elude • [rus]

— Вы двое уже готовы? Гарри, тебе нужно больше времени, чем Миле, чтобы подготовиться, это жалко. — Пожаловался Луи, поправляя в зеркале ванной свой бело-коричневый клетчатый галстук.

— Ты же сам велел мне хорошо выглядеть, Лу. Поэтому я хорошо выгляжу. Это требует времени. — Огрызнулся Гарри, решая, стоит ли расстегивать верхние четыре пуговицы на рубашке или нет.

— Ты всегда хорошо выглядишь, детка. Тебе не нужно тратить время, чтобы выглядеть красиво. — Прошептала Мила на ухо Гарри, её руки обхватили его грудь, когда она прижалась к его спине.

— Расстегни их. Мне нравится видеть твою грудь и эти ласточки. — Добавила она, проводя пальцами по завиткам черных чернил, которые лежали у него на груди.

Гарри ухмыльнулся, схватив руки Милы в свои и запечатлев лёгкие пушистые поцелуи на костяшках её пальцев.

— Вы вдвоём это серьёзно? Мы должны где-то бывать! Нам ещё нужно забрать Бексли. Вы, ребята, можете быть кокетливыми и дерьмовыми, когда мы туда доберемся. — Надавил Луи, раздражение присутствовало в его голосе, когда он снова поправил галстук.

— Господи, Луи. Успокойся! Мы готовы. Поехали забирать Бексли. — Ответила Мила, слегка раздраженная беспокойством Луи. Однако она не могла винить его за это.

Сегодня вечером они вчетвером встречались с семьёй Луи, чтобы объявить о беременности Бексли, и Луи практически срал вёдрами.

— Короче говоря, — начал Луи, забираясь на водительское сиденье своего Range Rover, а Мила и Гарри – на заднее сиденье.

— Мои мама и папа консервативны. Они обычно не верят в секс до брака, поэтому они убьют меня. Я не удивлюсь, если они заставят меня сделать предложение или что-то в этом роде. Кроме того, они любят устраивать большие вечеринки. У нас довольно большой дом, и я могу гарантировать, что там будет около ста человек. Тети, дяди, бабушки и дедушки, двоюродные братья и сестры, друзья семьи и всё такое.

— Мила, я расскажу тебе всё, чтобы ты не чувствовала себя неловко. Маму зовут Элеонора, а папу – Джейкоб. У меня есть четыре младшие сестры. Миллисент, Ария, Анвен и Филиппа. Миллисент девятнадцать, Арии пятнадцать, Анвен двенадцать, Филиппе восемь. Э, Гарри? Я что-то упустил?

— Э-э, — пробормотал Гарри, его губы растянулись в напряженной ухмылке.

— Ничего такого, о чем я мог бы подумать, приятель. Честно говоря, Мила будет ошеломлена, даже если ты расскажешь ей всю эту информацию. Твоя семья немного навязчива.

— Согласен. — Прошептал Луи, когда они подъехали к дому Бексли. Бексли всё ещё жила с тётей и дядей, с которыми прожила десять лет. Родители Элроя были арестованы за вооруженное ограбление, когда Бексли было десять лет, а Клинтону двенадцать, и они потеряли опеку над своими детьми. Клинтон решил жить со своими бабушкой и дедушкой в Сент-Огастине, штат Флорида, а Бексли предпочла жить со своими тетей и дядей здесь, в Тусоне.

Наконец, Бексли забралась на пассажирское сиденье. Её короткие светлые волосы были разделены пробором прямо посередине и слегка завиты на концах. На ней было чёрное платье до пола, и она выглядела абсолютно красивой.

— Привет, ребята, — обрадовалась она.

— Привет. — Гарри и Мила поприветствовали друга без всякого выражения. Честно говоря, ни один из них не был в восторге от этого события. Зачем они вообще туда едут? О, это верно, моральная поддержка.

— Ты готова к этому? — Спросил Луи у Бексли с ноткой беспокойства в голосе.

— Ну, у нас нет особого выбора. Мне сегодня шесть недель, так что я думаю, что это хорошее время, чтобы начать рассказывать семьям. Когда ты хочешь объявить об этом в социальных сетях? — Удивилась Бексли.

Всё это было чертовски странно. Желудок Милы уже скрутило при мысли об их объявлении в социальных сетях. Клинтон наверняка взбесится, если узнает, что сосед Милы обрюхатил его сестру.

Они опоздали на пять минут, и Луи громко выругался про себя.

— Видишь ли, это оба твоих недостатка. Если бы ты так долго не готовился, Гарри, мы бы приехали раньше. Не позднее. Моя мама убьёт меня.

Гарри только вздохнул, закатывая глаза так, чтобы только Мила могла видеть. Луи всегда нервничал в присутствии родителей, так что Гарри не злился на него за это.

Луи не шутил, когда говорил, что у его родителей довольно большой дом. Это был трехэтажный дом, выкрашенный в красивый серый цвет с белой отделкой вокруг окон и входной двери.

— Луи, этот дом прекрасен. — Бексли сделал комплимент. Дом её тёти и дяди был, вероятно, размером с его гостиную.

— Спасибо, любимая.

Почти за секунду до того, как Луи постучал в большие белые двойные двери, они быстро распахнулись, открыв женщину средних лет в довольно коротком и обтягивающем платье до колен, усыпанном разноцветными цветами.

— Луи! Ты опоздал! — Ругалась она с суровым выражением лица. Её глаза метнулись за спину Луи, чтобы встретиться взглядом с Гарри, отчего черты её лица сразу смягчились. — О, Гарри! Я не видела тебя целую вечность... Сколько же мы с тобой не виделись? Одиннадцать месяцев? — Теперь стало ясно, что эта женщина – мать Луи.

— Вообще-то, я так думаю. Рад вас видеть, Элеонора. — Гарри довольно широко улыбнулся, протискиваясь мимо Бексли и Луи, чтобы обнять Элеонору, которая рядом с ним выглядела почти как карлик.

— Мам, — Луи прочистил горло и снова нервно поправил галстук. — Это Бексли Элрой. Она моя девушка. — Он запнулся. Глаза Бексли тут же расширились, когда она оглянулась на Милу, которая была так же удивлена, услышав слова, слетевшие с губ Луи. —А это, — он махнул рукой в сторону Милы.

— Это моя лучшая подруга Мила Хартли. Вообще-то, Бексли – её лучшая подруга.

Мила терпеливо ждала, что Гарри ляпнет что-нибудь вроде моя девушка Мила, но этого так и не произошло.

— Приятно познакомиться, Бексли! И ты тоже, Мила! Пожалуйста, заходите. Скоро подадут ужин. Кто-нибудь из вас хочет чашечку чая?

— А что такое чашка чая? (от перев.: дело в том, что Бэксли, как и Мила – американки, а Британия, как правило, одна большая чайная плантация, это, как бы, такая шутка автора, просто понять её смогут только живущие в США Соединённом Королевстве) — Удивилась Бексли, отчего глаза Элеоноры Томлинсон расширились от удивления.

— Ты встречаешься с моим сыном и не знаешь, ЧТО ТАКОЕ чашка чая? Луис, ты шутишь? Она что, глупая? — Настаивала Элеонора, заставляя щёки Луи слегка покраснеть.

— Она просто шутит, мам. Конечно, она знает, что это просто чай.

— Ну, тогда напомни ей, чтобы она не шутила так перед твоим отцом. Ему это не понравится. Джейкоб! Смотрите, кто наконец приехал! — Закричала Элеонора нараспев. Гарри шёл рядом с Милой, обнимая её за тонкую талию.

— Гарри? — Прозвучал женский голос. Желудок Гарри тут же начал переворачиваться, когда его взгляд встретился с Миллисент Томлинсон. Её каштановые волосы были завиты на концах, доходя до безумно большой груди. Он тут же вспомнил, как они сидели в чулане всего четыре месяца назад.

— О, привет, Милли. — Гарри запнулся, его дыхание слегка перехватило. Глаза Милы потемнели, она крепче сжала его руку.

— Ай, ай! — Прошипел он, отстраняясь от неё в отместку.

— Какого хрена?

— Я вижу, ты смотришь на неё. Перестань. — Крикнула Мила шепотом. Гарри тут же почувствовал себя виноватым.

— Рад снова видеть тебя, Милли. — Это было всё, что он сказал, прежде чем полностью избежать её и поприветствовать остальных членов семьи Луи, представив Милу как своего "хорошего друга", к её большому разочарованию.

Все четверо сидели за довольно длинным квадратным столом вместе с Элеонорой, Якобом и четырьмя сестрами Луи. Луи отложил вилку, прочистив горло в середине трапизы.

— Э-э, у меня есть объявление. — Начал он. За столом сразу стало тихо, как и за соседними столами, полными членов семьи.

— Господи Иисусе, — пробормотал он, поднимаясь со своего места и поворачиваясь лицом ко всем присутствующим.

— У нас будет ребёнок. — Заключил он, быстро усаживаясь и избегая всяких взглядов.

У Элеоноры тут же отвисла челюсть, когда Джейкоб резко уронил вилку.

— Ты ЧТО? — Закричала Элеонора. Мила и Гарри обменялись неловкими взглядами, продолжая запихивать в рот брокколи и картофельное пюре.

— У меня будет ребёнок, мама. Бексли беременна. Моим ребёнком. — С беспокойством добавил Луи.

— Вы уверены? Это точно твой? Ох, Лу. Я стану бабушкой... — всхлипнула Элеонора, заставив Луи удовлетворенно улыбнуться.

— Да, мам. Он мой. — Луи усмехнулся, крепко сжимая руку Бексли.

Семейство Томлинсонов, как ни странно, было чрезвычайно обрадовано объявлением о появлении нового малыша Томлинсона в животе Бексли. Отец Луи, Джейкоб, разлил виски и даже начал пить с Луи и Гарри. Мила провела это время с Бексли и Элеонорой, обмениваясь историями и слушая рассказы о детстве Луи.

— Луи всегда был таким удивительным ребёнком. Я боялась, что он никогда никого не найдёт, а теперь у него есть девушка, и он заделал с ней чёртова ребенка! Я такая гордая мама. — Воскликнула Элеонора.

Гарри выпил одиннадцатую рюмку вместе с Луи и его отцом Джейкобом, которые оба были на седьмой.

— Черт, — вздохнул Гарри, проводя рукой по своим кудрям. Его глаза, без сомнения, были налиты кровью. У него кружилась голова, и он чувствовал, что весь дрожит. Где же Мила? Он жаждал её, нуждался в ней. Сейчас.

— Э-э, Я схожу в туалет. — Заявил он, прежде чем выйти из кухни, где Луи и его отец выпили ещё по одной порции виски.

Гарри, спотыкаясь, прошёл по коридору вниз, направляясь в ванную, когда из ближайшего шкафа вдруг выскочила рука, схватила его за рубашку и грубо затащила в кромешную тьму шкафа.

Он ухмыльнулся, обхватив руками её крошечное тело и прижавшись лбом к её лбу.

— Я думал о тебе всю ночь, детка. Ты читаешь мои мысли. Я как раз собиралась написать тебе, чтобы ты встретила меня в шкафу.
— Хм, — удовлетворенно промурлыкала она, обвивая руками его шею и прижимаясь губами к его губам. Они казались ему почти чужими.

— Боже, ты такая красивая. — Прошептал он, его голова немного помутилась от алкоголя, когда его руки потянулись вниз к её заднице. Это было почти как сон, очень, очень хороший сон.

Гарри прислонился к задней стенке шкафа, его руки нашли путь к ее волосам, когда она осыпала легкими перистыми поцелуями его шею и грудь, медленно расстегивая рубашку, продолжая крепко целовать его теплую грудь.

— Перестань мучить меня, Ми. Просто сделай это. — Умолял Гарри, его голос был хриплым и полным похоти. Она лишь хихикнула в ответ на его просьбу, опустившись ещё ниже, так что оказалась параллельно пуговице его джинсов. Она медленно расстегнула их, заработав довольно громкий стон от Гарри, когда она просунула свою маленькую руку в его боксеры.

— Жаль, что я не могу увидеть тебя прямо сейчас. Здесь так чертовски темно. Наверное, ты сейчас выглядишь так сексуально. — Он застонал, представив, как прекрасно сейчас выглядит Мила, стоя перед ним на коленях.(от перев.: блять, да пойми уже, что это не Мила) Темнота, однако, сделала весь этот момент ещё более выдыхающим.

Она взяла его в рот, и парень удовлетворенно вздохнул, когда она доставляла ему удовольствие.

— О Боже, я долго не протяну. Ты готова к этому? — Он практически умолял, его длинные пальцы в кольцах крепко вцепились в её волосы. На ощупь он был чуть длиннее обычного.(от перев.: ну всё, пиздец)

— Да, — прошептала она негромко и тихо. Сердце Гарри бешено колотилось, когда он поднял её с колен, чтобы запечатлеть влажные, небрежные поцелуи на её губах, щеках и ключицах.

— Обернись. — Приказал он, хватая её за бедра и медленно задирая платье вверх, открывая трусики. Если бы он только мог видеть прямо сейчас... Чёрт бы побрал этот чёртов тёмный шкаф.

— Ты готова, любимая? — Прошептал он, облизывая пальцы и вытирая их о её плоть. Она удовлетворенно заскулила, что было для него достаточной уверенностью, когда он медленно вошёл в неё, крепко сжимая руками её костлявые бёдра.

Как только он начал толкаться ещё сильнее, с другой стороны двери раздался приглушенный голос:

— Гарри? Ты здесь? — сомнительный голос девушки.

Его сердце сразу же упало, когда он начал действовать, всё его тело пульсировало, когда он услышал голос за дверью.

—Эй? Гарри? — Спросил голос, дергая ручку запертой двери. Голос явно принадлежал Миле Джоан Хартли.

°         °         °

я с самого первого упоминания миллисенты поняла, что она та ещё шиншилла, блять..................