Глава 35
Дамблдор гладил Фоукса, который умными глазами смотрел на хозяина. Волшебник так и не уснул той ночью, пытаясь понять, что же значили слова слизеринца, но прошел месяц, а разгадку старик так и не нашел. «Кто научил тебя окклюменции?» — спросил Альбус, и Поттер ответил коротко, просто и совершенно серьезно: «Смерть».
— Что же он имел ввиду? — протянул Дамблдор, гладя шелковые перья волшебной птицы. — Что значит «Смерть»?..
Эмма, которая за последние годы полюбила бродить по Хогвартсу, заливисто смеялась, но старик не мог ее услышать. Девушка вообще полюбила этот замок. Здесь было много тайн и загадок, куда интереснее, чем пустота. Правда, сейчас ее совершенно не устраивало присутствие неподалеку дементоров. Этих тварей не любила даже она. Многие ошибочно считали, что дементоры — воплощение смерти, но на самом же деле они являлись воплощением ненависти. Эмма уже не помнила, как давно они появились, но прекрасно знала, что эти существа страшнее смерти. В отличие от ненависти, смерть может приносить успокоение и облегчение, а ненависть может лишь разрушать и уничтожать. Даже Эмма этим тварям не указ.
***
— Карта просто!.. — глаза Блейза восторженно блестели, пока он рассматривал полностью развернутую карту.
— Брат, это нечто! — Драко склонился над пергаментом. — Смотрите, кто-то явно шалит, — усмехнулся он, указывая на парочку, зажавшуюся в углу.
— И сейчас их заметит Филч, — улыбнулась Гермиона, показывая на двигающегося к ним завхоза.
— Любители, — фыркнула Пэнси, тряхнув волосами. — Ничего не умеют.
— Зато мы теперь даже без мантии сможем бродить ночью и избегать учителей, — хищно оскалившись, сказал Драко.
— А что еще лучше, мы избежим сотен проблем, — кивнул Гарри, собирая карту.
***
Гарри с удовольствием смотрел на Пэнси и Гермиону, которые с восторгом обсуждали, что со следующей недели Сириус начнет учить их всех на анимагов. Это был подарок Слизеринской принцессе на День Рождения, и она была в восторге. За эти несколько месяцев обучения, Гарри понял, что может доверять крестному, конечно, не все, но хотя бы отчасти.
Девчонки мечтали стать анимагами, а парень не мог отказать им в такой малости. Конечно, слизеринец сделал это не только для того, чтобы порадовать подруг, но и для того, чтобы сблизиться с крестным, проверить его и подобраться к Дамблдору. Бескорыстным этот поступок можно назвать с большой натяжкой. Карма же вернулась к Гарри бумерангом. Гермиона и Пэнси уговорили парней так же тренироваться вместе с ними, что будет отнимать много времени. Это немного не вписывалось в планы Гарри, но, опять-таки, он не смог отказать девчонкам.
Хмыкнув, Поттер отошел к окну и посмотрел на черную полосу Запретного леса вдалеке. Юношу удивлял тот факт, что Дамблдор так и не начал расспрашивать его об окклюменции, но Гарри это было только на руку. Не хватало еще чтобы этот старик влез еще и в это. Длинный нос директора Хогвартса и так появлялся везде, где не просят.
Занятия с Северусом по вызову патронуса проходили просто прекрасно. У всех «драконят» был сильный мотиватор — защититься от дементоров, которых нередко замечали неподалеку. Удивительно, как они еще не начали нападать на студентов, хотя, жители Хогсмида уже начали жаловаться. Гарри, когда было настроение, выбирался по ночам к Черному озеру или бродил по лесу в мантии-невидимке и несколько раз натыкался на этих тварей. Эмма после этого страшно ругалась, но юноша успешно закрывал свое сознание.
— А ты как думаешь? — спросила Пэнси, вырывая слизеринца из раздумий.
— Что думаю? — Гарри дернулся, поворачиваясь к остальным лицом.
— Какой у тебя телесный Патронус? — брюнетка вопросительно выгнула левую бровь, а потом фыркнула. — Опять задумался? Что творится в твоей голове? — Паркинсон удрученно покачала головой и грациозно села на диван. — Мне кажется, я выбираю не то воспоминание для Патронуса, поэтому ничего и не выходит.
— Возможно, — пожал плечами Блейз, развалившись на диване напротив. — У меня другой вопрос. Неужели этот год пройдет спокойно? Уже через месяц Рождество, а мы пока что ни во что не вляпались.
— А дементоры для тебя — обычной дело? — поинтересовался Драко, надкусывая хрустящее зеленое яблоко. — Может, возьмешь одного себе домой?
— А как на счет Питера Петтигрю? — Гермиона скрестила руки на груди, присев на подлокотник. — Мне кажется, это затишье перед бурей.
— А ты что думаешь? — Малфой посмотрел на названного брата. — Это ты у нас магнит приключений на одно место.
— Я думаю, мы должны отвести от себя эту бурю, — помедлив, ответил Гарри. — Какие есть угрозы? Дементоры. Мы учимся у Северуса и, думаю, делаем неплохие успехи для тринадцатилетних. Что еще? Хвост. С ним проблем больше. Как найти того, кто может быть где угодно: на другом конце света или прямо у тебя под носом?
— Учитывая то, как ты притягиваешь неприятности, Петтигрю в замке, — хмыкнула Пэнси, рассматривая свои ухоженные ноготки. — Говоришь, он обращался в крысу? — девушка встала, заговорщически улыбаясь.
— Да, мы все уже знаем эту историю, — протянул Блейз. — Четверо друзей — Мародеры. Питер обращался в крысу. И что дальше, гениальная ты наша?!
— Что, злишься, что я первая смогла придумать что-то дельное, когтевранец? — усмехнулась Паркинсон, победно смотря на друга сверху вниз.
— Пэнс, говори уже, — протянул Драко, выбрасывая огрызок яблока в мусорку.
— Он точно в облике крысы, так? Найти его можно по Карте Мародеров, а кто может поймать крысу лучше, чем кот? Насколько я помню, Живоглот — отличный охотник, — девушка улыбнулась.
— Она что, серьезно только что сделала когтевранцев? — Блейз обескураженно посмотрел на друзей. — Почему я до этого не додумался?
— Потому что я хитрее тебя, — рассмеялась Пэнси.
— Ну что, крысоловы, — зеленые глаза Гарри блеснули из-за стекол очков, — развлечемся?
— После Рождества, — отчеканила Гермиона, поднимаясь на ноги. — Крысы быстрые. Если спугнем его сейчас, шанса может больше не подвернуться, а значит все должно быть надежно.
— Мне кажется, мы тебя портим, — рассмеялся Драко. — Еще немного и начнешь нарушать правила.
— Да, я уже, — рассеянно ответила Грейнджер, а потом встрепенулась. — Гарри, пообещай, что не будешь ничего делать.
— Что я буду делать, если вы не со мной, — усмехнулся Поттер, но был вознагражден суровыми взглядами друзей. — Ладно, ладно, обещаю.
***
— Да! — Гермиона восторженно смотрела на своего телесного Патронуса. — У меня получилось!
Друзья заулюлюкали, поздравляя ее, а Северус даже улыбнулся, видя счастливое лицо девочки. Вокруг нее парила небольшая хищная птица, похожая на сокола.
Пэнси с грустью смотрела на птицу, а потом отвернулась. У нее не получался не то что телесный патронус... у нее не получалось вообще ничего. До Рождества оставалось совсем ничего, а за все это время у девушки не было никаких успехов, что начинало ее изрядно нервировать.
— Отлично, — Северус положил руку на плечо когтевранки. — Поздравляю.
— Спасибо! — Гермиона опустила палочку и сокол исчез.
— На сегодня хватит! — громко сказал Снейп. — Продолжим после каникул. Вам уже пора по комнатам.
Паркинсон с грустью посмотрела на то место, где несколько секунд назад парила птица, а потом удрученно покачала головой. У нее не было уже никакого желания что-либо делать.
Друзья вместе направились в сторону гостиных, обсуждая успехи Гермионы. Она была первой, кто смог призвать телесного патронуса. Блейз и Драко все расспрашивали подругу, какое именно воспоминание она выбрала, что чувствовала, а Пэнси брела позади, смотря себе под ноги.
— Иди без нас, — шепнул Гарри брату, заметив настроение Паркинсон.
Они поворачивали за угол, когда юноша придержал ее за руку, а потом, не говоря ни слова, потянул за собой. Они брели по пустому замку, поднимаясь все выше и выше. Только когда они были на последнем этаже, Пэнси поняла, что они почти пришли на площадку астрономической башни.
Толкнув дверь, Гарри вышел на морозный воздух, взмахнул рукой, расчищая пол от выпавшего снега, а потом сел на самый край. Слизеринка поежилась, недоверчиво осматриваясь по сторонам. Ветер завывал под крышей, снежинки кружились в воздухе, но все до горизонта было видно, как на ладони. Помедлив, она села рядом с другом, обнимая себя за плечи. Пробыв на улице всего ничего, Пэнси уже успела замерзнуть.
Поттер скосил на подругу глаза и чуть не стукнул себя по лбу. Он так отвык чувствовать разницу температур, что забыл о холоде, а ведь девушка, вероятно, уже начала мерзнуть. Сосредоточившись, он представил, что их окружает купол тепла, и вскоре на лице однокурсницы появилась слабая улыбка. Она благодарно посмотрела на друга, на что он только кивнул.
Какое-то время они молча сидели на краю астрономической башни и смотрели на горизонт. Пэнси не спешила говорить, а Гарри не трогал ее, давая возможность начать самой. Тишина ночи не угнетала, а успокаивала и умиротворяла. Казалось, если прислушаешься, то можно услышать, как тихо поют звезды, убаюкивая месяц...
— У меня не получится, — сказала наконец слизеринка, смахнув с лица выбившуюся прядь. — У меня не получится патронус.
— Откуда такая уверенность? — Гарри повернулся к подруге корпусом, внутренне радуясь, что она все же заговорила. — Ты сильная волшебница, у тебя обязательно выйдет.
— Нет, — Паркинсон покачала головой и грустно улыбнулась. — У меня нет настолько ярких и счастливых воспоминаний, чтобы отогнать дементора.
— Не может этого быть. Я тебя знаю, Пэнс, ты просто не нашла то самое.
— Помнишь, в день, когда мы покупали все для Хогвартса, ты не поверил, что родители не любят меня? — ее голос надломился, а Гарри кивнул. — На мне... я... — слизеринка явно пыталась подобрать слова, но никак не могла этого сделать. — У меня было не счастливое детство, — наконец сказала Паркинсон, поворачиваясь к нему лицом. — В нем были лишь боль, одиночество и отчаяние. Потом появился Блейз, вы с Драко, Гермиона. Вы стали моей семьей, — на глазах девушки выступили слезы, хоть она и пыталась улыбаться. — Вы все, что у меня есть. Может, я и правда не могу выбрать подходящее воспоминание, — она всплеснула руками, а слезы все же побежали по ее щекам, — но мне все больше кажется, что сильных счастливых воспоминаний у меня просто нет! Я...
— Нет, — Гарри резко притянул ее к себе, крепко обнимая, — не говори так. Счастье всегда можно найти. Пока мы с тобой, свет всегда будет в твоей жизни, я тебе обещаю, — девушка обняла его в ответ и уткнулась носом в его плечо, задыхаясь слезами. — Ты мне веришь? Пэнс? Веришь мне? — она часто-часто закивала, все еще вжимаясь в него, а потом замерла.
Слизеринец закрыл глаза и положил голову на макушку подруги, чуть качаясь из стороны в сторону, убаюкивая девушку. Дыхание Пэнси выровнялась, а хватка ослабла. Через пятнадцать минут они просто сидели в обнимку и разглядывали звездное небо. Гарри держал ее ладони в своих и рассказывал все легенды и мифы о звездах, которые знал, а слизеринская принцесса слушала его, не перебивая.
***
— Брат, я понимаю, что Рождество уже прошло, но ведь впереди еще столько времени! — простонал Драко, завалившись на кровать Гарри. — Ты серьезно не хочешь развеяться?
— Мне нужно найти кольцо, понимаешь?
— Ску-ка! — протянул Малфой, переворачиваясь на спину и раскидывая руки в разные стороны. — Даже тебе иногда нужно отдыхать! Гермиона с родителями во Франции катается на лыжах, — блондин перевернулся на живот, а потом поморщился. — Блейз неподалеку и постоянно к ней наведывается.
— Ревнуешь? — Гарри усмехнулся, виды нескрываемое недовольство на лице брата.
— Мерлин, — Драко закатил глаза. — Тебе самому еще не тошно? Давай! Будет весело, обещаю!
— Давай еще Уизли навестим, — рассмеялся Поттер, зная, как брат «любит» семью рыжих волшебников.
— Не знаю, Гермиона говорила, что хоть они и странные, но очень интересные люди, — пожал плечами блондин. — Что мы теряем?
— Ладно, — сдался наконец Гарри, поднимая руки в знак капитуляции. — Если тебе так хочется познакомиться с чудаковатыми Лавгудами...
— Зато будет не скучно, — подмигнул ему Малфой, соскакивая на пол.
— Это точно, — протянула Эмма, появившаяся из тени. — Тебе понравится Ксенофилиус. Наверное, — добавила она немного неуверенно.