Пролог
Он перерождался и перерождался. Он знал наизусть каждый день, каждое слово и даже количество вздохов и шагов, которые должен сделать, чтобы дойти до конца.
Сидеть за одной партой с ‘’друзьями’’, сражаться с ‘’врагом’’, ‘’влюблялся’’ в ту самую. Всё это так часто происходило, что в какой-то момент он и забыл, как по настоящему жить.
* * *
— Урод! Ты такой же, как твои алкоголики-родители! Исчезни, и чтобы я тебя до конца дня не видел!
В доме на Тисовой улице, доме четырнадцать стоял крик. Громоздкий мужчина с усами, как у моржа, и красным лицом, как зад у бабуина, плевался слюной, крича на маленького, щуплого мальчика лет восьми на вид. Но не заблуждайтесь, ему уже давно за сотню.
Мальчик стоял с испуганным лицом, дрожащими коленками и руками. Он молчал, смотря в пол сжимая пальцы в кулак.
«Снова я здесь».
Что же, давайте же познакомимся с этим мальчиком, живущим в чулане под лестницей в доме Дурслей.
Гарольд Джеймелиан Поттер Певерелл. Единственный наследник дома Поттер и первый пробудивший в себе дар некромантии, став наследником, а позже и Лордом Певерелл.
В далёком прошлом, когда он ещё был полон энтузиазма остановить петлю, которая раз за разом возвращала его в день его одиннадцатилетия. Мальчик — на тот момент, ментально уже молодой парень — по существу, захотел исследовать своё прошлое. Точнее родословную. Информации было, на удивление, немного. Точнее, в открытом доступе её не было, а вот в банковских ячейках, которые он смог открыть пройдя ритуал принятия наследия, — вполне.
Род Поттеров в давние времена были прославленными артефакторами и зельеварами. Они дарили миру великолепные изобретения и радовали мир новыми зельями. Но в один день случилось неизвестное. Глава рода погиб по странным обстоятельствам, и род стал возглавляемый молодым, тогда ещё шестнадцатилетним наследником, который даже Хогвартс не окончил.
Судьба была жестока к парню, ведь уже спустя год скончалась и его матушка, оставив на плечах парня сестру и брата. Но Поттеры не сдались. В их крови всегда была капля пламени, которая не давала опустить руки, и потому, даже в самые тёмные времена, эта семья не сдавалась.
Поколение за поколением дела Поттеров шли всё хуже. Всё меньше хороших артефакторов, всё меньше мастеров зельеваров. Род начал угасать.
В конце концов, этот род даже вычеркнули из списка «Священных».
Таков жестокий мир, и Поттерам ничего не оставалось, кроме как принять это и смириться. Так и началось их жалкое существование. Нет, они не стали уничтожать себя изнутри, не стали якшаться с предателями. У них всё ещё была гордость, и даже не будучи признанными миром, они оставались верны себе и своим предкам. Всё же девиз, под которым рождались и росли дети, был — «Мир и Правда».
Так и продолжалось до момента, когда семья Поттер снова не подверглась катастрофе. Только в этот раз намного ужаснее. Смерть старшего поколения и полное подчинение младшего, единственного наследника, чужаку. Во избежании полного уничтожения, отец провозгласил невозможность сына стать Лордом. Надежда цвела во внуке, который должен был родиться уже после его смерти. Да вот только загребущие старческие руки добрались до младенца быстрее даже магии.
Что же, с той роковой ночи и началась эпопея героя.
* * *
Гарри сидел в своей каморке и смотрел на то, как паук в очередной раз плетёт свою паутину у него над головой. Он думал над тем, что же всё-таки являлось причиной его постоянным возвращениям.
«Моя каждая повторяемая жизнь идёт по-разному. Я был и героем, и злодеем, я уходил, оставляя мир, умирал, принимая смерть от Воландеморта. Даже несколько раз становился оборотнем. А толку?»
Закинув руки за голову и заложив ногу на ногу, парень продолжал наблюдать за трудом паука. Он видел столько развитий событий, что уже даже не знал, как ему ещё измениться, чтобы закончить это.
Как было сказано, он, был на стороне ‘’добра’’, был и на стороне ‘’зла’’. Он миловал, убивал и мучил. Он предавал, и его предавали, мир жестоко вонзал в его спину ножи, но и он отбивался острым кинжалом, ударяя врага в самые уязвимые места.
Он уходил, оставляя на произвол мир, он становился легендой, которая канула в Лету.
Не было такого, что он не попробовал в жизни, и не будет того, кто поймет его. Но разве это самое главное? Будучи в душе стариком, которому давно пора на покой, его уже не волновали окружающие встряски. Смерть? Приключения? Дружба? Мерлина ради, он был другом каждого в Хогвартсе и даже в Дурмстранге и Шармбаторе. Он изучил все языки, знал наизусть все книги в библиотеке Хога и в каждый тайный проход он мог пройти с закрытыми глазами.
— И что же в этом мире я ещё не сделал?
Когда паутинка наконец была закончена, мальчик сел и открыл дверцу. Конечно щеколда была заперта, но разве для него это проблема? Магия в помощь, господа волшебники.
Выйдя из чулана, Поттер увидел за окном ночь.
— Завтра должно прибыть приглашение в Хог, — тихо, чуть хрипло от долгого молчания сказал он, проходя в сторону кухни. — Помню, когда мне было чуть за двадцать, я психанул и убежал. Хе-хе-хе.
Смех из уст парня был странным, не настоящим. Будто ему и не смешно, хотя на самом деле это было искренне.
— Хм-м, помнится тогда я и принял род Певерелл.
Взмахнув рукой и магией вытянув из холодильника остатки ужина, он сел и начал трапезу. Если бы кто-то увидел со стороны его, подумал бы, что это призрак прошлого. Прямая спина, осторожные но четкие движения, искусство приёма пищи во всей красе. А бледное лицо, черные волосы и потустороннее малахитовые глаза, что будто горели изнутри, придавали какой-то звериной опасности.
Закончив с едой и вернув всё на место, а посуду помыв, конечно же, магией, Гарри вернулся к своему чулану и, закрывшись, лег спать.
Он решил, что пока не будет действовать, а просто плыть по течению. Оно всё равно всегда выносило его в нужное место