Новый год.
Новый год был в Хогвартсе настолько любимым праздником, что подготовка к нему всегда начиналась, как только из Большого зала убирали подгнившие хэллоуинские тыквы. Вот и в этом, памятном году, когда преподавательский состав пополнился рядом некоторых весьма харизматичных, но неадекватных личностей, к подготовке к зимним праздникам подошли с присущей всем серьезностью.
Старенький телевизор в учительской как раз показывал любимый фильм Северуса Снейпа – «Иронию судьбы», поэтому новогодний педсовет заглушали скупые всхлипы и гогот зельевара. Альбус Дамблдор, отсадив его подальше, ближе к телевизору, сел во главе стола и, сцепив руки в замок, нахмурил брови.
- Господа, дамы и Эдвард, какие у кого планы по празднованию Нового года?
Дин Винчестер, украдкой играющий в морской бой со Стефаном, встрепенулся и прокашлялся.
- Ну мы гирлянду на трудах забацаем, - не совсем уверенно протянул он.
- Так, - кивнул Дамблдор.
- Ну музыкальная программа за мной, - отозвался Клаус, протянув директору листочек с плейлистом. – Хороводы, танцы, конкурсы.
- Так-так.
- Я собираю тех, кто не занят на кухне, и украшаю с ними замок, - сказал Стефан.
- Хорошо, - согласился Дамблдор. – Кто отвечает за украшение новогодней елки?
- Что за дебильный вопрос, хмырь? – послышался в дверях чопорный голос.
Обернулись все, даже Снейп. На дверной косяк опирался молодой человек, одетый в сиреневое пальто женского покроя, шапку-ушанку, шарфик с оленями и угги. Поправив на переносице хипстерские очки, Джереми Гилберт вальяжно плюхнулся на стул рядом с Клаусом и, задорно улыбнувшись Эдварду, повернулся к Дамблдору.
- Значит так, я только что вернулся из Мюнхена, где проходила выставка новогодних игрушек, - растягивая слова, произнес Джереми, расстелив на столе лист ватмана. – И я понял, как украсить вашу елку. Вот схема. Для украшения, мне нужна стремянка, три мальчика покрупнее и хорошее освещение.
- Понял, не дурак, - обрадовался Дамблдор. – С этим все. Далее, что у нас с праздничным столом?
Сэм Винчестер вскочил на ноги так резко, что хрустом в суставах напугал Кэтрин.
- Для педсовета мы подготовили презентацию Power Point, - гордо сказал Сэм, помахивая флешкой. – Забини, подключай.
Юркий мальчик пошуршал компьютерными проводами и высветил на стену размытые слайды.
- В сарае мы нашли две старые ванны, - начал Сэм, жестикулируя черпаком. – Нужно пару шустрых школяров, которые ототрут их до блеска...
- О, это Грейнджер! – тут же воскликнул Деймон, чистящий мандаринку.
- ...в одну ванну мы накрошим оливье, а во второй будет холодец, - продолжал Сэм. – Картошка будет, мясо тоже, нарезочка – само собой. Что со спиртным?
- Бормотуха почти забродила, - буркнул Снейп, не отрываясь от просмотра фильма.
- Ну и хорошо. Такую поляну накроем, до восьмого марта жрать будем.
- Еще одна делюга есть. – Из-за стола встал Деймон. – Люцифер, как министр магии, будет поздравлять страну с Новым годом. Попросил помочь ему с речью. Значит, нужны талантливые творческие личности с богатым словарным запасом. Желающие?
Клаус и Эдвард энергично замахали руками.
- Еще варианты? – сипло спросил Деймон. – Стефан?
- Нет, спасибо.
- Кэтрин?
- Не-не-не.
- Трудовик?
- Я писать не умею, пардон.
- Виктория?
- А кто самогон процеживать будет?
Вздохнув, Деймон опустился на стул.
- Эдик и Клаус, хрен с вами, напишите Люциферу речь.
Эдвард и Клаус радостно переглянулись. Дамблдор вытер руки, обляпанные мандариновым соком, о бороду и хлопнул в ладоши.
- Все свободны, всем спасибо. Северус, оторви жопу от дивана и иди досматривать к себе.
29 декабря
- Мистер Гилберт, Долгопупс опять наебнулся со стремянки!
Джереми Гилберт, притворно вздохнув, поправил свое сиреневое пальтецо и, едва не поскользнувшись на натертом до блеска полу, зашагал к четырехметровой пихте, которую с утра еле втащили трудовик с военруком.
- Долгопупс, гречневая диета тебе в помощь, - процедил дизайнер. – Ты погнул стремянку! Больше шариков внизу вешайте, холопы! Больше! Поттер, не стой, как манекен очкастый, вешай гирлянду!
Украшение пихты шло полным ходом. Верхушка вечнозеленого дерева едва не подпирала потолок Большого зала, но это не помешало воодушевленному Гилберту присобачить наверх большую звезду, не боясь того, что пихта просто рухнет.
Проходящий мимо Сэм Винчестер, приветственно кивнул коллеге-сатрапу и, указав черпаком в направлении кухни, заорал ученикам, тащившим на своих горбах ванные:
- Шире шаг, Грейнджер! Профессор Сальваторе сказал, что можно давать тебе подсрачники! Реще, там уже оливье крошить некуда, а тебе ванну еще оттирать.
- Не волнуйтесь, Чистящие чары за секунду отполируют все, - крякнула Гермиона.
- Какие чары? Сода и мочалка – вот твои чары, - рявкнул Сэм. – Давай-давай! Бери пример с Малфоя, глянь, какое у него счастливое лицо. Счастливое, Малфой!
Драко выдавил из себя корявую улыбку и, едва не рухнув под тяжестью второй ванны, поплелся в кухню, где в отсутствие повара всем заправлял Блейз Забини.
- Товарищ повар, холодец уже закипает! – отрапортовал Блейз, вытирая руки о дырявое полотенце. – Процесс требует вашего участия.
- Понял, молодец, Забини, - кивнул Сэм. – Как там с тортом?
- Сгущенку уже нашли.
- А как с баклажановой икрой?
- Она стоит в холодильнике еще с прошлой Пасхи. Прикажете выкинуть?
- Ни в коем случае!
Только Сэм склонился над огромной кастрюлищей, пыхнувшей жаром ему в лицо, в кухню ворвался Северус Снейп, одетый в майку-алкоголичку и спортивные штаны.
- Понюхай, - сказал зельевар, протянув повару бутыль.
Сэм смачно внюхнул янтарной жидкости и поежился.
- Никак на березовых почках?
- На листьях смородины, - подчеркнул Снейп. – Так, это на пробу, а еще цистерна настаивается в лаборатории.
Разлив по рюмочкам бормотуху, Снейп сразу же наколол грибочек на вилочку и приготовился к дегустации.
- Ну, с наступающим!
Залпом осушив рюмку, Сэм выкатил глаза и, наскоро закусив квашеной капустой, аж подпрыгнул.
- Ух какая! – восторженно крикнул повар. – Аж давление подскочило!
- А то, - гордо сказал Снейп. – Это третий курс пуффендуйцев на уроке сварганил.
- Ну так это же амброзия, на стол поставить не стыдно!
- А я о чем говорю.
- Надо бы похвалить пуффендуйцев, - проговорил Сэм. – Слушай, ну какое послевкусие...
- Так, давай еще по одной, и работать, - твердо сказал Снейп, протянув Сэму новую порцию. – Ну, с наступающим.
Покои товарища генералиссимуса
Деймон, развалившись в кресле, смотрел все ту же «Иронию судьбы» и жрал мандарины, образуя перед собой целые горы оранжевой кожуры. На лице военрука читалось искреннее блаженство: запах мандарин витал по комнате, по телевизору шел хороший фильм, подруга с бигудём на челке развешивала гирлянды по комнате.
- Катерина! – позвал Деймон. – Катерина!
- Чекушку я спрятала, - огрызнулась Кэтрин.
- Вот что ты за баба такая. Я спрашиваю, а какой вообще год наступает?
- Новый, - ответила Кэтрин, запахнув на груди махровый халат.
- Это ценные сведения. А по восточному календарю?
- Год деревянной козы.
- О, Катерина, да это же твой год!
Увернувшись от летящего в него утюга, Деймон запил мандарины пивом и, занюхав шторой, призадумался.
- Слушай, я же завуч, - протянул военрук.
- Ну, - буркнула Кэтрин.
- Надо ж чем-то народ удивить.
- Приди на праздник трезвым, все удивятся.
- Говорю, удивить, а не шокировать!
Кэтрин покрутила пальцем у виска и, поправив бигудюшку, оставила сожителя в комнате одного.
Судя по всему, в контуженной голове Деймона зрел очередной план.
* * *
31 декабря. Праздник к нам приходит
Одетые в костюмы снежинок и зайцев няшки, водили вокруг пихты хороводы, мешая Сэму носиться туда сюда, расставляя тарелки и бутылки по длиннющему столу. Стоило Забини выкатить ванну оливье в Большой зал, как народ начал подтягиваться.
Гирлянды задорно мигали лампочками, а дизайнерская пихта стала объектом всеобщей радости.
- Стефан, сфоткай меня возле ёлки. - Растолкав всех, к пихте протиснулась Елена, одетая в нарядное платье.
Стефан вздохнул, достал из кармана джинсов погнутый шестой айфон и, дождавшись, когда Елена займет позу, сделал снимок.
- Еще разок, - крикнула Елена, закинув ногу на ближайшую ветку. – Давай, Стефан, сфоткай меня!
- К столу, мать вашу разъетить ее топором! – заорал Дин Винчестер, поправляя свитер с оленями. – Двенадцатый час уже, а мы до сих пор не жрамши!
- К столу, ниггеры! – подхватил Сэм и, швырнув Клауса на стул, поставил на стол противень с пирожками. – Пельмени стынут!
Гости рассаживались. Дамблдор, подпоясавшись своей же бородой, сел во главе стола, и тут же начал крутить вилку в пальцах. Стефан и Елена присели рядом с уже захмелевшим Северусом, который рассказывал что-то о жизни вежливо кивающему Эдварду. Рыжеволосая Виктория опустила на стол последнюю бутыль бормотухи и кокетливо села напротив зельевара. Дин и Сэм уселись поближе к оливье и подальше от Джереми Гилберта, который их определенно пугал. Ученики, возглавляемые Долгопупсом, сели поближе к Дамблдору и жареным пельменям.
Минут за пятнадцать за столом сидели все. И лишь два места пустовали. Места рядом с бормотухой.
Не успел Дамблдор свериться со списком, чтоб понять, кто же отсутствует на празднике, как тяжелые двери Большого зала отворились и на свет новогодней гирлянды вышло нечто, одетое в красный бархатный халат поверх спортивных штанов и тельняшки.
- Кто я, дети?! – пробасил Деймон Сальваторе (а это был именно он), поправив криво приклеенную ватную бороду.
- Долбоеб! – хором отозвался зал.
- Дед Мороз? – робко пискнул Драко Малфой.
- О! Кефирчик, молодец! Десять очков Слизерину! – Деймон подтянул штаны, поправил шапку на лбу и, оглядев хмельным взором гостей, крикнул. – А давайте позовем Снегурочку!
- СНЕГУРОЧКА!!! – заорали няшки.
- СНЕГУРОЧКА!!! – голосил Дин Винчестер, заляпав холодцом брата.
- СНЕГУРОЧКА, ЁПТА!
В зал, кряхтя от тяжести огромного мешка, ввалилась Кэтрин Пирс, с головы которой падал блестящий кокошник. Швырнув мешок в угол, Кэтрин от души матернулась, поправила коротенькое голубенькое платьице, отделанное мехом, и гневно пнула Деда Мороза в бок.
Деймон, удостоверившись, что все расселись и замолчали, раскинул руки, едва не треснув Кэтрин посохом из старого весла по носу, и вспоминая полуторачасовую репетицию, раскраснелся.
- Шипит в бокалах самогонка
И пихта пышная блестит,
На радость каждого ребенка,
Что за столом сейчас сидит! – Прокричал Дед Мороз, размахивая руками.
Няшки засветились счастьем, а Кэтрин напротив стояла с таким постным лицом, что ей только таблички «Стихи писала не я» не хватало.
- В честь этой новогодней ночи
Вас Дед Мороз поздравить хочет,
Который – главный военрук,
Так он известен всем вокруг.
Если в зале был кто-то, кто не узнал Деймона, переодетого в убогую пародию на Деда Мороза, то он был явно придурком. Деймон же, притянув к пихте огромный мешок с подарками, забрал у Клауса микрофон и, не жалея голоса, проорал:
- И к вам пришли дарить подарки!
Ведь когда пьяный, щедрый я.
Вот няшкам дарим мы байдарки,
Хоть и не знаем, нахуя...
Радостные «плохие парни» в костюмах зайцев и снежинок, завизжали от радости и понеслись к сложенным штабелями байдаркам, обмотанных ленточками.
- Тебе мы, Поттер, презентуем
Пакетик, мыло и носки.
Не знаю, в чем оригинальность,
Подарки выбирала Кэтрин.
В Гарри Поттера полетел сверток с подарком, а Кэтрин мило помахала мальчику рукой. Деймон, нашарив очередной подарок, снова заголосил:
- Тебе, товарищ Долгопупс, подарок выбирал со смехом.
Без чека, чтоб ты не вернул назад!
Держи трусы с бобровым мехом,
Прикрой к морозам жирный зад!
Невилл на лету поймал огромные меховые трусянды и, едва не расплакавшись от умиления, отсалютовал своему герою стаканом компота.
- Малфой, Кефирчик лупоглазый,
Дарю тебе носки и стразы.
Чего дарю носки ребенку?
Ибо шесть пар купила моя телка.
Драко почтительно поклонился и прижал к груди подарок.
- Блядина Грейнджер, с Новым годом!
Дарю тебе я крем для рожи,
И хоть ты рождена уродом,
Без крема рожа еще хуже! – Казалось, это было любимое четверостишие Деймона.
Швырнув в Гермиону баночку крема со звучным названием «Еблище», Деймон снова порылся в мешке и, вновь приготовился зачитывать поздравления.
- Ну, а супругам Сальваторе
Я подарю презервативы,
Чтоб секс был словно на моторе
И без отцовства перспективы!
Красные и смущенные Стефан и Елена, быстро спрятали подарок в клатч, однако Северус Снейп все равно ржал, как конь.
- Винчестер, тот, что симпатичный,
Мой разлюбезный человек,
Подарок будет символичный:
Стельки, фонарик, чебурек!
Винчестер, тот, что самый умный,
Гроза всех лучших поваров,
Дарю тебе казан чугунный,
Чтоб завтра наварил всем плов!
Дин и Сэм, кланяясь, приняли подарки и, смачно расцеловав Снегурочку в обе щеки, с шумом сели на свои места.
Деймон, видимо, совсем вошел во вкус.
- Вставай под ёлку, Эдвард Каллен!
В подарок – бритва поострей.
Нет, ты, конечно, сексуален,
Но брови-терни все же сбрей.
Эдвард смутился и обняв военрука, помахал подарком.
- Теперь гламурный брат Елены,
Дарю пружинистый матрас,
Чтоб с Эдиком вы им скрипели...
Фу бля...фу нахуй....пидарас.
Джереми взял свой матрас и, поклонившись, как на вручении «Оскара», сел за стол, что-то говоря про жаркие ночи и ущемление прав гомосексуалистов.
- А ты, княгиня самогонки,
Хмельная бестия моя!
Подарок твой – банка сгущенки
И что-то с нижнего белья!
Галантно поцеловав Виктории руку, Деймон торжественно всучил ей сгущенку и кружевной бюстгальтер, который был на Кэтрин слишком большим.
- Почетный хогвартский бомжара,
Сальноволосый педагог,
Тебе – икру из баклажана,
Ее доесть никто не смог!
Та самая икра, которая стояла с прошлой Пасхи, досталась Северусу Снейпу, как презент. Зельевар, крича слова благодарности, расцеловал Деда Мороза и Снегурочку, заорав что-то типа «Охуенный праздник!», рухнул на стул.
- А Майклсону в этот праздник
Я караоке подарю,
Но будешь ночью петь, проказник,
На три пакета расчленю, - прорычал Деймон.
Клаус захлопал в ладоши и прижал к груди коробку.
- Так, Дамблдору – ящик долек,
А Филчу – штопанные брюки,
Ну все, кажись, я всех поздравил.
Давайте уже выпьем, суки!
Да, Деймон не был поэтом. И стихи писал он плохо. Но хмельные гости видели его не иначе, как живое воплощение Шекспира, одетое, как Дед Мороз после утренника в КПЗ.
- Ну, что-то я разговорился,
Наверно, пьяный, как свинья.
А в этот праздник я влюбился,
Всех с Новым годом, кумовья! – на этой ноте Деймон раскинул руки, едва не сбил пихту посохом из старого весла, поклонился и едва не рухнул носом вниз.
Громовые аплодисменты разразились эхом по залу. Невилл помахивал меховыми трусами, Джереми уже уронил матрас в ванну с оливье. Эдвард выбривал своим подарком зельевару виски, а счастливые Деймон и Кэтрин уселись за стол и, только потянулись к бокалам, как....
- ЛЮЦИФЕР ПОЗДРАВЛЯЕТ СТРАНУ С НОВЫМ ГОДОМ!!! – как ошалелый заорал Люциус Малфой.
- Сделайте громче!
- Поверните телевизор!
- Наливайте!
На экране действительно красовался добрый гуру плохих парней, стоявший с бокалом шампанского на фоне остроконечных башенок Хогвартса. Гости затихли в ожидании.
- Голубчик, куда смотреть? – шепнул Люцифер оператору. – А, понял, снимаем. Дорогие волшебники и волшебницы...
- Сука, душевно начал, - всхлипнул Дамблдор.
- ...вампиры и оборотни, люди и эльфы. И ты, Эдвард, - ласково прознес Люцифер. – Этот год был сложным для нашей страны. Победа над Темным Лордом, да спаси его душу, Господи, рейд в Дурмстранг, реформы сельского хозяйства, прирост ВВП, возведение нового моста...мы молодцы, няшки!
- Урааа! – воскликнули няшки.
- Следующий год будет для нас судьбоносным и сложным. Но мы преодолеем все трудности, бля буду, преодолеем. У меня еще пять минут эфира, поэтому с Новым годом, зайчики! Я вас всех люблю!
- Напомните, кто писал ему речь? – процедила Гермиона.
Но ее злобное бормотание никто не слушал. Всунув ей в ухо хлопушку, Деймон вскочил на ноги и, высоко подняв бокал с бормотухой, рявкнул:
- С НОВЫМ ГОДОМ, ЕТИТЬ ВАШУ КОРОМЫСЛОМ! УРА, ТОВАРИЩИ!
- Урааааа! – поддержал хор голосов.
Так и пришел в уютные стены Хогвартса очередной год, непуганый еще приключениями неугомонных идиотов. И мало кто их гостей знал, что грядущий год принесет рождение бравого солдата Сальваторе, изменения в педагогическом составе, смертельную опасность, заслуженный «Оскар» Эдварду Каллену, новые пьянки-гулянки, очередную запись в дневнике библиотекаря Стефана, такую же неадекватную, как и герои его романа. Но сейчас, наслаждаясь шипением самогонки и кулинарными изысками, когорта упоротых друзей слушала новогоднюю байку Дина о том, как у него в ноздре взорвалась петарда, и знать не знала о том, что готовит им туманное будущее, окутанное радугой Люцифера и парами бормотухи.