Phantom h.s. [продолжение]

  - Помочь тебе? - спрашиваю я и хмурюсь. - Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?

Гарри садится обратно на качели.

- Больше, чем ты можешь себе представить.

Я скрещиваю руки на груди.

- Разве полиция не была на месте преступления? Ведь это случилось лишь три месяца назад, разве расследование не должно по-прежнему продолжаться?

- Они закрыли дело через месяц после убийства, - он стискивает зубы.

- Что? Разве это возможно?

- Мне кажется, что-то происходит с судебной властью в нашем городе, - говорит он. - Их явно подкупили, но не всех.

Некоторое время мы оба молчим, а затем я разрываю тишину:

- Тебя могут видеть люди? - спрашиваю я его. - Кроме меня, конечно.

- Да. Я реален, но я сам не могу... чувствовать. Физически, во всяком случае. Мое тело не функционирует, только мой разум.

Я киваю понимающе. Так вот почему он был готов с легкостью прыгнуть со второго этажа - он не чувствует физической боли.

- Хотя это было бы плохо, если бы кто-нибудь увидел меня здесь, - говорит он серьезно. - Моя семья достаточно известна, потому и меня могут без труда узнать.

Я сглатываю, пытаясь осмыслить все, что он мне говорит. На поляне дует легкий ветер, я начинаю слегка дрожать и обхватываю себя руками.

- Тебе, наверно, нужно вернуться домой, чтобы родители не заметили твоего отсутствия, - замечает он.

- Подожди, у меня еще так много вопросов.

Он улыбается и встает с качелей.

- Скоро мы поговорим.

Я тоже поднимаюсь.

- Где ты... Ну, ты знаешь... Остаешься? - возможно, это довольно странно - спросить мертвого парня о том, где он живет.

- Остаюсь? - он чешет затылок. - Я вообще-то нигде не остаюсь. В том смысле, что я не сплю, не ем или что-то типо этого, так что я просто... Наблюдаю за всем происходящим.

- Наблюдаешь?

- Наблюдаю за миром. Это очень интересно - смотреть на него после смерти.

- Я могу себе представить.

Я чувствую жуткий холод, исходящий от Гарри, хоть и стою от него далеко. Это жутко, потому что я могу представить, как смерть, находящаяся в нем, тянется своими ледяными пальцами ко мне, цепляется, впивается в кожу, зная, что я еще недавно хотела покинуть этот мир.

Разве ты не помнишь, Джейн? Ты была так близка.

- Возможно, мне действительно пора домой, - я делаю шаг назад.

Гарри кивает.

- Если мы встретимся с тобой завтра... Ты расскажешь мне о себе побольше? - спрашиваю я.

Он наклоняет голову.

- Больше обо мне?

- Если я собираюсь помочь тебе найти хладнокровного убийцу, то хочу больше узнать о том, кем ты был.

- Ладно, - он явно хочет улыбнуться, но не делает этого.

Я киваю и перевожу дыхание.

- Ну, тогда я пойду.

На его лице появляется широкая улыбка.

- Кстати, будь осторожна, когда станешь карабкаться по лозе.

Я вскидываю брови. Как только выхожу на поляну, в последний раз оборачиваюсь и смотрю на него.

Он держит руки за спиной, бледно-розовые губы по-прежнему изогнуты в улыбке, а на щеках появились ямочки. Поворачиваюсь и иду обратно по тропинке.

***

-


- Что?

- Ой, да ладно. Мне в любом случае по пути.

Я скрещиваю руки на груди и смотрю на отца.

- Я и сама могу доехать до школы, пап.

- Это пустая трата бензина, Джейн.

- Ну и что? Ты ездишь на «Приусе».

- Но ведь ты отказалась.

- Эта машина похожа на разноцветную белугу. Нет, спасибо.

Мой отец вздыхает.

- Я просто хочу подвезти тебя. Обещаю, обещаю, что не буду смущать тебя слишком сильно.

- Папа, - ною я.

- Джейн, - пародирует он.

Я закатываю глаза и хватаю сумку.

- Хорошо. Хорошо, ты можешь подбросить меня до школы.

Его лицо «загорается» от радости.

- Замечательно! Позволь мне закончить с овсянкой, и встретимся у белуги.

Я фыркаю и иду пешком до гаража, сажусь на переднее сиденье черного «Приуса» моего отца. Он появляется в машине через несколько минут вместе с дымящейся овсянкой.

Одни из самых смешных и, возможно, опасных для жизни ситуаций, в которые я попадаю - это поездки в машине, пока мой отец пытается есть овсяную кашу и управлять автомобилем одновременно. Большую часть времени он смотрит на дорогу и то и дело ставит тарелку на колени.

- Папа, - говорю я, сдерживая смех, после того как овсянка стекает у него по подбородку, - почему бы тебе просто не остановиться и не доесть кашу?

- Чепуха, - говорит он. - Я эксперт в многозадачности!

- Больше напоминаешь эксперта-неудачника, - я поднимаю брови, а он смеется и наконец удачно съедает одну ложку овсянки.

Он паркуется у обочины перед школой, я выхожу и оборачиваюсь, чтобы поговорить с ним через окно.

- Как ты думаешь, тебя кто-нибудь может подбросить до дома сегодня? - спрашивает он. - У меня целый день будут встречи, аж до пяти часов.

- Вот почему я должна была взять свою машину! - недовольно протягиваю я.

- Извини, извини! - он улыбается и отъезжает от тротуара, уверена, разлив немного овсянки.

Я вздыхаю и, развернувшись, направляюсь к школе. Раздается громкий звонок.

Макс решил сыграть в игру и угадать мое второе имя на первом уроке.

- Дженнифер?

- Нет.

- Николь?

- Нет.

- Ну же, подскажи мне первую букву.

Я закатываю глаза и пытаюсь сосредоточить внимание на мистере Бентли, который что-то говорит.

День тянется так медленно, как патока, и все, о чем я могу думать - то, как я попаду домой. Может быть, я могу попросить Макса подвезти меня? Я уверена, он согласится. Он милый.

Я ловлю его после окончания восьмого урока.

- Макс!

Он оборачивается, приветливая улыбка украшает его лицо, и я подхожу к нему.

- Привет, Джейн без второго имени.

- Привет, - я выдавливаю улыбку.

- Что случилось?

- Мне просто интересно, можно ли мне... Можно ли мне доехать до дома с тобой? - спрашиваю я.

- Не на своей машине сегодня?

Я качаю головой.

- Мой папа подвез меня этим утром.

Он пожимает плечами.

- Конечно, ты можешь ехать со мной. С одним условием, - улыбается он.

Я вскидываю брови вместо того, чтобы задать вопрос.

- Какое твое второе имя?

- Элисон, - хихикаю я.

- Я был так близок! Думал – Аманда!

Я улыбаюсь и следую за ним к его машине.

- Извини, здесь небольшой беспорядок, - Макс улыбается и убирает кучу вещей с пассажирского сиденья, начиная от фаст-фуда и заканчивая различными дисками и книгами.

- Все нормально. У меня точно так же, - заверяю его я.

Всю дорогу Макс болтает, не умолкая. Я восхищаюсь его умением дружить, казалось бы, со всеми и тому, что у него всегда есть, что рассказать.

- Итак, где находится твой дом? - спрашивает он на перекрестке.

- Сначала завернешь направо, затем налево, - говорю ему я.

Он начинает кивать, после чего что-то в его машине пищит, он начинает громко ругаться.

- Черт, у меня заканчивается бензин. Ты не возражаешь, если мы заедем на заправку?

Качаю головой.

- Все хорошо, я все равно никуда не спешу.

Он улыбается и поворачивает на автозаправку.

- Я сейчас вернусь, - говорит он и выходит из машины.

Я откидываюсь на сиденье, запустив руку в волосы. Макс мой друг? Похоже на то, но он ведь дружит со всеми. Я не слишком хороший друг. У меня меня мало опыта в этом.

Слышу, как задняя дверь открывается и закрывается. Я поворачиваюсь, ожидая увидеть Макса, который ищет свой кошелек или что-то другое.

- Какого черта?

- И тебе привет, - саркастически говорит Гарри.

- Как ты...

- Послушай, у меня не так много времени до того, как вернется Макс, - говорит он. - И я хотел увидеть тебя.

- Разве нельзя было подождать меня дома?

- Нет, твоя мама сегодня вернулась раньше.

- Разве ты не говорил, что люди здесь могу узнать тебя?

- Да, но я умею находиться в обществе, оставаясь незамеченным. Немного практики. Видишь ли, я мертв уже три месяца, и мне нечем было заняться.

Я поднимаю бровь.

- Не смотри на меня так, - говорит он. - Мне было скучно. Быть мертвым - скучно как ч...

Он перестает говорить и сползает вниз.

Макс проходит мимо автомобиля и направляется к минимарту, чтобы заплатить.

Гарри выпрямляется и наклоняется ко мне.

- Я думаю, что мне лучше уйти, - говорит он, на его лице появляется хитрая улыбка. - Это было здорово.

Я закатываю глаза и выдыхаю.

- Я скучаю по этому, - говорит он, став вдруг серьезным, улыбка пропадает с его лица.

- Скучаешь по чему? - спрашиваю я.

- По дыханию.

Он пристально смотрит на меня, после чего переводит взгляд на то, что находится позади меня. Я поворачиваюсь и вижу Макса, который идет обратно к машине. Я смотрю на Гарри и поднимаю бровь.

Он стремглав перебирается через заднее сиденье и выскакивает из машины, быстро исчезая за углом автозаправки, последний раз ухмыльнувшись мне.

И я понимаю, что, может быть, Гарри и не может физически ничего чувствовать, но ему так же скучно и одиноко, как и живому человеку.