6
Лёжа в тёплой постели, Драко никак не мог избавиться от мыслей.
Он действительно любил Гарри Поттера — того зеленоглазого, немного доверчивого, живого парня. Но что ему делать с этим незнакомым, холодным красавцем, что осталось в нём от того самого?
Да и Малфои не привыкли делиться.
Что же ему делать...
Завтрак все спустились уже после полудня, аромат кофе разбудил всех.
Сестры Делакур уехали сразу после трапезы, а парни остались — им нужна была информация об этих леди.
Гарольд сидел в кабинете, читая очередной отчёт гоблинов, но не мог вникнуть ни в одну строчку.
Вроде за это время достиг многого:
Мастерство, наладил заброшенный бизнес, расширился во Франции, да и внешне не сравнить с прошлым — но вот в любви полный провал.
Северус оказался подсадной уткой, а Драко, видимо, имеет чувства не к нему, а к его прошлому Я.
Если так — то он отпустит, он не привык держать кого-то силой.
Франциско не заставил себя ждать. На встречу с ним отправились втроём — нужно было представить ему Алекса и Игнатиуса.
Информация оказалась очень интересной. Но чтобы решить вопрос с «маман», нужно было вернуться в Англию — чего Гарольд не желал.
Николь проводила своего парня через камин и решила подняться к Драко.
— Ты чего тут окопался?
— Думаю, а где все?
— Гарольд, с парнями на встрече с месье Делакур, а Марк отбыл в Министерство. Так что ты решил?
— Я не знаю, Николь. Я знаю Гарри, но Гарольд для меня чужой.
— А ты попытайся узнать. А если не хочешь понять эту грань его личности — не трави ему душу. Он растерял свою наивность ещё в Англии, когда узнал, что его жизнь — сплошная ложь.
Ему нужен надёжный тыл.
— Хорошо, я пока поразмышляю, пока его нет.
Как же Гарольд ненавидел неопределённость.
Сидя за столом во время ужина, он то и дело поглядывал на Драко — он видел, что парня что-то тревожит.
— Говори уже!!! — откладывая приборы, Гарольд в упор смотрел на блондина.
— Я хотел поговорить, — начал тот и замялся.
— Так говори! Что молчишь или боишься ранить мою нежную душу? — Гарольд насупился. — Так не переживай, демону нежность не положена.
— У тебя демоническое наследие?! — воскликнул он. — И ты молчал!
— И что это меняет? — Драко, что не так? Объясни.
Успокоившись, Драко начал говорить.
— Мне действительно не безразличен Гарри Поттер, но ты — не он.
— Я тебе больше скажу: я никогда им не был. То, что ты видел в Хогвартсе — всего лишь марионетка директора, напичканная зельями и закладками. Тогда, на башне, когда ограничители слетели, я всё не мог понять:
как я — мальчишка, выросший в городских трущобах среди людей низшего сорта, который десять раз проверит, прежде чем действовать, — вдруг стал таким покладистым?
Уже у гоблинов я узнал, что мои воспоминания до десяти лет частично запечатаны, и меня силой вернули к родственникам.
Если бы не василиск, я уже был бы овощем от обилия зелий в крови.
— Драко, что ты вообще обо мне знаешь? — спросил Николь. — Весь магический мир думает, что я рос как принц. Ответь на один вопрос: ты всё знаешь о своей семье?
— Да.
— А я — ничего. Ты хоть понимаешь, каково жить, не зная даже, как выглядят родители?
Самое забавное — оказалось, что они вообще не мои родители.
Раз в три дня, если повезёт, я получаю кусок хлеба, и то, если заслужу, — и скрючен в чулане на грязном матраце, — крутясь в нищете.
Ты думаешь, что жить на улице невозможно? — скажу я вот что: это было лучшее время в моей жизни.
Там мне приходилось щипать маглов, но я хоть ел каждый день.
Там меня не упрекали куском хлеба, не издевались только из-за моей ненормальности. Мои способности им были только на руку: из-за моего миниатюрного размера я легко пролезал там, где никто не мог, и уже открывал магазины, квартиры на первых этажах. Свобода.
А в Хогвартсе я был лишь послушным болваном.
Драко смотрел на парня во все глаза...
— Что, я не соответствую...
Сейчас я уничтожу любого, кто покусится на мою семью и друзей — будь то Лорд или Дамблдор.
— А чего ты хотел от беспризорника при живых родителях?
— Мне нужно всё обдумать, — сказал Гарри. — Может быть, я лучше вернусь в Менор...
Дверь за Драко закрылась, и Гарольд понял — навсегда. Наверху скатилась слезинка.
— Если бы я любил, я принял бы его таким, какой есть, — прошептал он.
Николь считала так же...
Она хотела приобнять парня,
— Не надо, Ники, — ответил он. — Вены резать не стану, проходили...
Николь была ошарашена этой новостью.
— Беги от меня, Ники. Я вообще не нормальный... — настолько, что спал с собственным отцом, как выяснилось, — проговорил он, уходя.
Нужно было всё подготовить к отъезду.
— Бойся меня, магия Англии...