Глава 10
С самого утра ко мне снова пришёл Луи. Он снова извинялся. Я не хотел его слушать, поэтому просто послал его. Пусть даже не приходит сюда. Потом ко мне пришли остальные парни и наши музыканты. Они тоже не знали про нас с Луи. Ребята им рассказали и, конечно, были рады, но после того, что сделал Луи, они не приняли его. Найл сказал, что позвонил моей семье и всё рассказал. Они ждут меня уже дома. Кстати, тур отменяется. И всё из-за меня. Тысячи, миллионы людей купили билеты на наши шоу, сделали плакаты, у всех хорошее настроение, а сейчас что? Они не смогут прийти на наш концерт и всё, что они делали — коту под хвост. Обидно. Всё из-за меня.
Прошло 2 недели, 18 февраля
Сегодня меня выписывают. Слава богу. Мне уже надоело видеть эти белые стены и шприцы. За мной заехал Найл.
— Привет, Хазз! — закричал он, входя в мою палату.
— Привет, Найл. Куда едем? — я встал с койки и взял свою сумку с вещами. Мы направились к выходу из палаты.
— Сейчас мы летим домой.
— Как домой? А концерты?
— Хаз, с твоей ситуацией никакой речи про концерты и быть не может. Нас вдвоём уже ждёт самолёт. Частный. Так что, всё хорошо, — я улыбнулся. На встречу к нам шли Каст, Нил, Жак и Поли. Они так же были у меня каждый день. С Поли мы очень хорошо сдружились.
— Кудряш! — Поли кинулась ко мне. Я поднял её на руки, поддерживая её за попу, чтобы она не упала.
— Привет, солнце.
— Поли! Слазь с Гарри! Ты не маленькая и уже тяжелая. А Гарри поднимать тяжести нельзя! — прокричала Тина.
— Ти, она не тяжелая. И она не тяжесть, а радость. Тем более, когда я ещё смогу подержать ребёнка на руках? Своих у меня не будет. А она лёгкая как пушинка, хоть ей и 12 лет, — я покружился с ней на руках. Поли засмеялась.
— Ладно, пошлите, — сказал Найл и мы, выйдя из больницы, сели в такси и поехали в аэропорт.
Мы заказали большую машину специально, чтобы мы поехали все вместе. По дороге, в такси заиграла «What Makes You Beautiful». Боже, наша самая первая песня. Я обожаю её. И, конечно, у Поли началось подпевание. Я попросил таксиста уменьшить громкость и сказав Найлу на ухо «Давай. Споем?», мы начали петь песню. К нам присоединились и остальные. Все в машине пели. Короче, до аэропорта мы доехали весело.
Доехав к аэропорту, мы вышли из машины и зашли в сам холл. Здесь мы попрощались с Тиной и её семьёй, сказав, что ждём их завтра, когда у них закончиться отдых и пошли к самолету. Оказывается, улетают так же и парни. Я думал, что они уже улетели.
— Привет! — прокричал Зейн. Он кинулся ко мне и обнял. Я обнял в ответ.
— Привет, Зейн, — к нам подошёл Лиам и Томлинсон. Лиам так же обнял меня.
— Как ты? — спросил Лиам.
— Всё отлично. Немного больновато, но не больней лишаться девственности, — парни засмеялись, а Томлинсон отвел взгляд. Вспомнил, видимо, мой день Рождение.
— Ладно, я пошёл грузить вещи, — сказал Найл.
— А мы уже пойдём в самолёт. Через пять минут взлет, — они ушли. Мы с Томлинсоном так и стояли на месте, смотря вниз.
— Здравствуй, Гарри, — начал он.
— Здравствуй.
— Мы едем домой?
— Смотря, что ты имеешь под словом «дом». Дом — это место где тебя любят, ждут и защищают. Мой дом — на Victoria St. Там, где живут мои родители. Или на Oxford. Там мой дом. А в доме на Baker Street живи сам. Сегодня я забираю оттуда свои вещи. Мне там теперь не место. Там меня не защищают, не ждут и не любят.-я прошёл мимо него зашагал к самолету.
— Да любят тебя там! Как ты понять этого не можешь?! — закричал он. Я остановился, когда ступил уже на первую ступеньку трапа и обернулся, а он упал на колени. — Я искренне прошу прощение. Я знаю, я — сука. Но, я правда люблю тебя! — слава богу, что сюда не пускают журналистов и других людей. Сегодня аэропорт наш. — Я тебя люблю! — закричал он во все горло. У меня в груди что-то защемило.
— А я тебя больше нет, — я развернулся и оставил там его одного. В дверях самолёта стоял Найл и смотрел на эту картину. А в другом самолёте в дверях стояли Зейн с Лиамом, и так же смотрели на нас. Я молча прошёл мимо Найла и сел на кресло, пристегнувшись. Через секунду я услышал душераздирающий крик, который пронесся по всему аэропорту. Крик Луи. Через пару секунд, ко мне сбоку в кресло сел Найл и пристегнулся.
— Жестоко, — первым разрушил тишину Найл.
— Но заслуженно, — он кивнул и мы взлетели. Мне приходили сообщения от фанатов, спрашивая что со мной, почему не будет концертов и всё в этом духе. Так же мне приходили сообщения от семьи, спрашивая когда мы прилетим. Я отвечал, что через часа четыре.
Прошло 4 часа
Мы летим уже четыре часа и я уже вижу знакомый аэропорт в Лондоне. Родной Лондон! Нам объявили о посадке. Мы пристегнуться и уже через пять минут, выходили из самолёта.
— Подвезти тебя? — спросил Найл, который шёл сзади меня.
— Если можно. Сначала на Victoria, а потом на Baker и если не трудно отвезёшь меня ко мне домой на Oxford. Если не трудно.
— Конечно не трудно, — мы забрали вещи и вышли из аэропорта. Найдя машину Найла, мы сели в неё и поехали к наш... К дому Луи. Дом находился не очень далеко от аэропорта. Поэтому мы доехали очень быстро.
— Мне с тобой? — спросил Найл, когда мы припарковались и подошли к входной двери в дом.
— Я справлюсь Найл. Пока я собираюсь, съезди к себе. Это не далеко, — он кивнул и уехал.
Дом Найла находился всего через три квартала. Я открыл дверь и зашёл в гостиную. Там до сих пор было так, как в день нашего отъезда. До сих пор пахнет любовью, на стенах весят наши совместные фото. На них мы улыбаемся. Мы были счастливы. Ключевое слово здесь «были». Это прошло. Я медленно прошёл по лестнице, попутно рассматривая фотографии, которые висели на стене. Я вспоминал каждый момент, каждую секунду, каждое слово, каждое прикосновение... А сейчас что? Каким я был идиотом...
Зайдя в бывшую нашу с Луи комнату, я взял ещё одну сумку и начал складывать туда свои вещи. Я услышал хлопок двери и чьи-то шаги. Луи. Он зашёл в комнату и остановился на месте.
— Гарри? — сказал он после минутного молчания.
— А ты ожидал кого-то другого здесь увидеть? — я продолжал складывать свои вещи в сумку, бегая по комнате.
— Хазз, может останешься?
— Во-первых, Гарри. Во-вторых, за мной сейчас заедет Найл. В-третьих, зачем? Смысл мне здесь оставаться? Ты причинил мне боль. Физическую и душевную. Мне противно тебя видеть. Мы никто друг другу. И я не собираюсь жить в одном доме с чужим мне человеком, — я застегнул сумку и последний раз осмотрел комнату. Вроде ничего не забыл.
— Я стал чужим для тебя? — я вышел из комнаты и пошёл в гостиную. Там я забрал ещё книги и пару вещей.
— А как ты думал? — застегивая сумку, спросил я. — Ты думал, что я прощу тебя? Поцелую и скажу, что я люблю тебя и забуду про это? Нет, Томлинсон. Никогда, — я подошёл к нему. — Ты совершил огромную ошибку в своей жизни.
— Знаю. Я думал, что хотя бы где-то в глубине ты любишь меня.
— Конечно, люблю, — он поднял свои глаза на меня. — Но боль и злость заковали это чувство и оно не может выбраться. Боль и злость преобладают сейчас. И никто уже не сможет освободить любовь. Даже ты, — я посмотрел в его глаза. Я развернулся и открыл входную дверь.
— Прости, — услышал я перед тем, как уйти.
— Томлинсон, мне нахрен не нужны твои извинения. Они сейчас ничего не значат, — я закрыл дверь и сел в машину Найла, который подъехал минуту назад. — Поехали, Ни. Мне хреново.
— Я понимаю, — мы тронулись с места и поехали в дом моей семьи. Всю дорогу мы молчали. Найл понимал, что мне плохо, а я просто сидел, смотрел в окно и думал о своём.
— Приехали, — отвлек меня голос Найла. Я кивнул и мы вышли из машины. На пороге нас уже встречала мама с Робином. Увидев нас, мама кинулась ко мне.
— Сыночка, — она крепко меня обняла. — Маленький мой. Тебе больно? Боже, рука! Надо намазать мазью, — я остановил её.
— Мам, со мной уже всё хорошо. Я жив. С рукой тоже всё хорошо и не надо её ничем мазать. Я лекарства уже видеть не могу.
— Ладно, — ко мне подошёл Робин и пожал мне руку.
— Рад видеть тебя, — сказал он, обнимая меня.
— Я тебя тоже, — мы с мамой зашли на кухню, где уже ждала Джемма.
— Братишка! — она обняла меня. — Еще болит?
— Уже нет, Джеммс. Я заскочил к вам на часок, второй. Я к себе ещё хочу, — на кухню заходят Робин с Найлом.
— Без обеда мы вас никуда не отпустим, — сказали мама и Джемма вместе. — Мы что, зря готовили?
— Нет, не зря. Я, например, голодный, — сказал Найл, садясь на стул.
— Ни, ты всегда голодный, — засмеялась Джемма.
— Что? Энн очень вкусно готовит.
— Ладно, давайте есть, — сказал Робин и все сели за стол. Было очень вкусно. Да, мои девочки умеют готовить.
Спустя 2 часа
— Ладно, семья, я поехал. Сейчас уже 3 часа дня. Хочу ещё у себя отдохнуть, — сказал я, вставая со стула и поднимая за собой Найла.
— Ладно, приходите чаще, — сказал Робин. Мы обнялись и мы с Найлом поехали ко мне домой. По дороге мы вспоминали нашу посиделку. Хорошо было. Мы не часто так можем собраться и просто поговорить.
— Ладно, до завтра, Найл, — я обнял Найла.
— До завтра. Сейчас ты приходишь и ложишься в кровать! У тебя постельный режим, — я улыбнулся. — Если что — звони.
-Конечно. До завтра, — я подождал, пока Найл уедет и зашёл свой дом. Я купил его всего два месяца назад, когда мы только начали встречаться с Томлинсоным. Я прошёл в гостиную и начал вспоминать, как мы выбирали сюда мебель, обои, планировали сюда переехать. Я до сих пор помню этот момент.
11 декабря 2012
— Гарри, я не верю, что ты наконец-то купил дом. Ты так долго его выбирал, — сказал Луи, обнимая меня за шею. Я обнял его за талию.
— Я хотел, чтобы в доме, в котором буду жить, было уютно. И вот, я нашёл то, что нужно. Согласись, этот дом потрясающий. Недалеко живет Найл. Удобно, — я поцеловал его в нос.
— Но далеко от меня, — Луи поцеловал меня, углубляя поцелуй. — Мм... — он отстранился от меня. — Знаешь, а давай обустроим твой дом. Там мебель поищем, обои. Но с одним условием, — я выгнул бровь. — Я буду жить с тобой, — Луи положил само руки мне на попу и пододвинул к себе.
— Это даже не обсуждалось, — я поцеловал его в нос.
Спустя 10 дней
— Ахахаха, Лу. Стой, остановись! — Луи продолжал меня щекотать. — Мы не можем закончить клеить обои. Лу!
— Хорошо, но только ты должен меня поцеловать, — он остановился. Я потянулся к нему за поцелуем, а он ко мне. И вот, мы лежим на полу, вокруг лежат куски обоев, клей, клеенка, а мы лежим и целуемся... Мда, романтикой, конечно, не назовешь, но всё же.
— Воу, воу, ребят, — услышали мы с заде нас. Мы отпрянули друг от друга и посмотрели на этого человека. Найл. — Я, конечно, всё понимаю. Но не при мне же! — он стоял с закрытыми рукой глазами. Мы с Луи переглянулись и тихо захихикали.
— Ты нам не мешаешь, — сказал Луи, лежа на мне.
— А вы мне да. Я значит прихожу и вижу, как два моих друга лежат не полу и чуть-ли не сексом занимаются, — мы встали с пола и обтряхнулись.
— Ну не занимаемся же. И в ближайшие недели не собираемся, — Луи взял клей и намазал стену, а затем приклеил обои.
— Ну ладно, давайте продолжать.
Прошло 8 дней
— Да, Гарри, дом получился суперский, — я сидел на диване, голова Луи была на моих коленях, а остальное тело Лу лежало на диване. Я снова осмотрел гостиную. Она была выполнена в старом стиле. Я вообще люблю всё старое. Чем старше вещь, тем лучше.
— Согласен. Здесь очень уютно. Ты когда ко мне переедешь?
— Давай поживем сначала у меня, а потом будем решать.
— Окей, — я чмокнул его в нос. Он захихикал.
— Видимо, нос — твоя самая любимая часть моего тела, — я улыбнулся.
— У нет таких частей тела, которые бы мне не нравились. Ты идеален. Для меня. Я люблю тебя.
— До Луны?
— И обратно.
Настоящее время
Мда...Тогда даже не подозревал, что такое может случиться. На стенах так же, как и в доме на Backer висят наши фото. Их слишком много. Слишком. Надо будет прибраться. Кстати, прибраться. Здесь везде сантиметр пыли. Сколько же я здесь не был?
Я пошёл в свою комнату, положил сумку с чемоданом и взяв тряпку, начал вымывать дом. Не из легких работенка, но труд нам не страшен. Начал я с гостиной. Сначала я снял все фото и выбросил их в мусор. Оставил я только одну: где мы с Томлинсоным на Х-факторе. Мне она напоминает хорошие времена, мне тогда было всего лишь шестнадцать. Это фото я поставил в новую рамку и поставил её на журнальный столик.
Спустя 2 часа
Я убрался в доме и ужасно устал. Поднявшись в свою комнату и раздевшись, я лёг в свою теплую постель. Что-то в доме холодновато. Вдруг мне пришло сообщение. Я потянулся за телефоном, который лежал на тумбочке и разблокировал его. Сообщение от Поли.
«Привет, Кудряш. Мы уже в аэропорту, ждем взлета. Соскучилась сильно. Как ты там? Жди нас завтра, но сначала пришли адрес. Люблю. Спокойной ночи)))»
Я улыбнулся и начал печатать ответ.
«Привет, Полз. Я тоже скучаю. Со мной всё хорошо, убрался в доме и ужасно устал. Backer 24/6. Удачного перелета. Люблю больше))))»
Напечатав ответ, я положил телефон под подушку и начал засыпать. Я сильно соскучился по сцене. Сильно. Быстрей бы мне разрешили выйти на сцену... Спокойной ночи.