room|n.h.

Мы пробыли здесь уже два дня. Два дня своей жизни я потратила, чтобы узнать получше этих двух людей: Найла Хорана и Гарри Стайлса. И я не жалею об этом, потому что таких необычных людей я не встречала: глаза всегда искрятся искренней радостью и человечеством, на уме нет и намека на что-то плохое и запретное, и я видела это, так как очень хорошо разбиралась в людях. Мое недоверие, мой страх знакомства - первое, что видят люди, но потом, если я захочу, раскрываю душу. Единственный человек, в которого мне когда либо не удалось понять - Эдвард Джот, отец моего ребенка и мой бывший жених по совместительству. Но я была ему безмерно благодарна, что он смог подарить мне чудо, моего единственного сынишку Ника, моего любимого мужчину, который всегда будет стоять первый для меня из всех особей мужского пола.

- Эф, будешь кушать? - в ванную комнату заглянул голубоглазый, пока Никки весело играл с пеной. Я, вся в мыле и в воде, повернулась к парню и положительно кивнула. - А Ник?

- Думаю, малыш тоже не против перекусить, правда же? - мальчик только пронзительно завизжал, при этом радостно хлопая в ладоши. И когда он перестанет делать это? Но я не хочу, чтобы он рос, от мыслей об этом становится очень грустно.

- Нужна помощь? - поинтересовался Найл, когда я безуспешно пыталась вытащить ребенка из воды.

- Было бы не плохо.

Хоран поднял большое махровое полотенце, и Ник с радостью прыгнул к нему на руки. Это два дня блондин почти не отпускал моего сына, постоянно играя с ним и рассказывая выдуманные на ходу сказки, отчего в доме часто слышался задорный детский смех. Когда голубоглазый стал передавать мне сына, то наши руки соарикоснулись на секунду, но мы как ошпаренные одернули их, мигом заливаясь краской до кончиков ушей. Что только что произошло, черт возьми?

- Ну, э, - Найл почесал затылок. - Ждем вас на кухне.

Я лишь смущенно кивнула на его слова и пошла переодевать укутавшегося в полотенце как в кокон сына.

- Что ты хочешь надеть? -спросила я Никки, на что тот лишь радостно покачивался взад и вперед, сидя на кровати в спальной комнате. Видать, он не до конца меня понял, поэтому я просто положила перед ним две разные футболки и предложила выбрать. Потянувшись к совершенно новой ярко-зеленой футболке, малыш стал ей трясти у меня перед лицом. Я согласно кивнула и одела его в футболку, неожиданно заметив большой рисунок моркови на спине вещи. Даже не заметила, когда покупала, но выглядит довольно мило.

- Мы уже заждались. - сказал Гарри, как только я и Ник появились в проеме кухни.

- Хочу папи! - вдруг захныкал Никки.

- Что? - оторопела я. Он никогда раньше не желал увидеть отца, ведь после того, как Эдвард поставил ему синяк на щеке, Ник стал бояться его. И если быть предельно честным, то он первый раз в своей жизни произнес слово 'папа'.

- Папочка! - воскликнул малыш, указывая на проем двери, где пару минут назад стояли мы. Обернувшись, я боялась увидеть своего бывшего, но удивилась намного больше. Удивленно вытаращив глаза, Найл остался стоять с вытянутой рукой над головой, скорее всего, он хотел как обычно почесать затылок. Боковым зрением я увидела шатена, который выронил вилку из рук, а потом снова сосредоточилась на сыне.

- Как ты его назвал? - одновременно со Стайлсом произнесла я, обращаясь к маленькому ребенку.

- Хотю! - Ник по детски стал сжимать и расжимать кулачки, потянувшись в сторону застывшего как статуя блондина.

- Ну что, папочка, возьмешь ребенка на ручки? - вывела парня из транса. Тот энергично закивал головой, принимая Ника, который так и рвался к нему. - Ну, э... черт, все! Давайте поедим? - раздраженно проворчала я, плюхнувшись на стул. Но я не успела взяться за ложку, как в дверь позвонили.

В комнате повисло напряжение. Первый очухался Стайлс и, прихватив разделочный нож, на цыпочках направился к двери, которая разрывалась от мелодии звонка. Через несколько секунд послышался скрип, топот и отборная ругань, а потом крик. На всех парах, необращая внимание на нарастающий страх в груди, я подбежала к входной двери. Увиденное меня несколько поразило, наверное, я преполагала застать другое, - кровавые бойни и испачконый ковер - но там было другое: Гарри, схватившись обеими руками за живот, сгипался пополам от беззувчного смеха, в то время как другой парень смотрел на нагрудный карман своего недешевого пальтишки, смачно разрезанный кудрявым на две части так, что одна из них непроизвольно повисла. Глаза незнакомца выражали такое сожаление и отчаяние, будто умерла его любимая собачка:

- Ты поплатишься за Жака, Стайлс!

- Луи, ты что, серьезно назвал свой кармана по имени? - теперь Гарри смеялся в голос, и наверное его смех эхом раздавался по всему лесу.

- Ох, что это за прекрасная мадмуазель стоит передо мною? - театрально приложив руку к груди, Луи лстил мне, а мои щеки вмиг залились краской.

- Это та самая Эф. Помнишь? - на слова кудрявого незнакомец утвердительно кивнул. - Познакомься, Эффи. Его величество Луи Томлинсон!