Глава 20
POV Вилл Томпсон
Образ ночного Гарри не выходит у меня из головы. Когда мы смотрели на полу фильм, я больше смотрела на Гарри, нежели в экран маленького телефона. Стайлс был внимательным и сосредоточенным, казалось, что в его голове происходит сложный механический анализ. Его каштановые кудри иногда подали ему на лицо, и он небрежно убирал их назад. Мне нравилось следить за ним, за его реакцией, я пыталась понять, что он чувствует по отношению к главным героям. Гарри то хмурился, то почти незаметно улыбался, то приоткрывал рот... он стал для меня фильмом.
***
С утра не нахожу родителей дома, значит они сегодня на работе и даже не предупредили меня об этом. Зато можно спокойно поесть без любопытных, испытывающих терпение взглядов мамы. Дом полностью в моем распоряжении. Не было бы еще здесь брата и... Святый боже, я и забыла, что Стайлс сейчас здесь, в этом самом доме! По неволе улыбаюсь воспоминаниям и встряхиваю головой.
Восемь утра, надо что-то приготовить поесть. Парни еще не спускались, значит спят. Я на удивление рано сегодня встала, хотя уснула где-то в два часа ночи. Обычно я сплю очень долго, если так ложусь спать.
Открываю холодильник и в глаза первым делом бросаются яйца и небольшой кусочек бекона, их и приготовлю.
Приготовив завтрак на троих я делаю себе кофе и сажусь на диван в гостиной. Включаю телевизор для фона, потому что не люблю сидеть в полной тишине. Я всегда так делала, когда оставалась дома одна, или же включала громко музыку. Беру телефон в свободную руку и отпиваю кофе. Вспоминаю, что когда-то хотела найти профиль невесты Гарри в инстаграме, если у него он закрыт, то я надеюсь, что у нее он в открытом доступе. Не терпится посмотреть на их фотографии.
Спустя две минут нахожу искомый аккаунт. Открыт. Первым делом смотрю на ее последнюю публикацию, на которой она изображена вместе с сонным Гарри: они лежат в белой постели. Утреннее селфи. Гарри улыбается с закрытыми глазами, его улыбка искренняя, красивая... На следующей фотографии она на подиуме, дальше она одна, еще дальше с каким-то девушками... Долистываю ее фотографии до середины октября и вижу фотографию ее руки, на безымянном пальце которой надето кольцо и подпись «я сказала да!». Меня передергивает, я быстрее выхожу из приложения, пока у меня не начались рвотные позывы. Бросаю телефон рядом с собой на диван, как раз тогда, когда слышу топот по лестнице. Оборачиваюсь и вижу лохматого, сонного Гарри. Утренний Стайлс также прекрасен как и ночной.
— Доброе утро, — первая говорю я, на что Гарри только кивает, молча обходит диван и плюхается около меня. — не выспался? — усмехаюсь.
— Не выспался, — хриплым, низким голосом отвечает он, смотря в телевизор. Сомневаюсь, что он сейчас хоть что-то понимает, о чем там говорят.
— Я хотела сделать тебе кофе, но не знала, пьешь ли ты его. На столе стоит чай и кофе на выбор, так что если хочешь...
— Я понял, — ухмыляется Гарри и встает. — Пойду наведу себе кофе. Скоро приедет Найл с запаской.
Поджимаю в ответ губы и киваю головой, но он уже не смотрит на меня. Одним большим глотком допиваю кофе и следую за зеленоглазым на кухню.
— Родители, я так понимаю, на работе, — утверждает он. Я снова киваю и прохожу мимо него к раковине, чтобы помыть чашку. Жаль, что Гарри в одежде, я так и не смогла рассмотреть его татуировки во вчерашней полутьме. Когда-то в подростковом возрасте я мечтала о тату, даже хотела набить несколько, но в последний момент передумала. Теперь мне, кажется, вновь захотелось. Может, когда-нибудь...
***
Когда Найл приехал к дому и остановился рядом с машиной Гарри, кудрявый пошел к нему. А я всё время наблюдала за ними, с самого начала, как только они начали работу. Они, никуда не спеша, меняли колесо, попутно разговаривая и смеясь на пол улицы. Я уверена, что машину Гарри заметили почти все соседи и теперь поползут слухи о моем новом «парне». Здесь всегда так происходит.
Больше всего мне запомнился и понравился тот момент, когда Гарри что-то сказал Найлу, а тот схватился за живот от смеха и запрокинул голову вверх. Я услышала его заразительный смех даже в доме и сама чуть не засмеялась. Несколько раз Гарри замечал меня в окне и каждый раз слабая улыбка появлялась на его лице. Найл же не смотрел в мою сторону.
Я ушла к себе в комнату собирать сумку. Через пару минут ко мне забежал Карл и звонким голосом спросил, уехал ли Гарри. Я ему ответила, что он со своим другом чинит машину и скоро мы уедем. Карл сразу же поник от этой новости, от чего я пришла в недоумение. Почему его это так расстроило? Неужто они с Гарри подружились?
Спускаюсь на первый этаж с сумкой в руках и как раз в этот момент я замечаю в окне, как Гарри и Найл направляются к дому. Гарри заходит как к себе домой, а за ним заходит его друг. Я здороваюсь, блондин даже протягивает мне руку для пожатия и я ее пожимаю, улыбаясь.
— Подожди, это я с тобой на вечеринке курил? — спрашивает Хоран, указывая на меня пальцем, и смотря то на меня то на Гарри. Ох, нет...
— Ты, что, куришь?! — удивленно кричит мне Карл из кухни. Я закатываю глаза. — Я позвоню маме, чтобы она тебе сигарет купила, вместо вкусняшек?
— Завались, я не курю! — кричу брату в ответ повернув голову в сторону кухни, словно из-за этого мой голос станет громче, а затем перевожу злобный взгляд на Найла.
— Упс? Прости, — шепчет он, — а кто там?
— Да брат ее младший. Славный парень, кстати, — отвечает за меня Гарри и я пытаюсь скрыть свое изумление. Значит, все-таки, подружились.
— Так, подожди, — вмешивается блондин, — то есть тогда, на вечеринке ты говорила про...
— Найл! — со страхом в голосе вскрикиваю я. — обсудим потом, хорошо? — натянуто улыбаюсь ему. Он чуть второй раз подряд не накосячил! Чуть не растрепал то, что в тот вечер я жаловалась Найлу на Гарри, но тогда я еще понятия не имела, что они, черт возьми, близкие друзья. Только я могла так облажаться, теперь Найл хранит мой маленький секрет. Вижу слабую ухмылку на лице Хорана и понимаю, что он специально взболтнул лишнего. Ну я ему устрою... Смотрю на Гарри, который стоит в не понятках и хмурится.
— Так вы реально знакомы что ли? Чего ты раньше не сказала? — подает Стайлс голос.
— А зачем? — посмеиваюсь я и Гарри закатывает глаза.
— Ладно... Готова ехать? — спрашивает мой «парень».
— Да, — неохотно отвечаю я. Если бы мы правда с Гарри встречались, я бы задержалась дома подольше. Здесь хорошо, когда родители на работе.
Карл прибегает из кухни с набитыми едой щеками и, не пережевав, тараторит:
— Уже уезжаете?
— Прожуй, а потом говори, — повернувшись к нему лицом, ругаю его. Сколько можно меня позорить? То папа, то мама, теперь брат!
— Да пшла ты со своими указами, — фыркает он и кусочек яичницы вылетает из его рта и приземляется прямо пред ногами Гарри и Найла. Слышу их сдержанные смешки за спиной.
— Ой, я уберу, — говорит Карл и еще один непережевынный кусочек покидает его дырявый рот. Он поднимает на меня округленные глаза и прикрывает рот ладонями.
— Карл!!! — кричу я и Карл убегает обратно на кухню, а Стайлс и Хоран начинают откровенно ржать над нами. Шиплю от злости, закатывая глаза, щеки загораются из-за негодования и стыда...
Спустя пять минут, когда брат вытирает пол, я знакомлю его с Хораном. Найл сказал Карлу, что тот теперь его кумир и глаза моего брата засверкали от радости и счастья. Ведет себя, словно пятилетний, ей-богу. После Гарри и Найл прощаются с Карлом, он смотрел на Гарри с каким-то воодушевлением, этот взгляд я надолго запомнила.
Я попросила Гарри подождать меня на улице, так как мне нужно срочно поговорить с Карлом наедине, по поводу того, что он спалил меня маме и я попала в эту кошмарную ситуацию. Смотрю на брата злым взглядом, чтобы он понял, что сейчас у нас будет очень серьезный разговор. Он садится на диван, я же остаюсь стоять напротив него, чтобы лучше видеть эти наглые щенячьи глазки.
— Итак, начнем, — со вздохом начинаю я, истерически потерев ладонями, — зачем ты показал маме мой инстаграм, а в особенности последнюю фотку? — бросаю на него выжидающий взгляд: эмоции на лице Карла сменяются с испуганных на недоумевающие, что и меня приводит в недоумение. Я хмурюсь, сдвигая брови к переносице.
— Но, я не показывал ей ничего... — отвечает Карл и отводит задумчивый взгляд в пол. Не понимаю.
— Хорош врать, мама сказала, что ты показал ей мою фотографию с Гарри!
Брат чуть подскакивает на диване от негодования, в глазах читается раздражимость и начинающая зарождаться злость.
— Я даже не знаю твоего никнейма!
— В смысле, мама же... — я замолкаю. Брат складывает руки на груди и выпячивает губы, мол я виновата, что наехала на него, и он явно ждет от меня извинений.
— Вот черт... — бубню себе под нос, — ладно, пока Карл, — бросаю ему перед тем как выбежать на улицу. Слышу его возмущенный вопль вместо прощания. Если брат не показывал ей ничего, как сказала мне мама, значит ли это, что ей сказал кто-то другой про моего парня. Ну, конечно... Кто же это еще мог сделать, кроме как не мистер-я-не-оставляю-бывших-в-покое-потому-что-тупой-баран!? Чувствую, что моя грудная клетка начинает быстрее вздыматься и опускаться, а по телу разливаются неприятное тепло и дрожь. В области позвоночника выступает холодный пот мелкой россыпью капелек. Будто озноб начался. Чертов ублюдок, все ему испортить надо, везде залезть, куда не просят!
— Кхм... Ты в порядке? — кричит мне Гарри с другой стороны дороги. Только сейчас поднимаю на него хмурый взгляд и замечаю, что Гарри терпеливо ждет меня, оперевшись на капот машины. Я киваю ему, не в силах ответить, и продолжаю тупо стоять и пялиться на свои ботинки. Озарение снизошло до меня, черт возьми. Через две минуты раздумий вижу мужские ботинки рядом со своими, поднимаю голову и вижу Стайлса перед собой. В его изумрудных глазах нескрываемое любопытство и.. забота? Он, неожиданно для меня, с нежностью приподнимает мое лицо за подбородок, заставляя смотреть на него, не отводя глаз. Во взгляде его мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьезного, нежность. Он буквально читает меня как открытую книгу, мурашки пробегаются по моему разгоряченному, разъяренному телу и я с трудом закрываю глаза. С шумом втягиваю побольше зимнего воздуха в легкие, пытаясь успокоиться. Когда распахиваю веки, взгляд Гарри уже сменился на гипнотический и таинственный, словно он что-то секретное прочитал в моих глазах.
— Что-то произошло? — наконец спрашивает он хирплым голосом, разрушая невыносимую для меня в данный момент тишину.
— Я кое-что поняла, чего не должна была узнать. Но это пустяки. Моя проблема, — с горькой усмешкой отвечаю парню и часто мигаю, потому что чувствую подступающие жгучие слезы от части из-за своей тупой безысходности, от части из-за столь чрезвычайно внимательного Гарри. Кажется, я никогда не получала столько внимания. Ни от родителей, ни от друзей, ни от бывшего... Стараюсь глубоко дышать. Я когда-нибудь смогу спокойно жить?
В следующую секунду Гарри притягивает меня в свои успокаивающие спасительные объятья. И я таю. И я теряюсь. Вдыхаю запах его одеколона и, кажется, все проблемы отступают на второй план. Прижимаюсь к нему сильнее, крепко обвивая его торс хрупкими руками, и слышу умеренный стук его сердца. Бессознательно улыбаюсь. Спокойно. Мне нравится. Две слезинки предательски скатываются по щекам, но Гарри об этом не узнает. Парень кладет свою голову на мою, зарываясь носом в мои волосы, от чего мне немного щекотно. Он посмеивается и начинает мне убаюкивать, тихонько качая нас из стороны в сторону.
— Ты оказалась приемной, да? — произносит Гарри где-то сверху.
Что?
Пытаюсь вырваться из его объятий, но тщетно: он слишком крепко меня держит, хохоча при этом во весь голос. Я словно мышка попалась коту в лапы, мне не выбраться. Гарри утыкает мою голову в свою грудь и теперь мне нечем дышать.
— Гарри! — кричу я, но выходит тихо, — не смешно! — а сама смеюсь. Хлопаю Гарри по спине, сдаюсь, мне не хватает воздуха. Он отпускает меня и я отступаю от него на шаг, смотрю на него. Гарри широко улыбается, пытается сдержать смех, я улыбаюсь в ответ, его улыбка очень заразительна. Стайлс подает мне руку и я не долго думая, подаю ему свою и мы направляемся к машине, чтобы наконец-то уехать из этого ада.
Когда мы отъехали от дома где-то на милю, я позвонила матери и предупредила, что мы уехали обратно в Бостон, на что она слова плохого не сказала, а только пожелала удачной дороги. Я ничего не стала говорить ей по поводу ее лжи, только не при Гарри. Может, когда мы будем на едине, я ей все выскажу. Ее выходка по поводу Мэтта до сих пор приводит меня в ужас до такой степени, что меня аж мандраж берет.
***
Распрощались мы с Гарри хорошими друзьями, чем я несказанно рада. Захожу в дом, дверь оказывается открытой, значит, Хелена дома. Бросаю сумку на пуфик в прихожей, переобуваюсь в тапочки и почти бегу на поиски подруги. Столько всего рассказать надо, мне уже не терпится с ней увидится и поболтать. Много времени на поиски не уходит - Хелен оказалась в своей спальне. Мы визжим от радости, когда замечаем друг друга и бросаемся в крепкие объятья. Я так рада, что она наконец-то выздоровела!
Мы заказываем суши и роллы, сегодня у нас небольшой праздник. Также Хелен уговорила меня открыть бутылочку игристого вина, на что я сразу же согласилась. Неделя для меня выдалась трудной и бессонной. Так я и провела сегодняшний день и вечер - вместе с лучшей подругой. Она рассказала, как провела неделю у родителей, болея и страдая, окруженная любовью и заботой близких. Я рассказала ей про поцелуй и ужин с родителями со всеми вытекающими; рассказала ей свои подозрения насчет того, что это Мэтт рассказал маме про нас с Гарри, а не мой младший брат, и Хелен меня в этом поддержала. Девушка сказала мне, что, когда последний раз виделась с Мэттом, в первый день ее болезни, он очень странно себя вел и на удивление, почему-то не спрашивал обо мне, хотя эта тема для него была самой излюбленной. Выпив пару бокалов вина, я позволяю себе отпустить всю ситуацию и наконец, расслабиться. Хелен честно призналась, что в шоке от того, что со мной тут происходило в течение недели и искренне сочувствует мне. Больше всего ей понравилась история про поцелуй: она думает, что он многое значит и считает, что Гарри не был под действием наркотиков, потому что по ее словам он не похож на человека, который таким занимается. Я не знаю, что и думать. Знаю только то, что не хочу больше вспоминать об этом. Я же пообещала больше не видеться с Гарри.