Глава 7
После нашего разговора с Лиамом прошло два дня. Я пошла на поправку, думаю, что общение с Лили поспособствовало этому. Мне было уютно, когда она была рядом. Если в мои мысли проникал Лиам, то подруга тут же развеивала их. Мама каждый день приходила ко мне два раза, проверяя моё самочувствие, хотя необходимости не было, я же в больнице. Но, это мама, она не может не беспокоиться.
Мой лечащий врач сказал, что через педелю я смогу вернуться домой. Как же я этого не хотела. Мне, конечно, не нравилось лежать целыми днями в больнице, где меня пичкали лекарствами, постоянно втыкали в вену капельницы, и я сдавала различные анализы и ходила на процедуры, но всё же... дома меня поджидал Сэм. Там нет охраны, чтобы он не смог выйти. Мне не понятно его рвение поговорить со мной. Я не хочу его видеть и слышать. Пусть катится к своей новой девушке. Он стал очень импульсивным в последнее время, но меня волновал сейчас Лиам. Его уже долго не было, я успела соскучиться. Закрывая глаза, я ощущаю наш поцелуй, его страстные, мягкие губы. Хочется увидеть его, и поскорее.
- Смотри, - Лили принесла журналы. – На странице 8, там Лиам с ребятами.
Я взяла в руки, предложенный экземпляр подругой. Там была фотография группы One Direction и статья, про их визит к детям-сиротам:
«Сегодня, наши обожаемые парни посетили один из детских домов. Дети, оставшиеся без родительской ласки и уютного дома, смогли познакомиться со звёздами. Они очень тепло приняли пятерых ребят. Кто бы мог подумать, что они все любят детей? Множество подарков было доставлено к этому зданию. Так же спонсоры группы выделили средства на улучшение условий проживания детей. Возможно, что это всё для пиара, но кто знает?»
И ещё одна статья, но уже отдельно, про Лиама и его фото:
«Несколько дней назад Лиам Пейн был замечен в больнице, где парень пробыл два часа. Проблемы с близкими или очередная пассия попала в беду? Мы будем следить за развитием событий...»
Дальше я не стала читать, потому что мой взгляд упал на словосочетание «очередная пассия». От этого мне стало не по себе.
Сколько девушек он навещал в больнице? А если они оказывались здесь по его вене?
От таких мыслей меня передёрнуло, и я откинула журнал.
- Лили, вы же сдружились, ты должна знать, почему он не появляется, - хныкая сказала я.
- У него дела, ты сама видела статью. Не забывай, он знаменит, у него всегда работа: выступления, пиар группы, встречи с фанатами, пресс-конференции, съёмки клипов, - пока она перечисляла всё это, её рука сильно сжимала кофту в области сердца.
- Лииил? – протянула я. – С тобой всё хорошо?
- Да, не переживай.
- Но, я же вижу. Болит?
- Уже прошло, - она пыталась мило и естественно улыбнуться, но я слишком хорошо её знала. Ей было плохо, её сердце не выдерживало нагрузки, это было заметно по мимике и телодвижениям.
- Лили, обещай, если почувствуешь, что что-то не так, сообщи мне, хорошо?
- Хорошо, Ками.
- Можешь принести мне воды?
- Сейчас, - она вышла из палаты.
Я пыталась отыскать её телефон в сумке. Боже, сколько тут всего! Мне кажется, что в Нарнии проще найти соломинку, чем телефон здесь. Бинго! Вот и он. Я быстро пролистала последние набранные номера: вот, Лиам Пейн. Я записала его телефон. Любопытство брало верх надо мной, и я залезла в СМС-ки. О, тут диалог с Лиамом:
«Почему ты не приехал? Камилла спрашивает от тебе и страдает. Пытается скрыть это, но у неё не выходит. Когда ты вернёшься?»
«Пусть не нервничает, не говори ей пока что про меня. Надеюсь, что через два дня я освобожусь.»
«Хорошо. Но я не знаю, сколько смогу скрывать от неё.»
«Ты справишься, я верю в тебя. Кстати, как ты себя чувствуешь?»
«Намного лучше, спасибо. Возвращайся скорее, а я пока что буду развлекать её.»
«Ты настоящая подруга, Лили. Спасибо!»
На этом их диалог закончился, а последнее СМС было отправлено вчера. Получается, что Лиам должен вернуться завтра. Но что с Лили? Я не могу позволить ухаживать за мной, зная, что ей самой нужна помощь. Её уже долго нет. Я успела убрать телефон на место и вбила номер Лиама в свою телефонную книгу. Да где её черти носят?
- А вот и я! – вошла Лили. – Извини, что долго, но воды тут не оказалось, пришлось идти до столовой.
- Ничего, спасибо. – я приняла бутылку из её рук и немного попила.
- Ну, чем желаешь заняться? – поинтересовалась воодушевленная подруга.
- Хочу поспать. - усталым голосом произнесла я.
- Хм, я думала пройтись по магазинам, - задумалась Ли. – Ты тогда поспи, а я вернусь через два часа.
- Хорошо. – улыбнулась я и легла на подушку. Мысли отходили на второй план, веки тяжелели, моё тело расслабилось, и я погрузилась в сон.
***
Проснувшись я была одна в палате. Уже стемнело, и я хотела есть. Встав с больничной койки, я надела тапочки и направилась в сторону столовой. Ужин уже заканчивался, но я успела взять порцию каши и села за стол к парню и девушке. На вид им было лет 25. Все ели молча. Не смотря на то, что я пришла позже, я первая покончила с едой и удалилась в палату. Не наевшись как следует, я взяла яблоко, которое мне оставила мама. Сидя на кровати, я смотрела в одну точку. Мысли о Лиаме и Лили посещали мою голову. Неужели Лили стало хуже? Что они скрывают от меня? Почему подруга всё ещё не вернулась? Я отложила огрызок на тумбочку и ушла с головой под одеяло.
***
POV Лили.
Невыносимая боль в грудной клетке, давящая на лёгкие, всё тело ломит, а голова идёт кругом. Так и живу сколько себя помню. Ещё маленькая была, не соображала, но один момент, наверное, первое воспоминание в моей жизни, останется со мной навсегда. Мы пришли ко врачу, мама усадила рядом с собой. Должны были озвучить результаты УЗИ. Доктор что-то долго говорил, а потом я услышала фразу: «У вашей девочки врождённый порок сердца.» Мама в слёзы, а я сижу и болтаю ножками, как ни в чём не бывало. На этом воспоминание обрывается. Далее, больницы, лечение, обследования и постоянные боли. Боли, от которых я просыпаюсь ночью, в панике, не могу контролировать дыхание и издать звука о помощи. Конечно, годы идут, моё состояние улучшается, но денег на операцию мама не может скопить. Он старается, но зарплаты едва хватает на еду, оплату дома и погашение кредита. По моим расчётам, если я устроюсь на работу, то еще два года и мне сделают операцию.
После постоянного приёма медикаментов боль уменьшилась, и в мою грудную клетку реже врываются жжение, тяжесть и покалывания.
Но всё изменилось, когда Камилла упала в обморок. Я очень переживала за неё. На почве стресса, плохого сна и голодания, я стала хуже чувствовать себя. Моё сердце никогда не болело так сильно прежде. Как мне побороть себя? Я должна выглядеть сильной для Камиллы, иначе она возьмёт меня в свои руки, будет работать, будет переживать за меня, а я не хочу возлагать на неё такой тяжёлый труд. Удивительно, но Лиам, с которым я знакома была несколько часов помог преодолеть кризис моего состояния.
Я видела, как он беспокоится о Ками, когда мы привезли её в больницу. Он ни на шаг не отходил от неё, как и я. Единственное, что меня заботило – это состояние подруги. Но, видимо, моя мимика выдавала мои страдания. Именно тогда мы с Лиамом сдружились. Я рассказала ему о своём диагнозе, а он не нашёл слов.
Конечно, я с годами научилась жить с проблемой, сопровождающей меня повсюду, но Лиам не знал, как реагировать. Он пообещал, что поможет с операцией, сделает всё возможное, чтобы ни Ками, ни её близкие ни в чём не нуждались. Никакие отговорки не принимались. Это тронуло меня. Я никогда не встречала таких, как он. Он окружал заботой, готов был помочь в любой ситуации, всегда находился рядом. Наше общение, я пыталась избегать близости с ним, я чувствовала, как боль в сердце увеличивалась. Но это не из-за заболевания. Я ругала себя за это. Я не могла вот так влюбиться в парня за несколько дней. Тем более, он не безразличен моей лучшей подруге. Но, как ни старайся, мы по пять, а то и больше часов проводили вместе. Я рассказывала о себе и Ками, он о себе. Нас связывало общее происшествие, общее потрясение, общий человек.
Так или иначе, я решила скрыть свои чувства далеко в сердце и надеялась, что во время операции врачи вырежут приятное ощущение из него, когда я вижу Лиама.
Когда Ками сказала, что хочет поспать я вздохнула с облегчением. В мои планы не входила прогулка по магазинам, глаза щипало от чувств к парню, который не знает этого, поэтому я соврала. Стыдно, но лучше я поплачу наедине с собой, чем не выдержу и дам волю эмоциям на глазах у подруги. Я чувствовала, как сердце хочет вырваться из грудной полости, ощутить свободу, ощутить любовь. Мои мысли были ошибочными, когда я пришла домой и заперлась в комнате, мне стало хуже, тишина сдавливала вески, ком подступал к горлу, а из глаз сочились горячие слёзы, поэтому я пошла гулять по парку, чтобы хоть как-то заглушить истерику.
Обдумывая всё происходящее вокруг меня, я не заметила, как стемнело. Мне пришлось быстро забежать в несколько магазинов, чтобы оправдаться перед Камиллой. Купила пару маек, шорты, белый кружевной корсет и коралловую юбку, босоножки в тон и пару побрякушек. Конечно, я зашла в самые дешёвые магазины, чтобы не разоряться на вещи.
Только к восьми часам вечера я была у больницы. Спрятав эмоции подальше, я натянула улыбку, вошла в здание. Небольшое столпотворение было в холле больницы, но очень шумно. Люди обернулись, увидев меня и камеры, что были в руках начали снимать меня. Это оказались журналисты. Они окружили меня и тыкали диктофонами, задавая вопросы. Их было так много, что ни одного не поняла. Воздуха становилось меньше, паника овладела мной, и я начала задыхаться, теряя сознание. Чья-то жёсткая рука вырвала из этого дикого окружения. Жадно хватая свежий воздух я посмотрела на своего спасителя. Это был высокий мужчина, одетый в чёрный костюм современного покроя, но даже он не скрывал его мускул. На вид ему было лет 20, его взгляд был холодным, а рука, находящаяся на талии горячей. Он что-то спросил у меня, но я не расслышала. Заведя меня в лифт, уклоняясь от репортёров, он повторил вопрос:
- Номер палаты, мисс Корс? – его голос был строгим, глаза пустыми.
- 103, - замешкалась я.
Мы доехали на пятый этаж больницы, и я вышла первая, проходя к палате. Мужчина остался за дверью, скрепив руки в замок. Находясь в состоянии шока, я увидела спящую Ками. Она свернулась калачиком, зарывшись в одеяло. Я выключила свет в её палате и вышла в коридор. Этот мужчина всё ещё стоял у двери.
- Вы кто? – поинтересовалась я.
- Фрэнк личный охранник Лиама Пейна, - с безразличием ответил он.
- О прислал Вас?
- Да.
- Хорошо, тогда вы будьте здесь, а я пошла в отведенную мне палату.
- Но, мисс Корс, я должен быть с Вами. Лиам Пейн приставил меня к Вам, - пояснил парень.
- Что? – удивлённо спросила я. – Но почему ко мне? А как же Ками? – в слух рассуждала я. – Хорошо, тогда пошли, завтра разберёмся.
Я вошла в свою палату, а Фрэнк остался снаружи.
Надо позвонить завтра Лиаму и во всём разобраться. У меня не было сил на душ, так что я рухнула на мягкую кровать и растворилась в небытие.