2009 [h.s]

После того разговора в баре Гарри отвёз Сибиллу домой. С тех пор прошло 3 года, и они больше не виделись. На самом деле их встреча сыграла весьма важную роль в дальнейшей жизни каждого.

Сибилла

Она проплакала полночи. Нет, дело не в Гарри. Слезы никак не привязаны к этому человеку напрямую. Девушка понимала, что всё, что он сказал в баре — абсолютная правда, и это душило её. Тяжело осознавать, что ты потеряла четыре года жизни. За это время могло случиться столько всего удивительного, а если не удивительного, то хотя бы просто нового.

Ощущение быстротечности времени тяжелым грузом свалилось на неё. Она чувствовала себя, как Атлант, на которого упал небосвод. Душераздирающая правда и ощущение ничтожности. Вот, что задело ее. Разумеется, ее самолюбие обидел и тот факт, что Гарри знал, какая она неудачница. Ей казалось, что за всю свою жизнь ей не удастся прожить и половину из послужного списка Стайлса.

Его речь оказалась мощным толчком для дальнейшей жизни девушки. Гарри уехал, а его слова все ещё били в её висках. Каждый день, приходя на работу, она хотела поскорее сбежать оттуда. Люди раздражали ее, работа тяготила. Сибилла хотела выть, но не могла себе позволить это. Все константы вели к этому - она уволилась из магазина и решила уехать из Фритауна. Навсегда!

Как ни странно, мама не стала отговаривать её. При всей своей консервативности она, молча, приняла эту перемену в дочери. Сибилле это не понравилось. Она готовилась ответить маме, высказать все, что так долго варилось внутри неё.

— Я собираюсь переезжать, хочу начать всё сначала. Я устала пропускать жизнь мимо себя.

Миссис Миллс долго и пристально смотрела на Сибиллу. Та, в свою очередь, решила продолжить.

— Я уже договорилась с одним мужчиной в Джимсе. Буду снимать у него квартиру.

Женщина едва заметно кивнула. Сибилла с такой силой сжала челюсть, злясь на мать, что щёки заболели. Мать не выражала никакого интереса к дальнейшей судьбе дочери. Ей было все равно, что дочь уедет, Сибилла видела это.

— Ты даже ничего не скажешь мне?

Женщина заёрзала на диване. Поджав губы, миссис Миллс потёрла колени и, наконец, заговорила:

— Что ты хочешь от меня услышать? Напутствие или правду?

Вот. Тот момент, которого Сибилла так ждала. Внутри все затряслось.

— Если первого, то я скажу: «Удачи!». Это все, что я смогу из себя выдавить. Если второго, то я не знаю, с чего ты решила, что сможешь так просто бросить свою жизнь здесь и уехать в неизвестность совершенно в незнакомый город. Где гарантия того, что через месяц ты не вернёшься обратно со слезами на глазах? Где гарантия, что ты не бросишь начатое, как всегда делала это?

Лицо женщины выражало столько эмоций одновременно. Её поседевшие брови не прекращали ритмичные движения на лбу. Её большой рот так сильно открывался, что это наделяло её слова особой истиной. Внутри все кипело. Эта женщина так сильно была привязана к дочери, так боялась её отпустить от себя, так боялась, что с ней обязательно произойдёт что-то плохое, что внушила собственной ей неуверенность в себе. Воспитала в ней робость, желание угадить всем и трусливость в отстаивании собственного мнения.

Время прошло. Дочь выросла. Разумеется, это не отменяет всех факторов, описанных выше, но она обрела свой Голос. Она поняла, как здорово Говорить. Как здорово жить своими желаниями!

— На что ты собралась жить в Джимсе, моя дорогая? Или ты думаешь, мы с отцом будем обеспечивать ещё и тебя? А на какие деньги тогда мы будем покупать его лекарства?

— Хватит!

Сибилла не могла больше слушать эту женщину. Она прекрасно понимала, что все сказанное Гарри, касаемо её жизни и отношений с матерью правда, и она не хотела больше это терпеть.

— О какой жизни здесь идёт речь, мама? О работе в супермаркете? Или может быть о редких посиделках в кино с дочерью твоей подружки и её друзьями? Я их не выношу! — слова лились наружу. — Я уеду! Мне все равно, как трудно мне будет. Жизнь во Фритауне - деградация! О, господи, — девушка прижала руки ко рту, — вот оно, это слово — деградация! Как я раньше этого не понимала?!

Лицо девушка засветилось, улыбка растянулась на её губах. Она стукнула себя по лбу и засмеялась.

— Это Он внушил тебе весь этот бред? — мать выплюнула эти слова с таким презрением. Кто посмел оспорить её мнение?

— Кто Он?

— Стайлс. Этот свободолюбивый мальчишка.

— Даже, если так, то что? Если бы это сделал кто-то другой, ничего бы не изменилось. Он открыл мне глаза, жаль, что у него не удалось сделать это в выпускном классе.

Женщина, сидевшая на диване, вмиг постарела на несколько лет, а затем засмеялась. Этот смех не предвещал ничего хорошего.

— Поэтому ты проплакала всю ночь? Из-за того, что тогда не уехала с ним?

Сибилла хмурит брови и из-за всех сил старается игнорировать отрезвляющий укол в области живота.

— Причём здесь это вообще? Это было так давно... Я говорю тебе про свою жизнь, мама! Про будущую жизнь!

— Он мне никогда не нравился. Вечно стремящийся к свободе, к деньгам! Он умный, я бы даже сказала очень, при этом ему во всем сопутствовала удача. Ты обделена и тем и другим. Поехав за ним, ты бы провалилась с треском, а разочаровавшись в жизни, вернулась бы реветь в жилетку нам! Не всем дано хватать звёзды с неба.

Сибилла замерла. Она не верила, что все это говорит её родной человек. Самый близкий человек. В эту самую секунду, Миллс потеряла всякое желание, что-либо доказывать своей матери. А смысл? Как можно доказать человеку, что ты сможешь уехать и начать новую жизнь, когда он не верит в тебя?

Девушка развернулась и помчалась вверх по лестнице в свою комнату. Мать в ответ не сказала ни слова. В этот же вечер Сибилла собрала чемоданы и уехала.

Гарри

Он приехал домой не в самом лучшем расположении духа. Старая обида никак не могла затихнуть. Гарри когда-то слишком долго переживал из-за этого и сейчас, наболевшее поднялось с глубин души и выплеснулась наружу. К его разочарованию, легче ему не становилось.

Подъехав к гаражу, Гарри, молча, уставился на ворота. Он сидел неподвижно несколько минут. Ни единая мысль не промелькнула в его сознании, зато с каждым новым вдохом голова начинала сильнее гудеть. Стайлс моргнул. Раз. Два. Три. На четвертый счёт он начал сильно бить по рулю, не обращая внимания на острую боль в ладонях. Он просто колотил и колотил по нему с такой бешеной силой, с такой яростью. Резко начав злиться, он так же быстро успокоился и положил голову на руль. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Парень вылетел из машины, даже не заблокировав её. Гарри решил пройти через сад и зайти в заднюю дверь. Он делал быстрые и широкие шаги. Руки были в карманах, а он смотрел куда-то под ноги.

«Что это было? Что это было?», — повторял он про себя.

— Сын, — его вырвал из лабиринта бессмысленного самокопания отец. Пожилой мужчина сидел на коленях, держал в руках садовую лопату и копался в клумбе. Посмотрев на него, Гарри опешил. Отец вытер потный лоб, оставляя на коже грязный след. — Как прошла встреча?

Эти слова для Гарри звучали так далеко от реальности, в которой он сейчас находился. Он прищурился, чтобы убедиться, что отец действительно здесь и задаёт ему вопрос. Стайлс встряхнул головой, зажав переносицу двумя пальцами, и с силой поморгал.

— Что? Встреча? Э-э-э, нормально, да, нормально.

Чувства Гарри приходили в норму. Он до сих пор не понимал, что произошло в машине и что стало тому причиной. Если честно, даже я не смогу ответь вам на этот вопрос.

— С кем встречался? — отец отложил лопатку и встал на ноги. Он потёр ладони друг о друга, стряхивая грязь с перчаток, а затем отряхнул колени на синих садовых джинсах.

— Со школьным другом, я же говорил, — Гарри достал телефон из заднего кармана и посмотрел на время. Они сидели в баре не больше полутора часа.

— Это из-за школьного друга ты так сильно бесился в машине? — Стайлс замер от слов своего отца. Старик так пристально смотрел на него, что ему снова стало дурно. Он не знал, что ответить. Он вообще не понимал, что произошло. Гарри опустил голову. — Скажи, его случайно не Сибилла зовут?

Старик стоял всего в метре от него. Его сморщенное лицо, седая щетина. Это не соответствовало блеску в его глазах. Мужчина медленно улыбнулся и начал идти к двери.

—Что это такое? Что за улыбочка?

Мужчина засмеялся.

—Стой, я серьёзно! Откуда ты узнал?

Мистер Стайлс развернулся к сыну с той же улыбкой на лице. Сначала он посмотрел на небо, затем на цветы и только после на Гарри. Складывалось ощущение, что мужчина знает ответы на вопросы, которые спрятаны глубоко в душе его сына. Гарри не понравился этот проницательный взгляд.

— Гарри! — бодро воскликнул Роберт. — Ты думаешь, что я настолько стар, что не в силах узнать, с кем встречался мой сын? Из школьных друзей у тебя здесь два человека. Она и Оливер. А учитывая, что она твой особенный друг, то понять это не составила труда. Когда ты приехал из супермаркета в первый день, я сразу увидел, что ты встретился с ней. Я же знаю, она работает там. Мы с ней часто видимся. Только глупец не прочитал бы это по твоему лицу. Ну и твоя мама, — мужчина снова засмеялся. — Вижу, прошло всё не лучшим образом.

Гарри был в замешательстве. Будь ты проклят, Фритаун!

— Я наговорил лишнего. Вот и вся история.

Роберт посмотрел на сына и решил не продолжать диалог. Гарри бы ему всё равно ничего не рассказал. Роберт кивнул и пригласил сына в дом. На столе остался недоеденный ужин. Гарри с папой разогрели его в микроволновке, а затем к ним присоединилась Камилла.

Во время позднего ужина, Гарри замечал на себе изучающий взгляд отца, и именно в те моменты, когда он был вместе со своей девушкой.

Весна 2016 года.

Спустя 7 лет после выпуска из школы Маргарет Джонсон пришла идея собрать своих старых школьных друзей вместе. Почти никто не виделся друг с другом с 2009 года. Жизнь разбросала ребят по разным городам, а один из друзей, Пол, вообще переехал жить во Францию. Организовать встречу было достаточно трудно. Из прежней компании Маргарет продолжала поддерживать отношения лишь с Лукасом, и то потому что вышла за него замуж.

Маргарет так загорелась этой идеей, что заразила энтузиазмом и своего мужа, который много лет не видел своих школьных приятелей. Лукас был одним из тех, кто подначивал всех своих друзей сотворить что-то безбашенное. Ему никогда не сиделось на месте, именно поэтому в течение школьных лет накопилось много историй, которые он с удовольствием вспомнил бы за кружкой пива.

Сначала Маргарет нашла своих старых друзей на Facebook. Пошла цепная реакция и спустя месяц почти все друзья были найдены. А вот когда дело дошло до даты и места встречи, наступило затишье.

В конечно итоге все склонились к маю. Друзья активно переписывались, скидывали фотографии из школьных альбомов. Ностальгия накрыла всех. Почти всех. Маргарет и Лукас пытались достучаться до Гарри, но его профиль был закрыт, и он не отвечал на заявку.

Ну, эту тему обсудили и забыли. Все, кроме Сибиллы.

Гарри не выходил на связь до конца апреля. Старые друзья договорились приехать в родной город на несколько дней в начале мая. Все решительно настроились заново прожить время настоящих тусовок. Маргарет и Лукас были в числе первых, кто хотел оторваться не по-детски. Девушка была беременна, поэтому в скором времени слово «веселье» паре придётся забыть надолго.

Гарри вышел на связь неожиданно для всех. Он ответил на заявку Лукаса, вступил в общий чат и тут же влился в диалог, словно ничего и не пропустил.

Гарри Стайлс: «Слышал, вы мутите встречу одноклассников! Предлагаю начало мая. Жду не дождусь, когда увижу Мэтью пьяного в дребедан. Только, пожалуйста, давай в этот раз ты не будешь падать с пирса реку, договорились?».

Друзья большой и дружной компанией договорились встретиться 5 мая в баре «Прилив», где отрывались в юности.