Пролог.
— Малфой! Я прошу тебя, остановись! Отпусти меня!
— О нет, Хартс... — Проговорил Малфой, стоя в дверном проеме. — Это будет твоим концом. Причём самым лучшим.
Просторная, дорого обставленная комната, гардеробная, полная кучей разных нарядов — все это было тюрьмой для неё. Для Элизабет Хартс. Как она попала сюда и сейчас подчиняется самому ужасному, противному и ненавистному ей человеку? О, эта история с забавным началом...
Все началось с того, что мама, ранее мало интересовавшаяся дочерью и её жизнью, неожиданно пришла причесать своё шестнадцатилетнее чадо. Девушка удивилась, но виду не подала. Один взгляд в сторону строго одетой в платье с корсетом матери наводил тоску. Женщина расчесала длинные, иссиня-чёрные волосы, доходящие до середины спины, собрала их в тугой высокий хвост, как это обычно делает сама Элизабет. Но, как бы Лиззи не надеялась, мать все равно сделала эту противный и неудобный пучок, поправила ворот её рубашки и опустила руки на плечи дочери.
— Мам? Что-то случилось? У нас сегодня приём?
— Нет. Ты... — Кейтлин Хартс тяжело выдохнула, повернула голову в сторону массивных дверей и громко сказала: — Войди, Рассел.
В комнату вошёл отец, закрыл за собой дверь. Глядя на него в большое зеркало трельяжа, Элизабет заметила что-то в его руках. Какая-то бумага.
— Элизабет Мелоди Хартс... — От такого обращения отца девушка напряглась. Он всучил ей этот свёрток. Одновременно с чтением непонятного договора Элизабет слушала и отца.
— Несколько лет назад мы с Люциусом Малфоем, будучи лучшими друзьями, поручились соединить узами брака наших детей. С момента твоего рождения вы с Малфоем-младшим обручены. Но после смерти Хьюго... Ты знаешь. Мы лишились многого. И потому, дабы проживать без нужд и не остаться на улице, я заключил с Люциусом ещё один договор... Он в твоих руках.
«...Вверяю полную свободу действий в отношении Элизабет Мелоди Хартс Первой...»
— То есть... Мало того, что я... То я... — Девушка резко крутанула головой. — Вы хотите сказать, что... Я теперь рабыня Малфоя? Или я что-то не так поняла? Мам, пап, хорошая шутка, но я собиралась...
— Это не шутка. — Серьезно сказала Кейтлин. — Это очень серьезно, Элизабет. Договор вступил в силу сегодня. С этого дня... Ты живешь в новом Малфой Мэноре. В новом, отстроенном не так давно в расчете на брак Драко.
— Вы издеваетесь, да? — Брюнетка нервно усмехнулась, прикусив губу. — Вы издеваетесь?! Да я же его ненавижу!
Родители, не обращая внимания на медленно начищающуюся истерику, вышли из комнаты, отдав распоряжение собрать её вещи. Девушка кричала и билась в агонии, но все будто перестали её замечать. Всегда собранная, холодная и рассудительная Элизабет сейчас была похожа на буйную сумасшедшую.
И сейчас она лежит на большой кровати. В своей тюрьме. В золотой клетке, в которой она — экспонатный павлин. Или канарейка. Или даже ворона. Лунный свет заливал комнату, ибо Элизабет не зашторивала окна. Настолько противным было осознание того, что она тут в роли игрушки, что не захотелось даже лишний раз касаться ничего в этом доме. После их «не самого тёплого прощания» с Малфоем она посидела под струями огненно-горячей воды, сменила повседневную одежду на ночную сорочку и улеглась на кровать. Хотелось уснуть и проснуться в своей комнате. Хотя дома её, говоря мягко, не совсем любили, там она хотя бы отчасти была вольна в действиях. А тут... «Полная свобода действий для этого идиота. Руки развязаны», — отметила Элизабет, когда он позволил себе назвать её Лиззи.