ПРОТОКОЛ [19.00]: Час Расплаты
23:55. Перекресток Шибуя-Кроссинг гудел, как разворошенный улей. Миллионы огней рекламы заливали площадь, а толпы людей, двигаясь по зеленому сигналу светофора, представляли собой живую, пульсирующую реку. Именно в центре этого хаоса стояли Кенджи и Рэйко.
Кенджи, опираясь на трость, стоял у фонтана перед вокзалом. Он выглядел уставшим, но в его глазах не было страха — только ледяной расчет. Пиджак был наброшен на его плечи, скрывая напряжение. Рядом с ним, нервно сжимая старый кожаный портфель, стояла Рэйко. Она выглядела именно так, как хотел Кенджи: уязвимая, но важная.
Кенджи оглянулся. Все камеры города были направлены на них.
— Он идет, — прошептал Кенджи. Он почувствовал это. Это было то же знание, которое всегда позволяло ему предсказывать ход расследования.
Среди толпы, медленно, словно не замечая суеты вокруг, появился Генерал Ишида. Он был один. Он был в том же безупречном костюме, его лицо было совершенно невозмутимо. Он не двигался быстро. Он шел, потому что знал, что контролирует ситуацию.
Ишида подошел к ним. Вокруг них образовалось микроскопическое пространство тишины, нарушаемое лишь шумом толпы и грохотом рекламы.
— Кенджи, — голос Ишиды был ровным, почти отеческим. — Ты всегда был верен. Ты пришел.
— Я пришел, чтобы закончить Протокол Сомнения, — ответил Кенджи, глядя прямо в глаза своему бывшему наставнику. — Ты используешь «Ёнигэ-я» для сокрытия убийств.
— Я использую его для стабилизации, — Ишида окинул взглядом Кроссинг. — Посмотри на этих людей, Кенджи. Они верят в порядок. Они верят, что их дети в безопасности. Я — гарант этого порядка. Ямамото был жаден. Твой брат был любопытен. Я просто исправляю ошибки.
Ишида протянул руку.
— Отдай мне аудиозапись. Отдай мне флешку с голосом, и я отпущу журналистку. Я позволю тебе исчезнуть. Я дам тебе идеальное дзёхацу.
— У меня нет флешки, — ответил Кенджи. — Она у Рэйко. И она отдаст ее, когда ты сдашься.
Рэйко сделала шаг назад, прижимая портфель.
Ишида усмехнулся:
— Ты ошибся, Рэйко-сан. Ты не поняла, что у Кенджи есть только одна верность.
Ишида резко махнул рукой. В этот же момент два чистильщика, замаскированные под прохожих, выскочили из толпы и бросились на Рэйко.
— Бросай! — крикнул Кенджи.
Рэйко, действуя инстинктивно, швырнула портфель с аудиозаписью на землю. Чистильщики, уверенные, что в нем улика, бросились на портфель.
Но это была не единственная ловушка. Ишида не стал ждать. Он выхватил пистолет, спрятанный под пиджаком, и направил его на Кенджи.
— Ты лжец, Кенджи. Ты никогда не был верным, — прошипел Ишида.
Стрельнуть он не успел.
Свет погас.
Ровно в 23:58 на Кроссинге наступила полная, оглушительная темнота. Все рекламные экраны, все уличные фонари и даже свет вокзала — всё погасло. Единственный свет исходил от фар проезжающих машин.
— Что происходит?! — Ишида оглянулся, сбитый с толку.
— Сюрприз, — сказал Кенджи, улыбаясь. — Акира не сказал тебе, когда запустится файл. Он сказал, что он запустит систему.
Кенджи понял, что произошло. Акира не просто запустил публикацию. Он использовал Файл Ямамото, чтобы найти все слабые места в сети, связанные с Ишидой, включая систему питания, контролирующую рекламные щиты и часть городского освещения в районе Шибуя. Это было предупреждение.
Толпа начала паниковать. В темноте Рэйко успела выхватить чип Акиры из внутреннего кармана и броситься к Кенджи.
— Ишида! — крикнул Кенджи в темноте, — Файл будет опубликован, и он уничтожит твою сеть «Сейфов»! Твои «Дзёхацу» будут свободны!
Ишида, загнанный в угол, понял, что его власть над городом исчезает. Он выстрелил, целясь в звук голоса Кенджи. Пуля просвистела мимо.
Кенджи, опираясь на трость, сдвинул Рэйко в сторону. Он почувствовал, как один из чистильщиков схватил его. Он знал: это последний момент.
— Рэйко! — крикнул Кенджи. — Тэцуо!
Он не успел договорить. Чистильщик ударил его по голове. Кенджи рухнул.
Рэйко, используя хаос и темноту, бросилась прочь. У нее был чип, и она знала, что должна делать. Она должна была выжить.
23:59. Рэйко бежала, видя, как Ишида и его чистильщики волокут бессознательного Кенджи в темноту. Он пожертвовал собой, чтобы дать ей время.
Рэйко знала, куда бежать. Она побежала не к своему фургону, а к ближайшей полицейской станции.