Выбор

   Дни неумолимо летели, и Гарольд не успел оглянуться, как настало утро субботы. На эти выходные у него были грандиозные планы, и, чтобы всё успеть, следовало поторопиться. Поскольку Дамблдор так и не появился в Хогвартсе, планы, касающиеся Бузинной палочки, пришлось отложить на некоторое время. Но скучать Певереллу всё равно не придется. Нужно навестить особняк Блэков и узнать, зачем он сам так срочно понадобился Вальбурге. Дело важное, как он понял из строк письма, и не требует отлагательств. А затем грандиозная встреча с Реддлом в поместье Малфоев. Что Том там будет, Певерелл не сомневался ни на секунду, как и в том, что сам этот прием – всего лишь предлог для того, чтобы бывшие враги встретились. А бывшие ли? Гарольд пока не знал, к какой категории ему причислить Волан-де-Морта. Они, однозначно, не друзья, но вот и лютыми врагами ещё не являются. Трудный выбор, с которым Певерелл пока не мог определиться. Да, он ненавидел Реддла за то, что тот убил его родителей, сделав тем самым сиротой. Вот только... Здесь Лили и Джеймсу еще лишь по двенадцать лет. Они учатся на Гриффиндоре и даже не догадываются о надвигающейся войне. Глупо считать Тома виноватым в их предстоящей смерти, ведь той может и не быть. Вмешательство Гарольда в прошлое изменило виток Судьбы. Многое из того, что он помнил, никогда не произойдет. Да, слизеринец не разделял взгляды Тома. Ему не нравилось проливать кровь невинных, ради собственных амбиций. И он считал, что до власти можно добраться иным путем, а не через горы трупов. Также Гарольд был недоволен тем, что Реддл клеймит своих союзников, как скот. – А какое мне до этого дела? Клеймит... Пусть клеймит! Такие, как Лестрейндж, Малфой и Розье сами ему это позволяют. В конце концов, никто их силой не заставляет. Принятие Черной метки – сугубо добровольное дело, – в голос озвучил свои мысли юный лорд. Он проигнорировал тот факт, что Том умеет красиво говорить. – Я этого не собираюсь делать. Так что мне нет дела до этих глупцов. Гарольд решил придерживаться нейтралитета в плане Волан-де-Морта. Пока тот не трогает его, Певерелл тоже не выкажет агрессии, но будет начеку. С таким человеком, как Том, нужно быть всегда настороже. С Дамблдором куда яснее: старик просто не даст ему спокойно жить, а непременно попытается втянуть в свой орден. И, выходит, юный лорд либо согласится и принять сторону Света, тем самым превращаясь в пешку на шахматной доске, либо должен будет показать Дамблдору, что с ним нужно считаться, и он не потерпит манипуляций. Последнее будет очень трудно сделать, поскольку Гарольд трезво оценивал свои силы и признавал, что ему нечего противопоставить Дамблдору. Да, он многому научился за этот год, но этого катастрофически мало, чтобы открыто сражаться с директором. Значит, пока придется действовать из-под полы. Благо, что из-за знаний будущего, он знает все слабые места старика. Семья и дружба с Гриндевальдом... Это два самых уязвимых места, по которым стоит наносить удары. – Мерлин, – воскликнул Гарольд, – как я позабыл о старом дружке Дамблдора? Он мне может пригодиться в случае противостояния с директором. Сейчас Гриндевальд в Нурменгарде, и было бы неплохо к нему наведаться. Вот только сделать это нужно так, чтобы никто не узнал, – короткая пауза. – Не хотелось бы связываться с гоблинами, но другого выхода нет. Эти коротышки могут помочь мне в этом деле за кругленькую сумму. Ну да ладно, об этом я подумаю потом. Помимо этого куча забот... Ситуация с Реддлом не на много лучше: Том не потерпит конкуренции. Это сейчас он играет вменяемого политика, пытаясь заманить Гарольда в свои сети. А стоит Певереллу примкнуть к нему, как его ждет участь раба, как и всех Пожирателей. Это никоим образом не устраивало слизеринца. Он не собирался становиться пешкой в чужих руках. Хватило и прошлого раза. А, значит, хочет он того или нет, ему придется создать третью сторону и самому вершить свою судьбу. Именно этим он и планировал заняться, покинув Хогвартс. Искать союзников между нейтральных семей, которым чужды нравоучения Дамблдора и жесткая диктатура Реддла. Сейчас на его стороне три рода: Блэки, Нотты и Гампы. Не так уж и много, но хоть что-то. Клятвы не позволят им предать его, а это самое главное. Больше всего на свете Гарольд опасался быть вновь преданным. Опыт в будущем и ситуация с портретами преподнесли ему неприятный урок, который он усвоил. Певерелл намеревался в скором времени поговорить с Гринграссами и Боунсами. Эти два рода были нейтральны, что в первой войне, что во второй. И, если постараться, можно будет перетянуть их на свою сторону. Еще Гарольда интересовал профессор заклинаний. Флитвик являлся интересным экземпляром. Одно его молчание, касаемо Бузинной палочки, доказывало, что тот не так уж предан Дамблдору. Нужно поговорить с ним. Певереллу не помешает шпион в Хогвартсе. Тот, кто будет докладывать о махинациях Дамблдора и предупреждать, если что. Нет, на верность маленького профессора он не рассчитывал – это было бы самонадеянно с его стороны. Упор делался на выгодное сотрудничество, что одному, что другому.

***

Вальбурга ждала Певерелла в синей гостиной. Расположившись на диване с книгой в руках, она пыталась отвлечь себя. Выходило плохо. Смотря на пожелтевшие страницы, она смотрела словно сквозь них, не видя слов. В камине вспыхнуло изумрудное пламя, и на ковер ступил Гарольд Певерелл. Очистив мантию от пепла взмахом руки, он устремил свои ярко-изумрудные глаза на леди Блэк.– Вальбурга, – короткий кивок и мимолетная улыбка. Женщина ответила ему тем же.– Я получил письмо и прибыл так быстро, как смог. Что-то случилось?– Я вновь получила письмо от Малфоя. Должна сказать, что это уже третье за последний месяц. Абраксас очень настойчив в своих желаниях породниться с моим родом. – Это предсказуемо, – Певерелл не лукавил. Он ожидал бурной деятельности со стороны отца Люциуса. Его настойчивость была понятна. Блэки – древний род, даже древнее Малфоев, и далеко не бедный. Мало того, что заполучив себе такую невесту, Люциус породнится с Блэками, так он получит и хорошее приданое, и возможность рождения сильных потомков. Магия этого рода была куда сильнее, чем у Лестрейнджев, Розье, Поттеров и десятков других чистокровных семей. От такого союза Малфои лишь выиграли бы. Казалось, выгодный договор уже был в их руках, как тут на горизонте появился Гарольд Певерелл, и покойный лорд Блэк отдал Нарциссу ему. Все планы Малфоев оказались разрушены. Но тут Абраксас вспомнил о Беллатрисе, которая как бы обещана Лестрейнджу. Главное здесь – слово "как бы", умеющие наблюдать увидели бы, что Блэки не сильно горят желанием отдавать девушку за Лестрейнджа. Да и сама Беллатриса не в восторге от своего женишка. Вот лорд Малфой и решил использовать эту ситуацию себе на пользу. Притом, как Гарольд полагал, на него наседает Реддл. Не трудно догадаться, что Том хочет подобраться поближе к нему. Или к деньгам Блэков... Это тоже не стоит исключать как вариант. В будущем практически все Блэки были мертвы, исключая трёх сестер, да только те перешли в рода мужей, утратив все права на наследство. Андромеда не в счет, её изгнали из рода и выжгли с гобелена. Остался один Сириус и тот попал в Азкабан, а затем упал в Арку и погиб. Удобное стечение обстоятельств. И, если бы крестный не оставил завещания, то всё состояние Блэков перешло бы к Нарциссе и Беллатрисе. Возможно, Темный лорд на это и рассчитывал. Намеревался убрать старших Блэков, начав с Ориона и дойдя до Сириуса. Вот только всё пошло не так, как он хотел. Реддл может планировать избавиться от Гарольда, а затем прибрать к рукам деньги Блэков. Для этого ему и нужен брак Беллатрисы с Люциусом. Том не слепой. Он видел, что средняя из сестер не станет супругой Лестрейнджа. Вот и засуетился, подставляя партию повыгоднее. Нет, это вряд ли. Не похож Реддл на гения, который способен придумать такой план. Тут скорее... Первый вариант. Он хочет таким образом приблизить Малфоя к Блэкам, чтобы тот наблюдал за всем и докладывал господину. Вот только от понимания этого всего не становилось проще. Чтобы отказать в помолвке с Беллатрисой, требовался уважительный повод, а рассказывать правду Гарольд пока не был готов. То, что та обещана Лестрейнджу, не будет убедительным. – У меня был разговор с Малфоем. Он сделал мне предложение, касательно Беллатрисы. Я сказал, что подумаю над этим.– Не получив от тебя утвердительного ответа, он решил действовать через меня. Видимо, подумал, что я сочту кандидатуру его наследника выгоднее Лестрейнджа и попытаюсь тебя уговорить. Мерзавец, – недовольно отозвалась Вальбурга.– Вероятнее всего.– Не лучше ли будет сообщить о твоей помолвке с обеими моими племянницами? Это отвадило бы всяких ухажеров.– Может и так, – не стал отрицать Певерелл. – Но не стоит забывать, что в наших краях тройной союз – это редкость. Ладно чистокровные, они воспримут такое известие нормально. А полукровки и магглорожденные, – Гарольд скривился. – Поднимется такой шум и гам... Нам же никакой жизни не дадут, – парень вспомнил свой пятый курс в Хогвартсе, когда с подачи Фаджа его считали ненормальным. Ученики тыкали в него пальцами и шептались за спиной. А самые наглые в голос кричали оскорбления и советовали обратиться в Мунго. Те времена в Хогвартсе были для него самыми тяжелыми. – И не стоит забывать, что в Магическом мире сейчас неспокойно, – короткая пауза. – Я предпочту дождаться лета. Я окончу Хогвартс, и девушки уедут на каникулы. А за месяц-второй ажиотаж пройдет, и к ним не будет такого внимания по возвращению.– Твое право. И всё же, я за то, чтобы правда скорей раскрылась. Мне беспокойно за свою племянницу. Малфой может что-то сделать с Беллатрисой.– Если бы речь шла о Нарциссе, я бы согласился. Но Белла... Ей в рот палец не клади – откусит всю руку.– Малфои очень коварные. Если они умудрились одурачить моего покойного супруга, то с глупой девчонкой справятся на раз. И я требую, чтобы ты этому помешал, – голос был холоден, как лед. – Орион был беспечен и поплатился за это. Я не хочу, чтобы что-то случилось с Беллатрисой из-за нашей бездеятельности. Певерелл не мог упрекнуть Вальбургу в том, что она волнуется о судьбе племянницы. Он сам чувствовал за собой вину в смерти Ориона и не хотел повторить подобной ошибки с Беллатрисой.– Малфой не рискнёт в открытую выступать.– Конечно. Этот трус предпочитает бить в спину, – в голосе было столько презрения. – Тем он и опаснее. Да и сынок его ничем не лучше. Той же породы, что и папаша. – Я что-нибудь придумаю, – заявил брюнет. Он подумывал нацепить на Беллу экстренный портал, который, в случае чего, перенесет её в замок Певереллов. – И еще, мне бы не хотелось тебе напоминать, но Беллатриса до сих пор носит ошейник. Я понимаю, что ты Глава рода, и в праве распоряжаться его собственностью, каковою является и Беллатриса, как считаешь нужным, но, – мимолетная пауза, – она без пяти минут твоя супруга и заслуживает немного иного отношения. Из рассказов Нарциссы я поняла, что Белла всё это делала, чтобы привлечь твое внимание. Согласна, это глупо, но мы не вправе её осуждать. Когда на первый план выходят чувства, голос разума замолкает. Моя племянница наделала глупостей и не мало, но сейчас она исправилась.– Я подумаю над этим, – резче, чем следовало, ответил Певерелл. – Непременно подумай. Мне больно видеть, как она страдает. – Страдает?– Она словно бьется в закрытую дверь. Ты игнорируешь её чувства. Не подпускаешь близко, стараясь держать дистанцию.– Чувства? – не верил Гарольд в любовь этой интриганки.– Конечно, – улыбка. – Чувства, в которых Беллатриса даже себе не признается. И ты же не думаешь, что девушка, которой ты совершенно не нравишься, будет прикладывать столько сил и стараний, чтобы добиться твоего внимания? – лукавый вопрос. Певерелл не думал об этом. Он полагал, что слизеринке плевать на него, как на человека, ей подавай богатого лорда и хорошую возможность избавиться от Лестрейнджа. – Беллатриса – страстная натура, поэтому её любовь, как огонь. Раз вспыхнув, он будет пылать, пока ты будешь принимать его жар, – задумчивый взгляд. – Нарцисса – ее противоположность. Она спокойная и рассудительная. Но не жди, что она будет довольствоваться второй ролью. Поверь, скоро тебе придется столкнуться со всеми аспектами ее характера... – Надеюсь, я после этого выживу.– О, не волнуйся... Убивать тебя никто не намеревается. И всё же я должна тебя предостеречь. Сейчас лишь от тебя зависит, какая у вас сложится совместная жизнь. Не отдаляй моих племянниц от себя, ограждаясь стеной. Проводи с ними больше времени. Узнай их и позволь им узнать себя, – и вновь молчание. – И, послушай совет взрослой женщины, которая прочувствовала вкус сладости побед и горечи разочарований. – В семейной жизни бывает всякое. Будут и ссоры и пылкие примирения. Это жизнь, и никто не знает, что она преподнесет в следующий момент... Но главное – доверие. Если между вами будет доверие и уважение, то никакая буря вам не страшна. Любовь – это такое чувство, сегодня она есть, а завтра нет. Она имеет свойство уходить. Гарольд внимательно слушал. Вальбурга – умная женщина, и к ее словам стоит прислушаться. – Обе мои племянницы разные. Это с одной стороны хорошо, но с другой плохо. Хорошо из-за того, что тебе никогда не станет с ними скучно. Огонь и лед... Они будут дополнять друг друга. А плохо из-за того, что тебе придется искать к каждой свой подход, сначала выстраивать хрупкий мостик доверия, а затем делать так, чтобы он становился всё крепче и крепче, – продолжала говорить Вальбурга. – Но будь осторожен. Не позволяй Беллатрисе садиться себе на шею. Сядет раз, и так будет всегда. Твое слово должно быть для нее законом. Не дай ей превратить себя в подкаблучника, иначе вся ваша жизнь превратится в драму.– Не дам, – решительно кивнул Певерелл.– Мне хочется верить в это. Ты умный парень, поэтому сам понимаешь всю ситуацию. Я желаю тебе и своим девочкам только счастья. Мне хочется покоя в семье.

***

Как Гарольд и предполагал в Малфой-мэноре его ожидала встреча с Волан-де-Мортом. Кроме него здесь были еще около двадцати человек, в основном Пожиратели и те, кто в скором будущем станут ими. Оказалось неожиданностью встретить здесь лорда Гринграсса. Как Гарольд знал, тот не поддерживает ни одну из сторон, придерживаясь нейтралитета. Так сказать, балансирует на грани. Выходит, его сюда пригласили, как и Певерелла, для вербовки. – Лорд Певерелл, – небольшой кивок. – Я рад, что вы присоединились к нашей компании. – Лорд Малфой, – такой же кивок и лживая улыбка. – Получив ваше приглашение, я решил посетить Малфой-мэнор. Я столько слышал от Нарциссы о вашем имении и просто не мог не убедиться воочию в правоте её слов. В прошлый раз мне не удалось оценить его красоту, – легко соврал слизеринец. – И как вам?– Красиво. Правда зеленого и серебряного цвета в интерьере слишком много. Хотя, дело вкуса. – Надеюсь в скором будущем увидеть ваш легендарный замок. Меня опечалило, что ваша помолвка с юной мисс Блэк прошла за закрытыми дверьми. Надеюсь, что на свадьбу вы пригласите гостей.– Непременно, – парировал Певерелл. – Касаемо этого всего... Я надеюсь, мои мотивы понятны для других. Я не так давно вернулся на Родину, и мне требовалось разобраться с делами рода. Всё это заняло много моего времени, поэтому, чтобы устраивать бал в честь помолвки, у меня не было ни сил, ни, если честно, бурного желания из-за усталости.– Я рассчитываю на приглашение, – улыбка. – Кстати, что насчет моего предложения? Вы решили? О помолвке Беллатрисы?– Я обдумал ваше предложение и с сожалением вынужден отказать. Серые глаза замерцали от едва сдерживаемого гнева.– Я могу узнать о причине отказа? – Смерть Ориона очень опечалила нас всех. Он был хорошим другом и просто прекрасным человеком. Я счел должным выдержать траур в течение года. Поэтому было решено повременить с помолвкой.– Мы все скорбим об этой утрате. У нас был совместный бизнес, и я хорошо знал Ориона. Он являлся хорошим человеком. – Тогда вы поймете мои мотивы подождать.– Конечно. Но ведь можно оговорить все условия, а саму помолвку заключить позже. За это время пара сможет лучше узнать друг друга, – напирал Малфой. – Может, вы и правы. Я поговорю с Вальбургой насчет этого. Всё же, я не так давно приехал и не так хорошо знаю Беллатрису. Их тётушке виднее, кто подойдет лучше в мужья племянницы, – соврал Певерелл. Разговор был прерван появлением Лестрейнджа. Тот увел куда-то Малфоя, прикрываясь важными делами. Гарольд остался один. Долго скучать ему не пришлось. К парню подошел лорд Гринграсс. Завелся неторопливый разговор о ситуации в Министерстве и предстоящих выборах министра. Одним словом, болтовня ни о чем.– Скажу честно, я не ожидал вас здесь увидеть, – прозвучал тихий голос темноволосого мужчины. Карие глаза внимательно на него смотрели, словно оценивая. – Я вас тоже, – парировал Гарольд. – Мне казалось, вы придерживаетесь нейтралитета.– Как и вы, лорд Певерелл, как и вы, – тихий голос. – И всё же вы здесь. – Есть обстоятельства, которые вынуждают меня быть здесь, – последовал ответ. Гринграсс чему-то кивнул, и уголки его губ дрогнули в мимолетной улыбке. – Полагаю, вы знакомы с моим наследником, – это не было вопросом. – Вы учитесь вместе в Хогвартсе, только на разных курсах. Певерелл не сильно знал Генри Гринграсса. Лишь то, что парень учился на пятом курсе вместе с Нарциссой. Он не состоял в компании Малфоя и вообще держался особняком. – Знаком, – подтвердил Певерелл. – Но не так, чтобы очень. Мы учимся на разных курсах и видимся очень редко. – Конечно, – улыбнулся Гринграсс. – Вы занятой человек. На ваших плечах два рода. Кстати, многих удивило, что в обход всем законам, вы получили титул лорда Блэка. Гарольд не сомневался, что этот вопрос волнует многих. Все ожидали, что титул достанется Сириусу, как старшему сыну Ориона, а регентом при нем станет Вальбурга вплоть до полного совершеннолетия юнца. – Магии виднее, – в который раз повторил эти слова Певерелл. – Несомненно, – кивнул задумчиво мужчина. – Надеюсь, её выбор был правильным. Многие ждут великих свершений от вас. Ведь, как не крути, а в ваших руках оказалась такая власть. Кстати, я почему-то вас не видел на последнем собрании Палаты Лордов. Певерелл чертыхнулся про себя. Он как-то и забыл об этом, точнее, не совсем забыл, а не знал о том, что ему следовало появиться на собрании Палаты Лордов в Министерстве. В который раз сказывается его маггловское воспитание и халатное обучение в Хогвартсе на протяжении шести лет. Орион ему рассказывал о Палате Лордов, но не вдавался в подробности. Пока Гарольд отсиживался в Хогвартсе, он взял на себя ответственность и распоряжался голосом Гарольда с его позволения. А после его смерти, Певерелл и забыл об этом. Его голова была забита другими проблемами и заботами. – У меня было много дел, поэтому, к моему сожалению, я не смог присутствовать. В следующий раз я непременно приду. – Если у вас есть время, я мог бы встретиться с вами и рассказать, о чем шла речь на прошлой встрече. Введу вас курс дела, так сказать. И глупцу было понятно, что не это основная причина, почему Гринграсс хочет встретиться с ним и сделать это наедине, подальше от любопытных глаз и ушей. Певерелл был рад такому предложению, он даже не рассчитывал на такую удачу. Лорд Гринграсс станет хорошим союзником. – Я только «за». – Тогда я пришлю вам приглашение. Полагаю, вы будете не против познакомиться с моей очаровательной супругой. Также я буду рад видеть в своем доме вашу прелестную невесту. На этом разговор был окончен. К ним торопливо приближался Малфой, поэтому оба поспешили сменить тему.

***

Певереллу не удалось избежать встречи с Реддлом. Тот подкараулил его у столика с напитками и увлек за собой в сторону сада, где они могли поговорить наедине. – До меня дошли тревожные слухи, – прямо начал Том. – Оказывается, Альбус Дамблдор решил собрать какой-то Орден. Гарольд, вы ничего не слышали об этом? – внимательный взгляд синих глаз, в которых проблескивал некий красный свет. – До меня тоже доходили эти слухи, – ответил слизеринец. Он старался быть осторожным в своих словах и действиях, дабы не скомпрометировать себя перед Волан-де-Мортом. – Но я не особо вникал в их суть.– Напрасно. Насчет Дамблдора бытует множество слухов и вам, как человеку, учащемуся в школе, в которой он является директором, было бы полезно знать о них. К тому же, я слышал, что Дамблдор заинтересован вами, – короткая пауза. – Он уделяет вам повышенное внимание и даже пригласил вас на разговор в свой кабинет. Гарольд недовольно сжал зубы. Ему не нравилось, что Реддл так пристально следит за его жизнью. А в особенности то, что Волан-де-Морт узнал о приглашении. Выходит, что в Хогвартсе есть его шпион, который близок к старику. – Мне неизвестна причина встречи, поскольку она не состоялась. Директора отвлекли какие-то важные дела. Я могу лишь предполагать. – И? Мне интересно послушать ваши догадки.– Я интересен Дамблдору, как союзник, вот он и хочет попытаться привлечь меня на свою сторону. Полагаю, это и была основная тема встречи, – не стал лукавить Певерелл. Реддл не глуп, он и сам догадывается о подобном. А своим заявлением Гарольд заставит того действовать осторожно, поубавив свой пыл. В общем, вечер закончился на положительной ноте. Новых врагов Певерелл не нажил, зато смог переговорить с Гринграссом и договориться о встрече. К положительным моментам стоит отнести и разговор с Реддлом. Благодаря словам Тома, ему удалось узнать, что в Хогвартсе есть верные Тому люди, которые пристально следят за Гарольдом и докладывают своему господину. А еще что среди преподавателей есть шпион. Ведь не ученику же Дамблдор расскажет о желании встретиться с Певереллом. Всё это давало понять, чтобы слизеринец был еще более осторожен, чем раньше. Нужно держать глаза открытыми, а ухо востро.