Ты показал
Как ты мог, вот так поступить со мной?
Я любил тебя больше жизни. Я испытывал к тебе самую сильную, преданную, чистую любовь, которая только может быть. Но ты меня не замечал. У тебя было все, что ты пожелаешь - друзья, девушки, деньги, знания, репутация. У тебя было все, тебя любил весь Волшебный Мир, ты был всем. Святой мальчик-который-выжил. Зачем же тебе был нужен я, такой одинокий, жалкий, маленький, разоренный. Я был ничем, посравнению с тобой.
Я всегда смотрел на тебя, Поттер. Пытался запомнить каждую твою черточку, каждую деталь. Ты ведь просто необыкновенный, Гарри. Я был счастлив лишь от того, что имел право смотреть на тебя, хоть иногда.
Но ты удостоил меня небывалой чести, когда стал ловить мои взгляды. Это было так... Твои взгляды вызывали у меня мурашки. Но тебе казалось было этого мало. Ты прикасался ко мне. Сначала робко и изучающе, затем свободнее и развратнее. Твои теплые прикосновения сводили меня с ума даже больше, чем взгляды. Твои сильные руки, ласкающие губы, жаркие объятия. Ты был очень нежен и осторожен. А иногда груб и властен. Ты был идеален. Ты чувствовал меня, всегда знал, чего я хочу. Частенько мне казалось, что мы созданы друг для друга, настолько хорошо мы понимали друг друга. Нам даже не всегда нужно было говорить, когда мы оставались наедине. Ты знал меня даже лучше, чем я себя.
Ты любил меня, мое тело, мою изуродованную войной душу. Ты любил мои руки, губы, прикосновения, абсурдные мысли, мои волосы, мой характер, всего меня. А я любил тебя. Тебя всего, это было так невероятно, я даже не знал, что бывает вот так, вот так сильно и взаимно. Вот так чувственно и крепко.
Ты был первым во всем. Ты был первым, кто целовал меня, ты был первым, кто понял меня, ты был первым, кому я позволил прикасаться к себе, ты был первым, кому я отдал себя без остатка. Ты показал мне космос, Поттер. Думаю, если бы в мире остались только мы вдвоем, я не был бы против.
Каждая секунда нашей разлуки была пыткой. Ты такой невероятный, нереальный, потрясающий, сводящий с ума, Гарри, ты знал? Тебе кто-нибудь говорил это? Конечно говорили. И не один раз, знаю. Но нет таких слов, способных описать мою любовь к тебе. Ты как наркотик. Чем больше тебя в моей жизни, тем больше я грязну, тону в тебе. И совсем не хочу всплывать.
Никогда я не думал, что после войны смогу быть счастлив. Я думал, что Волдеморт убил во мне все эмоции, кроме страха. Я даже не чувствовал боли. Но ты словно разбудил во мне вулкан чувств. И как ты только это делаешь, остаешься таким живым, веселым, добрым после того, что тебе пришлось пережить? Твое настроение очень заразительно. В моей душе словно расцвел сад ярких, сладко пахнущих, больших цветов. Столько я еще никогда чувствовал, таким живым я еще никогда не был. Не знаю, что ты со мной сделал. Ты оживил меня. Сделал из бездушной, блеклой куклы самого счастливого человека. Я очень тебе за это благодарен, Гарри, спасибо. Жизнь начала играть самыми яркими красками, как только ты появился.
Мы закончили Хогвартс вместе. Мы вместе пошли учиться. Мы вместе сдали экзамены и поступили на работу, ты - аврором, а я - зельеваром. Мы даже купили небольшую квартирку в Лондоне. Она была бедной, обшарпанной и маленькой, но зато нашей. Это было наше с тобой местечко. Здесь мы наконец чувствовали себя полными.
Я так любил каждый вечер, проведенный вместе с тобой. Когда мы сидели у камина с чашками горячего чая, когда ты обнимал меня, гладя по волосам и рассказывая о том, как прошел твой день на службе, когда ты мягко и нежно целовал меня в лоб, когда читал вслух очередную маггловскую книгу, когда согревал горячими после чая губами мои холодные губы, когда осторожно и заботливо раздевал меня, когда брал прямо на ковре, перед камином. Мерлин, я готов отдать все на свете, чтобы снова прожить хоть один такой вечер с тобой.
Твоя работа - самая ужасная работа, которая только может быть. Она опасная, я всегда говорил тебе это. Каждый день, приходя в пустую квартиру, я волновался, пока не слышал знакомый звон ключей в замке. Но ты всегда утешал меня, не давал придаться страху. Даже ночные кошмары снились намного реже, когда ты обнимал меня, прижимал к себе и вытирал слезы, текшие по щекам, когда целовал лицо и шептал на ухо о том, что это всего лишь сны. Ты был тем, кто всегда мне поможет, потому что знает, как себя самого.
Помню, как мы лежали на нашем старом диване и говорили о будущем. О том, что когда накопим достаточно денег, купим домик на берегу моря. Он будет самым уютным из всех, которые только могут быть. О том, как будем засыпать и просыпаться от приятного шума волн о песок, о том, что возможно заведем феникса, пестрого и красивого. О том, что скорее всего у нас будут дети - девочка и два мальчика. О том, как они поедут в Хогвартс и станут самыми одаренными волшебниками. О том, как мы будем устраивать пикники на пляже в теплые солнечные дни всей семьей. О том, как будем звать на выходные в гости Гермиону, Рона и их детей. О том, как будет весело и шумно. О том, как маму выпустят из Азкабана и она приедет к нам в гости, чтобы увидеть наше счастье. Чтобы она тоже стала частью нашей семьи, нашей жизни. Я не хотел этой жизни ни с кем, кроме тебя, Гарри. Даже, если ты работаешь на своей дурацкой, опасной работе.
Я помню тот вечер, когда к нам в квартиру пришла Гермиона. Она плакала. Она была бледной. У нее тряслись руки. Она обняла меня и тихо сказала то, что ты погиб на задании.
Я не поверил. Я подумал, что это какая-то злая шутка. Этого просто не могло быть. Ты просто не мог.
Все, что было - наша любовь, наши чувства, наша квартирка, наши воспоминания, наша семья, наши мечты, наши планы... Это все просто разрушилось на маленькие кусочки.
Я не мог в это поверить. Думаю на осознание мне потребовалось минут пять. А потом я почувствовал, как душа рушиться, трескается и распадается на миллион маленьких, больно режущих кусочков.
Слезы. Слезы текут по щекам, обжигая кожу.
Руки. Руки неимоверно трясуться.
Боль. Боль пронизывает меня.
Неверие. Я не могу принять то, что произошло. Этого просто не может быть. Ты показал мне, что такое любовь, научил любить и быть любимым, показал, что такое настоящее счастье, показал, какого это - быть живым. А потом просто ушел. Навсегда. Даже не попращавшись. Как обычно утром поцеловал меня в щечку и хлопнул дверью, отправляясь на свою ужасную, опасную, отвратительную работу, даже не подозревая, что уже больше никогда не вернешься в эту квартирку, что уже никогда больше не поцелуешь меня.
Меня разрывает на части. Я все еще не могу принять то, что наша квартира теперь холодна и пуста. Не могу поверить в то, что не будет больше этих теплых, уютных вечеров. В то, что ты больше не утешишь меня от кошмаров, не притянешь в свои объятия, не пожелаешь спокойной ночи, не прикоснешься к моей коже, не приготовишь завтрак, не сводишь в кафе, не насмешишь очередной глупостью, не подаришь мне свою улыбку.
В то, что тебя больше нет.