8 глава
тгк: Дневник Нотта
https://t.me/justtbriefic
***
Утро в подземельях оказалось куда менее волшебным, чем я представляла себе ранее.
Я проснулась от шума голосов в гостиной Слизерина, и несколько секунд просто лежала, разглядывая зелёный полог кровати. Только потом воспоминания обрушились на меня разом: моя фамилия, пожиратели смерти, Хогвартс, новый факультет, новые однокурсники.
Новая жизнь.
— Сильви, просыпайся, иначе опоздаешь в первый же день учебы, — раздался голос Дафны, которая уже собиралась на завтрак.
— И тебе доброе утро. — сонно проговорила я, вставая с кровати.
— Оно непременно будет добрым только после чашечки кофе, — сказав это, Дафна захлопнула свою пудреницу и повернувшись ко мне, улыбнулась. — Давай, беги умываться и потом вместе пойдём в Большой зал.
Через 15 минут мы уже шли по коридорам, заворачивая то направо, то налево. Я пыталась запомнить путь, но все было слишком запутанно, так что после 8 поворота я перестала ломать голову.
Куда интересней мне стало разглядывать архитектуру замка. Здесь было намного атмосфернее, чем в Шармбатоне, где все придерживались строгости и минимализма даже в интерьере.
В Хогвартсе же все иначе, движущиеся лестницы, картины, все это так завораживает...
— Вижу, Розье, замок тебе явно нравится, — сказал неоткуда появившийся Малфой, когда мы были уже у дверей Большого зала.
— А зрение тебя не подводит. — сказала я подмигнув блондину, отчего тот хмыкнул и мы втроем двинулись внутрь.
За столом Слизерина уже сидели Блейз, Теодор и Пэнси.
Девушка читала какой-то журнал с явным интересом, не обращая внимания на шум, мулат рассказывал историю, которая случилась с ним на каникулах и сам смеялся со своих же шуток, а Нотт слушал его, ковыряя еду в своей тарелке и иногда ухмыляясь его рассказу.
— Всем доброе утро! — с улыбкой сказала Дафна, привлекая на нас внимание ребят, и уселась рядом с Пэнси.
— Доброе утро, — сказала я, садясь рядом с подругой, а Драко устроился напротив нас, рядом с Блейзом.
— А вот и наша Розье, — с приторной улыбкой сказал Забини. — Ну что, как тебе первая ночь в Хогвартсе?
— Знаешь, могло быть и хуже. — ответила я и налила себе кофе.
— Какое оптимистичное начало для слизеринки, — раздался спокойный, чуть хрипловатый голос напротив.
Теодор Нотт наконец оторвался от своей тарелки и посмотрел на меня. В его тёмных глазах плясали скептические искорки. Он лениво подпёр подбородок ладонью, окинув меня оценивающим взглядом.
— Я думал, после изящных французских спален наши подземелья покажутся тебе сырым склепом.
— О, поверь, Нотт, у меня прекрасная адаптация, — задорно улыбнулась я, делая первый глоток обжигающего напитка. Настроение, вопреки утренней тревоге, стремительно улучшалось. — К тому же, в Шармбатоне не было таких очаровательных и дружелюбных соседей, как ты.
Блейз тихо прыснул в кубок с тыквенным соком, а Драко понимающе ухмыльнулся. Тео лишь приподнял одну бровь, ничуть не задетый моей иронией.
— Дружелюбие на Слизерине – дефицитный товар, Розье. На твоём месте я бы не тратил его в первый же день, — сухо парировал он, возвращаясь к своей еде.
— Ладно вам цапаться с самого утра, — Пэнси Паркинсон с громким хлопком закрыла свой журнал мод и перевела на меня взгляд. — Сильви, скажи мне лучше, это правда, что в Шармбатоне на уроках бытовой магии учат правильно подбирать оттенки мантий под цвет глаз? Писали, что у вас там целый культ красоты.
Дафна хихикнула, потянувшись за тостом, а я не выдержала и искренне рассмеялась, отчего даже сидевшие неподалеку первокурсники обернулись на наш край стола.
— Пэнси, если бы нас учили только этому, я бы не сдала трансфигурацию на «Превосходно», — отпив ещё кофе, я наклонилась чуть ближе к ребятам, заговорщически понизив голос. — Но доля правды в этом есть. Нас учили, что эстетика во всём – это тоже часть внутренней силы волшебника. Так что если тебе понадобятся чары идеальной укладки, которая держится даже под шотландским ливнем, ты знаешь, к кому обращаться.
— Ловлю на слове, — одобрительно кивнула Пэнси, явно удовлетворенная ответом.
В этот момент над нашими головами раздался оглушительный шум крыльев – в Большой зал влетела утренняя почта. Сотни сов кружили под заколдованным потолком, сбрасывая письма и посылки. Я машинально проследила взглядом за одной из сипух, которая направилась к гриффиндорскому столу.
Там, в окружении рыжеволосого семейства Уизли и кудрявой девушки, сидел Гарри Поттер. На секунду он поднял голову от тарелки, осматривая зал, и наши взгляды встретились. Я едва заметно улыбнулась ему – воспоминание о вчерашнем разговоре в поезде до сих пор отзывалось внутри приятным теплом. Гарри моргнул от неожиданности, но тут же ответил слабой, дружеской улыбкой, прежде чем его снова отвлёк Рон Уизли.
— Розье, ты никак потеряла что-то за столом львов? — холодный, проницательный голос Тео заставил меня вздрогнуть и резко повернуться обратно.
Нотт внимательно наблюдал за мной. Его глаза сузились, а в позе появилось странное, едва уловимое напряжение. Он явно заметил этот мимолётный обмен взглядами.
— Просто осматриваюсь, — невозмутимо ответила я, хотя сердце почему-то сделало лишний удар. — Интересно же, чем дышит Хогвартс.
— Гриффиндор дышит исключительно слабоумием, — процедил Драко, недовольно поморщившись при упоминании соседнего стола. — Не советую задерживать на них взгляд слишком долго, это дурно влияет на репутацию. Пора идти. Сейчас первым уроком Трансфигурация, а Макгонагалл не прощает опозданий.
Мы дружно поднялись из-за стола. Закинув сумку на плечо, я пошла чуть позади Дафны и Пэнси, которые уже бурно обсуждали предстоящие занятия.
— Эй, француженка, — Тео поравнялся со мной в дверях Большого зала, подстраиваясь под мой шаг. Он говорил тихо, так, чтобы его слышала только я. — Насчёт Трансфигурации. Здесь тебе не Шармбатон. Макгонагалл требует идеальной точности, никаких вольностей и сокращений формул, к которым вы, возможно, привыкли в своей академии. Постарайся не позорить факультет в первый же день.
Я остановилась прямо в арке коридора и упрямо посмотрела на него снизу вверх. Его высокомерный тон разжёг во мне огонь.
— Спасибо за заботу, Нотт, — я сделала шаг ближе, так что почувствовала тонкий аромат его парфюма с нотками цитруса. — Но я прекрасно справляюсь с магией любой сложности. Можешь не переживать за баллы Слизерина. Лучше следи за своей собственной палочкой.
Теодор замер на мгновение, явно не ожидая такого отпора, а затем его губы медленно тронула едва заметная, но чертовски привлекательная ухмылка.
— Что ж, Розье... Посмотрим на тебя в деле.
***
Кабинет Трансфигурации встретил нас строгой, почти осязаемой тишиной.
Высокие готические окна пропускали бледный утренний свет, а вдоль стен выстроились массивные шкафы, заставленные клетками с птицами, странными кубками и стопками пергаментов.
Профессор Макгонагалл уже стояла за своей кафедрой, с волосами, стянутыми в безупречный пучок. Её строгий взгляд из-под очков в тонкой оправе моментально остудил пыл даже самых громких слизеринцев.
— Занимайте свои места, живее, — разнёсся её чёткий, командный голос. — У нас мало времени, а программа этого года не терпит лени.
Мы с Дафной быстро скользнули за одну из парт в среднем ряду. К моему неудовольствию, прямо за нами устроились Блейз и Теодор.
Я спиной чувствовала внимательный, насмешливый взгляд Нотта и намеренно расправила плечи, вытаскивая из сумки чистый свиток и новенькое павлинье перо.
— Сегодня мы приступаем к сложной теме – промежуточной трансфигурации неодушевлённых предметов в живые организмы, — объявила Макгонагалл, взмахнув палочкой. На доске тут же начали аккуратно выводиться сложные схемы и длинные формулы. — Задача требует от вас не просто концентрации, а ювелирной точности в расчёте траектории движения палочки и удержании мысленного образа. Малейшая ошибка в пропорциях – и ваш предмет застрянет в промежуточном состоянии.
Профессор сделала паузу, обводя класс взглядом, и остановилась на мне.
— Мисс Розье, — её голос прозвучал мягче, но всё так же строго. — Насколько мне известно из отчётов мадам Максим, в Шармбатоне вы делали упор на эстетическую и потоковую трансфигурацию. В Хогвартсе мы требуем жёсткой фундаментальной базы. Надеюсь, вы быстро адаптируетесь.
— Я сделаю всё возможное, профессор, — ответила я, уверенно улыбнувшись. Внутри проснулся дремавший азарт. Я не собиралась пасовать перед трудностями.
Сзади раздался едва слышный, скептический смешок Нотта. Я мысленно пообещала себе стереть эту ухмылку с его лица.
— Прекрасно. Ваша задача на сегодня – превратить этот костяной кубок в живую сову. Записываем формулу.
Следующие полчаса прошли в суматохе. Профессор диктовала сложнейшую цепочку символов. Я старательно заносила её в пергамент, но привычка, выработанная годами в Шармбатоне, взяла своё: вместо того чтобы расписывать каждый промежуточный шаг, как требовала британская система, я интуитивно объединила две переменные в одну элегантную связку, сократив формулу на полях. Так магия текла быстрее и легче.
— Итак, приступаем к практике, — скомандовала Макгонагалл, и на партах перед каждым из нас со звоном появились белые костяные кубки.
Кабинет наполнился тихим бубнежом заклинаний и резкими взмахами палочек. У Драко кубок покрылся перьями, но наотрез отказывался отращивать крылья. У Блейза предмет просто жалобно заскрипел и пустил струю дыма.
Я сделала глубокий вдох, закрыла глаза, чётко представляя себе образ белоснежной полярной совы, и изящным, плавным движением – чуть более округлым, чем учили здесь, взмахнула палочкой:
— Авифорс!
Кубок мягко замерцал серебристым светом, кость мгновенно размягчилась, превращаясь в густой пух, и уже через секунду на моей парте, весело похлопывая крыльями, сидела небольшая, абсолютно живая сычушка. Она звонко ухнула и ткнулась клювом в мои пальцы.
— Невероятно, мисс Розье! — Макгонагалл оказалась рядом так быстро, словно умела аппарировать по кабинету. Она искренне восхищённо осмотрела птицу. — Безупречная работа с первой попытки. Идеальная детализация оперения. Пятнадцать очков Слизерину.
Я победно улыбнулась, поглаживая сыча, и не удержалась от того, чтобы победно обернуться назад.
Теодор Нотт сидел, откинувшись на спинку стула. Перед ним на парте красовалась такая же идеальная, крупная серая неясыть – он явно справился с заданием всего на пару мгновений позже меня. Но вместо того чтобы порадоваться за факультет, Тео хмуро разглядывал мой пергамент, оставшийся открытым.
— Профессор, — негромко произнёс Тео, привлекая внимание Макгонагалл. — Трансфигурация мисс Розье действительно удалась. Но посмотрите на её записи. Она проигнорировала промежуточный стабилизирующий алгоритм. Она просто выбросила его из формулы на полях.
Я возмущённо округлила глаза, оборачиваясь к нему всем корпусом.
Макгонагалл нахмурилась и наклонилась над моим свитком. Её брови поползли вверх.
— Мисс Розье... Вы действительно сократили формулу. Это французский метод?
— Да, профессор, — поспешила объяснить я, краем глаза прожигая в Нотте дыру. — В Шармбатоне нас учат, что если мысленная концентрация достаточно сильна, промежуточная стабилизация не нужна – магия сама находит кратчайший путь. Результат ведь перед вами.
Профессор Макгонагалл долго смотрела то на мою сычушку, то на записи, а затем строго покачала головой.
— Результат превосходен, мисс Розье. Но мистер Нотт прав в своём замечании. Британская магия строится на безопасности. Без этого алгоритма при малейшей потере концентрации ваш кубок мог взорваться осколками вам в лицо. Минус пять очков со Слизерина за пренебрежение техникой безопасности на пергаменте. И перепишите формулу как положено.
— Хорошо, профессор, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как уши начинает припекать от досады.
Едва Макгонагалл отошла к парте Долгопупса, у которого кубок почему-то начал кусаться, я резко развернулась к Теодору. Тот сидел с самым невозмутимым видом, лениво поглаживая свою неясыть по голове, но в уголках его губ затаилась чистейшая, торжествующая ухмылка.
— Ты просто невыносим, Нотт! — прошипела я, стараясь говорить тише.
— Тебя заживо жрёт зависть, потому что я закончила на полминуты раньше тебя? Обязательно было вставлять свои пять галлеонов?
— Я просто восстановил справедливость, солнышко, — так же тихо, склонным к шёпоту голосом ответил Тео, подавшись чуть вперёд, к моей парте. Его тёмные глаза азартно блеснули. — Твои эффектные фокусы хороши для цирка, а здесь нужно думать о последствиях. Скажи спасибо, что я заметил это раньше Снейпа. На его уроках за такие вольности ты бы уже драила котлы до Рождества.
— Я докажу тебе, что мои методы работают лучше твоих зазубренных правил, — процедила я, ткнув пальцем в сторону его идеального конспекта. — Мы ещё посмотрим, кто кого на Зельеварении.
— Ловлю на слове, Розье, — Теодор ухмыльнулся шире, и между нами снова словно пробежал электрический разряд. — Посмотрим, насколько хватит твоего хвалёного французского упрямства.