Простушка (Larry Stalinson)

Около шести часов вечера парень в новостях сообщил о приближении какой-то огромной снежной бури, которая должна была накрыть нас ранним утром. Думаю, школьный совет сжалился над нами, поскольку до сих пор у нас не было ни единого снежного дня, и отменил все занятия еще до того, как нагрянула буря. В семь тридцать мне позвонил Зейн и настоял на том, чтобы мы пошли в "Гнездо", раз нам не нужно вставать завтра рано утром.

- Не знаю, Зейн, - сказал я. - Что, если дороги занесет? - Признаюсь, я искал любую причину, только бы туда не идти. Мой день и так был ужасен, и я не знал, смогу ли выдержать еще и мучения в этой дыре.

- Лу, буря вроде не должна начаться раньше трех утра. Если мы вернемся домой до этого времени, все будет ок.

- У меня много домашки.

- А сдавать ее тебе только в среду. Можешь делать ее завтра весь день, если хочешь.

Я вздохнул.

- Вы с Лиамом не можете найти кого-нибудь другого, чтобы он вас отвез? Я не очень хочу идти, у меня был плохой день, Зейн.

Я всегда мог надеяться на помощь Зейна при любых неприятностях.

- Что случилось? Ты в порядке? В обед ты выглядел расстроенным. Это из-за мамы?

- Зейн...

- Скажи мне, что случилось.

- Ничего, - уверил я его. - Просто плохой день. Ничего серьезного, просто я не в настроении идти сегодня с вами на вечеринку.

На другом конце провода повисла пауза.

- Луи, ты знаешь, что можешь рассказать мне все, что угодно, да? - спросил в итоге Зейн. - Всегда можешь поговорить со мной, если понадобится. Не держи эмоции в себе. Это вредно для здоровья.

- Зейн, со мной все в пор...

- Ты в порядке, - перебил он меня. - Да, я знаю. Я просто говорю, что если у тебя возникнет проблема, я всегда рядом.

- Я знаю, - пробормотал я, чувствуя себя виноватым за то, что заставил его нервничать из-за какой-то глупости. Я привык скрывать свои эмоции, и Зейн отлично это знает. Он всегда старается меня оберегать. Всегда побуждает делиться с ним мыслями и чувствами, чтобы я не сорвался в конечном итоге. Иногда это действует на нервы, но от мысли, что кому-то не безразлично, что у меня на душе... мне становится тепло. Так что я не могу серьезно злиться на это. - Я знаю, Зейн, но, правда, все хорошо. Просто... я узнал, что у Найла есть девушка и это выбило меня из колеи, вот и все.

- Ох, Лу, - вздохнул он. - Что за неудача. Мне жаль. Может, если ты пойдешь с нами сегодня, мы с Ли сможем тебя подбодрить? Два шарика мороженого и все такое.

Я издал короткий смешок.

- Спасибо, но не надо. Лучше я просто останусь сегодня дома.

Отсоединившись, я спустился вниз, где нашла на кухне отца, говорящего по домашнему телефону. Я услышал его до того, как увидел. Он кричал в трубку. Я остановился в дверном проеме, думая, что заметив меня, он понизит тон голоса, и предполагая, что какой-то агент по телефонным продажам получает сейчас взбучку от Троя Остина. Но потом отец упомянул мое имя.

- Подумай о том, что ты делаешь с Луи! - в громком голосе отца было больше мольбы, чем злости, как мне показалось сначала. - Это не хорошо для семнадцатилетнего парня и ее матери. Ты нужна ей здесь, дома, Джоанна. Ты нужна нам здесь.

Я проскользнул обратно в гостиную, удивленный тем, что он разговаривал с мамой. Сказать по правде, я не знал, что думать на этот счет. О том, что он ей говорил. Да, я скучал по маме. Было бы неплохо увидеть ее дома, но мы нормально справлялись.

Моя мама - мотивационный лектор. Когда я был маленьким, она написала какую-то книгу для повышения самооценки. Та не особо хорошо продавалась, но маму все же приглашали на семинары в университеты, группы поддержки и на школьные выпускные по всей стране. Раз книга не стала популярной, платили ей за это не много.

Некоторое время она бралась только за работу в округе и, поведав людям о том, как себя любить, возвращалась каждый вечер домой. Но после того, как умерла моя бабушка, мне тогда было двенадцать, мама впала в небольшую депрессию. Отец предложил ей поехать отдохнуть куда-нибудь на пару недель.

Вернувшись, она просто завалила нас историями о местах, которые посетила, и встреченных ей людях. Думаю, именно это и породило ее страсть к путешествиям, потому что после той первой поездки мама стала соглашаться на приглашения отовсюду, планировать целые туры. Она ездил в Колорадо, Нью-хэмпшир. Она планировала целые туры.

Только вот тур, в котором она находилась сейчас, длился дольше, чем остальные. Она не появлялась дома целых два месяца, и я даже не уверен, где она сейчас конкретно находится.

Вот поэтому отец и злился. Потому что ее так долго нет.

- Черт побери, Джоанна. Когда ты уже перестанешь быть ребенком и приедешь домой? Когда уже ты вернешься к нам... насовсем? - То, как оборвался голос моего отца в конце предложения, почти заставило меня заплакать. - Джоанна, - бормотал он, - Джоанна, я люблю тебя. Мы с Луи скучаем по тебе и хотим, чтобы ты вернулась домой.

Я прислонился к стене, разделяющей меня и папу, и прикусил губу. Боже, это становилось унизительным. Почему они, наконец, не разведутся? Неужели только я вижу, что их брак рушится? Зачем цепляться за него, если мамы никогда не бывает дома?

- Джоанна, - произнес отец, казалось, он готов расплакаться в любую минуту. Затем он положил трубку. Разговор был окончен.

Я дал ему пару минут прийти в себя, затем зашел на кухню.

- Привет, пап. Все в порядке?

- Да, - ответил он. Боже, он был отвратительным лгуном. - Все в порядке, Пчелка. Только что разговаривал с твоей мамой и... она передает тебе привет.

- Откуда на этот раз?

- Эм... из Ориндж Каунти. Она остановилась у твоей тети Леи и будет читать лекцию в местной школе. Здорово, да? Можешь сказать своим друзьям, что твоя мама в O.C.3 Тебе же нравится этот сериал?

- Нравился, но его уже не показывают несколько лет.

- Ох, ну... кажется, я отстал от жизни, Пчелка. - Я видел, как он перевел взгляд на столешницу, где лежали ключи от машины, он заметил это и отвел глаза прежде, чем я успел что-то сказать. - У тебя есть планы на сегодня? - спросил он.

- Ну, я могу что-нибудь придумать, но... - я прочистил горло, не уверенный в том, как произнести следующую фразу. У нас с папой нет особой привычки разговаривать друг с другом. Могу и остаться дома. Хочешь, я останусь дома, и мы посмотрим телевизор или займемся чем-нибудь еще?

- О нет, Пчелка, - ответил он с притворным смешком, - наслаждайся жизнью со своими друзьями. Я, скорее всего, сегодня лягу пораньше.

Я смотрел ему в глаза в надежде, что он изменит свое решение. Отец всегда впадал в депрессию после ссор с мамой. Я волновался за него, но не знал, как поднять эту деликатную тему.

И глубоко внутри меня жил страх, это глупо, но все же. Мой отец - бывший алкоголик, он завязал со спиртным еще до моего рождения, и с тех пор ни капли не выпил... но иногда, когда он бывал сильно расстроен из-за мамы, я боялся. Боялся, что он возьмет эти ключи и поедет в магазин, где продают алкоголь, или куда-нибудь еще. Как я и сказал, это глупо, но я ничего не мог поделать со своим страхом.

Отец отвел глаза и неловко переступил с ноги на ногу. Повернувшись, он направился к раковине помыть тарелку, с которой только что ел макароны. Мне хотелось подойти к нему, взять эту тарелку - его жалкий предлог отвлечься - и кинуть ее на пол. Хотелось сказать ему, насколько тупы эти их ссоры с мамой и депрессии. Хотелось, чтобы они просто признали, что их отношения больше не те.

Но, конечно, я не мог. Все, что я мог сказать, это:

- Пап...

Он повернулся ко мне лицом, качая головой и сжимая мокрую губку в руке.

- Иди повеселись, серьезно, я этого хочу. Юность в жизни бывает только раз.

Нет смысла спорить. Так он дает мне понять, что хочет остаться в одиночестве.

- Ладно, - сказал я, - если ты уверен, я позвоню Зейну.

Я поднялся наверх в свою комнату, взял с комода сотовый и набрал номер Зейна. Он ответил на втором гудке.

- Эй, Зейн, я передумал насчет "Гнезда"... и эм, можно мне остаться у тебя на ночь сегодня? Я расскажу тебе позже, но мне... просто не хочется сейчас быть дома.

Перед уходом я переложил всю чистую одежду у кровати, но это не особо помогло.