мы идем к Хаято. Он не ветеринар, он бывший военный медик. Он не будет регистрировать твои данные, и он умеет держать рот на замке. Ты аналитик, а не герой боевиков. Твои активы — голова и скорость. Если ты сломаешь ногу, пока я в Лабиринте, Ишида победил. Спускайся.

Кенджи не стал спорить. Он знал, что она права. Его способность к расчету была его единственным оружием, и боль вносила ошибки в уравнения.

Хаято оказался невысоким, молчаливым человеком с цепкими руками. Он осмотрел ногу Кенджи.

— Ушиб? — Кенджи попытался улыбнуться.

— Волосной перелом. Очень плохой вывих, — Хаято говорил тихо, без эмоций. — Я дам тебе сильный обезболивающий блок и зафиксирую. Ты сможешь ходить, но бегать... если будешь бегать, через два часа это будет перелом. Если ты это сделаешь, ты исчезнешь сам.

Пока Хаято работал, Рэйко нашла на старых правительственных сайтах чертежи Лабиринта-14. Это был грандиозный, но провальный проект по созданию подводного транспортного коридора. Профессор Ямамото был прав: туннель был полон дефектов и скрытых отсеков.

— Вот, — Рэйко показала Кенджи на экран, пока медик заканчивал фиксацию. — Главный вход запечатан. Но вот... техническая шахта №3. Она должна была служить для вентиляции. По данным, она заварена.

— Если Ишида использует туннель, он не будет заваривать его намертво. Он использует фальшивую заварку, — сказал Кенджи, сжимая челюсти от боли. — «Кайдзен» должен иметь возможность быстро и незаметно перемещать объекты.

Хаято закончил работу и дал Кенджи пачку таблеток. — Каждые четыре часа. Боль будет, но она будет управляемой. Удачи.

Они снова в фургоне. Теперь у них было: зафиксированная нога, обезболивающие, фонарики с мощными аккумуляторами и план-схема. Рэйко вела фургон по извилистому, разбитому шоссе, ведущему к берегу залива.

— Расскажи мне об Акире, — попросила Рэйко. — Ты должен понимать его мышление, чтобы понять, куда он направился дальше.

Кенджи сделал глубокий вдох. — Акира не такой, как я. Он не видит цифр, он видит людей. Он работал курьером, потому что это давало ему свободу. Но он был слишком честным. В отличие от меня, он не мог закрыть глаза. Мы поругались, когда я ушел из полиции. Я сказал, что система не меняется. Он сказал, что человек может изменить систему.

— Он оставил тебе улики, — заметила Рэйко.

— Да. Он знал, что я, полицейский-аналитик, не проигнорирую системный сбой. Он знал, что я пойму шифры, потому что они были привязаны к нашей общей истории. Он не доверял системе. Он доверял мне.

Они проехали последний пост охраны заброшенной стройплощадки, который выглядел как просто груда бетонных блоков. Рэйко мастерски провела фургон в тень огромной, разрушенной башни, где когда-то стоял кран.

— Мы здесь. Лабиринт-14. Шахта №3, — прошептала Рэйко.

Шахта №3 представляла собой бетонный люк размером с небольшой автомобиль, утопленный в земле. Сверху была приварена толстая стальная крышка. Это была та самая фальшивая заварка, о которой говорил Кенджи. Сварные швы выглядели старыми, но при ближайшем рассмотрении Кенджи заметил свежие царапины вокруг них.

— Здесь был вход. Они открывают его регулярно, — сказал Кенджи. — Замок.
Это был не замок, а скорее механизм, замаскированный под часть конструкции. Кенджи, даже хромая, нашел его — небольшой гидравлический фиксатор. Он использовал монтировку, которую Рэйко принесла из фургона, и с трудом надавил на рычаг.

Раздался металлический скрежет. Крышка люка приподнялась на несколько сантиметров, выпуская наружу поток холодного, влажного воздуха. Запах был затхлым, с металлическим привкусом.
Рэйко и Кенджи обменялись взглядами.

Внутри было не просто заброшенное место.
Они спустились в узкий бетонный колодец. Кенджи шел первым, опираясь на руки и стараясь не нагружать ногу. За ним, постоянно освещая пространство, шла Рэйко.

Через несколько метров они оказались на узкой платформе. Внизу, в абсолютной темноте, начинался сам туннель.

— Вот и Лабиринт, — прошептала Рэйко.
Их фонари, мощные лучи, пронзили темноту, освещая огромный, цилиндрический коридор. Бетонные стены были покрыты плесенью и сталактитами, а под ногами хлюпала вода.

— Стены... Ямамото был прав. Они трещат, — прокомментировал Кенджи. — Ишида не волновало качество. Он волновал заказ.
По мере продвижения они стали замечать аномалии. В то время как большая часть туннеля выглядела заброшенной, на полу были следы шин. Шины фургонов «Кайдзен». Значит, они использовали туннель как подземную трассу.

— Если они используют его для перевозки, значит, лагерь должен быть в месте, куда не добраться обычным транспортом. В месте, где дефект туннеля наиболее критичен, — рассуждал Кенджи.

Они прошли, наверное, полкилометра, когда Рэйко внезапно остановилась.

— Гляди!

В стене туннеля была прорезана небольшая, идеально круглая дверь, замаскированная под инспекционный люк. Рядом с ней — слабый, почти неразличимый свет.

— Это не часть проекта Ямамото. Это самоделка. Их база, — сказал Кенджи, чувствуя, как его сердце снова учащает ритм. — Акира не мог знать об этом люке, но он знал о дефекте.

Рядом с дверью, выцарапанная на влажном бетоне, была крошечная, едва заметная метка. Кенджи подсветил ее фонариком. Это была не просто царапина.

"Л-14."

— Лисса-14. Не Лабиринт-14, — поправил Кенджи. — Л — это Лисса.
Рэйко нашла еще одну метку. Рядом с дверью, в щели, был засунут свернутый клочок бумаги.

— Он оставил это. Он ждал нас здесь, — Рэйко дрожащими руками вытащила бумагу.
Внутри была записка Акиры, написанная на обратной стороне старого счета-фактуры «Кайдзен».

"К. Они используют старые записи Ямамото как код. 724 — это числовое значение его последнего отчета. Я успел оставить ему сообщение. Найдите его. Здесь нет меня. База — это не конец. Они перевезли меня в Сейф."

Сейф. Семьсот двадцать четыре. Новая загадка. И самое главное — Акира жив, но его увезли. Он снова опередил их на шаг, но теперь они были в тупике.
Кенджи подошел к круглой двери.

— Теперь мы знаем, как попасть внутрь. Семь, два, четыре. Это ключ.

— Но если они перевезли его, зачем входить? — спросила Рэйко.

— Чтобы найти сообщение Акиры Профессору Ямамото, — ответил Кенджи. — Это будет ключ к Сейфу. Если Ишида использует записи Ямамото как код, значит, он их хранит. И если Акира оставил ему сообщение, оно может быть в компьютере Ямамото.

— Компьютер Ямамото?

— Или его резервная копия. Мы должны войти.

Они стояли перед круглой, стальной дверью, подсвеченной их фонарями. Кенджи почувствовал, как боль в ноге возвращается, но теперь она была неважна. Перед ним был код, и за ним была истина.