Глава 21
Уже две недели я живу в напряжении. За это время я два или три раза, уже не помню, ночевала дома. Остальное время я провела с Максом в больнице. Я не помню, когда в последний раз нормально ела или спала. Постоянный страх не давал прикрыть глаза, потому что тогда я вспоминала папу и ещё больше тревожилась за состояние Лили. Я отходила от неё только в школу, где сдавала выпускные экзамены.
Мне приходилось терять близкого человека один раз. А вам? Такого никого не пожелаю. Это ужасное ожидание, ожидание и вечная дилемма: станет ему лучше или... Каждый день ты смотришь на человека с закрытыми глазами, держишь его руку и просишь, чтобы он держался, цеплялся за жизнь. Ты отказываешься верить в реальность, когда он умирает. Из последних сил ты кричишь, убеждаешь себя, точнее врёшь себе, что это не так. Просто этот дорогой тебе человек спит и вот - вот должен очнуться. Ты не контролируешь эмоции и наступает момент, когда руки опускаются, ты словно погружаешься во мрак. Тебе хочется просто уйти вместе с ним. Душа разрывается на части, ты теряешь частичку себя. Дальше тебе выбирать свой путь: закрыться в себе или же отпустить. Именно в этот период необходима поддержка. Тебе кажется, что всё вокруг ничего не имеет значение, что всё, что ты когда – либо ценил, всё, что когда – либо тебе было дорого, всё это забрал человек, которого отключили от надоедливых аппаратов, и он перестал дышать. Жить...
Я постоянно вспоминала слова Лили:
«Да, я уж точно никогда не думала, что доживу до этого момента. Мы вместе заканчиваем школу и это замечательно. Ты моя лучшая подруга, у нас есть парни, у кого – то даже знаменитость. Скоро выпускные экзамены и поступим в колледж, будем жить в одной комнате, ходить вместе на занятия. В свободное время будем гулять вчетвером: ты, Лиам, я и Макс. Ты, к моему счастью, рассталась с Сэмом и больше не будешь страдать. Впереди нас ждут самые радостные моменты нашей жизни».
Удивительно, что я запомнила каждое её слово. Так не может быть, этого просто не может случиться, Лили не заслужила такого конца. Я просто отказываюсь в это верить и верю в хороший конец. Она сильная, всегда была такой. Но сейчас, смотря на нее: бледную, хрупкую девушку, подключенную к различным аппаратам, поддерживающие ей жизнь, мои руки опускаются.
Единственная хорошая новость за две недели, что сегодня вечером Лиам должен вернуться из Нью-Йорка. Когда мы последний раз виделись, он не хотел оставлять меня и Лил в таком состоянии. Но ему пришлось. Кто – то сказал, что они вылетают досрочно. Мы даже попрощаться не успели. Я была в неком трансе. Перед глазами проносились события четырёхлетней давности. Я сразу вспомнила каждый свой день около койки отца. С Ли мы созванивались каждый день, настолько часто, насколько позволяли ему концерты и интервью. Я информировала его о состоянии Лили.
Макс не отходил от её кровати, ухаживал за ней, разговаривал с ней и постоянно держал её руку.
Мама Лил каждый день приходила и заставляла нас поесть, как это делала и моя мама. Они вместе проводили много времени. Моя мама рассказывала намного больше о состоянии подруги Джейн, чем нам. Я называю маму Ли Джейн, потому что наши мамы общаются давно. Джейн поддерживала нас в трудные времена, теперь, наша очередь.
Я на секунду прикрыла глаза, как телефон в кармане завибрировал. СМС от Лиама:
«Я уже в самолёте. Приземлюсь, наберу.»
Я с облегчением выдохнула, словно всё это время в моём горле была пробка, затрудняющая проход кислорода. Одна мысль, что он поддержит Лили и меня отдавалась эхом радости в душе. Больше всего я боялась, что пустота, которую заполнил Лиам, после нашего знакомства, вновь вернётся. И от неё я больше никогда не избавлюсь.
В общей сложности, Лили была без сознания две недели. Пищащие аппараты нервировали меня. Хотелось накричать на подругу, чтобы она самостоятельно дышала. Нервы сдавали, хотелось забиться в угол и плакать, плакать без остановки, пока весь этот кошмар не кончится.
Я зашла в палату. Макс как обычно сидел около бледного тела девушки. Он что – то шептал ей, но, когда я вошла, замолк.
- Знаешь, она ведь всегда мне нравилась, - начал парень, а я присела на кресло. – Её золотистые локоны, длинные чёрные ресницы, улыбка, озаряющая весь мир и глаза, полные жизни, - он провёл тыльной стороной своей руки по лбу Лил, убирая прядь волос. - Я всегда боялся испортить нашу дружбу отношениями, думал, она не смотрит на меня, как на парня. В её глазах я всегда был другом. Другом, которому всегда можно позвонить и проболтать по телефону неизмеримое количество времени. Другом, что поддержит её в любой ситуации. Но я понял, что она никогда так не считала. Я был для неё объектом обожания. Я всегда ей нравился, - он ухмыльнулся, - она сказала это в нашу первую совместную ночь. Мы так много времени упустили, - Макс перевёл свой взгляд на меня. – Мы бы так долго могли наслаждаться друг другом, но всегда думали, что между нами нет ничего, кроме дружбы. Это так глупо. Я не успел рассказать ей о своих чувствах.
Я не знала, что сказать. Все его слова – не пустой звук, я верила ему. Он говорил так искренне, хотелось, чтобы Лили всё это слышала, чтобы она посмотрела на него и высказала всё, что она к нему чувствует. Но она не могла. Не сейчас.
Я встала с кресла и присела на кровать, взяв руку Лил в свою.
- Ты ей расскажешь.
- Что? – удивился парень.
- Первое, что она услышит, когда очнётся – будет твоё признание, - улыбнулась я. - Поверь, она очень ценит тебя, ценит каждый твой взгляд в её сторону, каждый твой вздох. Ты ей дорог. Она ведь втрескалась в тебя в первом классе, - я засмеялась.
- Правда? – засмущался Макс, показывая свои зубы.
- О да, поверь, я каждый день выслушивала, какой ты хороший. Я знала о тебе всё и даже больше. Иногда меня пугали некоторые факты, потому что я даже думать не хотела, как она о них узнала, - я подняла брови вверх, отчего на моём лбу образовались складки, помотала головой и улыбнулась. – Она болела тобой, сильно. Ты должен рассказать, как она дорога тебе. Запомни все слова, которые вертятся сейчас в твоей голове и скажи ей, как она откроет глаза.
- Ты права, я не упущу возможности, но сейчас мне нужно в туалет, - голубоглазый встал с кровати и вышел из палаты, оставив меня наедине с подругой.
- Что ж, ты всё слышала, - начала я говорить в пустоту. – Теперь ты просто обязана очнуться, ты меня слышишь? – я потрясла подругу. – Я думаю, что он лю...
Вновь мой телефон зазвонил. И снова Лиам.
- Привет, как Лил? – раздался знакомы голос.
- Привет, всё так же, - я перевела взгляд на подругу, - ты скоро будешь?
- Самолёт уже приземлился, - я почувствовала, как он подсчитывает время, - примерно через час, ждите. Дай трубку Лили.
Я послушно приложила телефон к её уху. Дальше я не слышала, что говорил ей Лиам, но я взвизгнула. Её рука сжала мою. Я бросила всё и побежала на поиски мамы. Она была дежурной медсестрой Лили.
- Быстрей, она шевельнулась, - кричала я, подгоняя маму, которая сорвалась с места и бежала в палату.
Она начала её осматривать и вызвала врача. Я взяла телефон с подушки, Лиам по – прежнему был на связи.
- Что... что ты ей сказал? – переводя дыхания спросила я.
- Ничего... ничего особенного, - он нервничал, - сказал, что если она не очнётся, то я врежусь в встречную машину, пока буду ехать к ней.
- Твои слова, она шевелила пальцами. Она... - я повернула голову и увидела, что Лили часто моргает, - прости, она очнулась.
Скинув трубку, я подбежала к кровати. Макс ворвался в палату и замер. Лили лежала с открытыми глазами, морщилась и пыталась освободиться от маски на её лице. Далее врач осмотрел её, что – то записал в свою папку и вышел. Моя мама объяснила всё Лили, и та успокоилась.
- Лили, - я подошла к кровати, - ты нас напугала, - на моих глазах навернулись слёзы.
Сейчас она выглядела напуганной, липкий пот покрывал её кожу, бледное лицо и худые руки – всё, что осталось от жизнерадостной девчонки, которую я зову лучшей подругой.
- Кэм, - хрипло произнесла она, - не плачь.
Я взяла её руку. Из её глаз покатились слёзы. Я уверена, что она чувствует боль, боль, которая преследует её всю жизнь. Она научилась скрывать её от взгляда окружающих, но не от меня. Я всегда могла определить характер её боли. И сейчас она была адской.
- Всё, я не плачу, - вытерла я мокрые дорожки со своих щёк. – Ты чертовски нас напугала, - повторилась я.
Мама оставила нас в палате втроём. Макс осторожно наблюдал за нашим разговором. Точнее, больше за моим, потому что Лили с трудом могла пошевелиться, не до речи тут.
- Знаешь, прошептала я. – Тут кое – кто хочет поговорить с тобой, - я перевела взгляд на Макса, ошарашенного до глубины души.
Он стоял в углу, казалось, он не дышит, он просто стоял и смотрел. Лили не могла повернуть голову, так что я встала и подошла к Максу, потянув его за руку и усадив на кровать. С минуту они молчали, просто смотря друг другу в глаза. Мой телефон разрывался от звонков и СМС, оставленных Лиамом, поэтому я покинула палату.
- Больше не пугай меня так, слышишь? – кричал парень, обхватывая меня за плечи и поворачивая к себе.
От неожиданности я открыла рот. Было чувство, будто я говорю слова, а звук не идёт.
- Миллс? – вырвал меня из мыслей Лиам.
- Ты напугал меня, - крикнула я и стукнула рукой по груди кареглазого.
- Извини, - он схватил меня за запястье и прижал к себе. – Как Лили?
- В сознании, - кинула я, всё ещё обижаясь на него.
- Не дуйся, Милли, - он отстранился и убрал прядь волос мне за ухо. – Ты меня напугала, я что есть силы мчался сюда, думал, что и с тобой что – то случилось.
Я смотрела в его глаза. Это не описать словами, словно волна накрывает тебя с головой, рассудок мутнеет и оказываешься в плену человека, который стал больше чем просто знакомый.
- Уже не дуюсь, - прижала я его руку к своей щеке и прикрыла глаза. – Как я могу дуться на того, кто помог открыть глаза моей подруги, - шептала я.
- К ней можно?
- Сейчас она с Максом, не думаю, что нам следует им мешать.
Я отошла от Лиама и присела на стул, который стоял напротив палаты Лили. Лиам сел рядом. Его нога тряслась, грудная клетка то поднималась, то опускалась; он перебирал свои пальцы и облизывал пересохшие губы. Его явно что – то тревожило. Пару раз мне казалось, что он пытается что – то сказать. Я положила голову ему на плечо, а ладони на его руки. Он немного успокоился. Я прикрыла глаза. Впервые страх отошёл от меня и не только потому что Лили очнулась, а ещё потому, что я чувствовала тепло любимого человека, я чувствовала его руки, дыхание и взгляд на себе.
- Милли, - вырвал он меня в реальность. – Я должен кое – что сказа...
Дверь в палату Лили открылась, вышел Макс, тихо закрывая дверь, прерывая Лиама. Мы вместе встали и хором спросили «Как она?»
- Она чувствует усталость, боль в мышцах и ещё множество последствий, вызванных неправильным сокращением сердечных мышц. Но сейчас она спит, - проинформировал нас светловолосый. – Я, наверное, поеду домой. Нужно показаться маме, она переживает. Тем более Лили очнулась. Вы двое, вы же останетесь с ней? – мы кивнули. – Тогда до завтра, - Макс чмокнул меня в щёку в знак прощания и пожал руку Лиаму, а после скрылся в дверях лифта.
- Ты не возражаешь, если я зайду? – спросил Ли.
- Конечно, я тут побуду.
Лиам вошёл в палату. Я не знаю, что он там делал, да и мысли все куда – то испарились. Я была счастлива, что Лили в сознании, Лиам со мной. Все, кто мне дороги были рядом. Я опустилась на стул и облокотилась о стену. Неимоверная усталость накрыла меня, и я закрыла глаза. Тёплая рука коснулась моей щеки, и я распахнув глаза, хотела встать, но меня усадили.
- Это я, тише, - успокоил мягкий голос.
- Ты так и будешь продолжать пугать меня? – недовольно буркнула я протирая глаза. – Сколько я спала?
- Десять минут, - Лиам присел рядом. – Лили такая хрупкая со стороны. Мне кажется, если до неё дотронуться, то она сломается или рассыплется.
Я поджала ноги под себя и опустила голову на плечо парня. Он поцеловал мою макушку и задержался там на время.
- Ты не договорил, - зевая сказала я.
- Что? – он занервничал.
- Макс прервал нас, - констатировала я факт.
- Я...мне...я...хотел... - медлил парень. – Мы с парнями собираемся завтра перекусить днём, а они хотят познакомиться с тобой, - на одном дыхании сказал Пейн.
- Здорово, - шептала я, проваливаясь в сон.
- Так ты не против? – часто дыша спросил он.
- Я тоже хочу с ними познакомится, - прохрипела я, и последнее, что я чувствовала то, как Лиам глубоко выдохнул. После, я крепко уснула.