1.
Холодно, темно и страшно. Это все, что чувствовало дитя в тот момент. Сильный ветер пробивался сквозь щели дряхлых досок и пронизывал насквозь мокрую, грязную и порванную одежду.
Стали слышны голоса, и тени порящии над ним. Они ходили, ходили, ходили... Смотрели на мальчика, смеялись и подозрительно озирались на него. А он лежал, не мог ни двинутся, ни слова сказать. Зыбучий страх подверг его, забрался в самые потоенные уголки его души и разума. Ему не хотелось так остоватся, беспомощным, на виду у всех.
Стало громко, очень громко. Крики, они невыносимы, хочется закрыть уши, но это невозможно, руки тебе непренадлежат. Остоется лиш одно - лежать, лежать беспомощной куклой и ждать, пока этот ужас закончится, или ждать пока за тобой придут.
Мальчик знал, что за ним никто не придёт, не спасёт, не погладит по голове и не будет шептать в его растрепанные ветром волосы успокаивающие и ласковые слова.
У него ни кого небыло.
А тени приближались, кружась коршуном над его телом, а оно все также не слушалось, крики дошли до ультразвука. Кровь пошла из ушей и носа. Тени начали разрывать его плоть на мелкие кусочки, глаза закрывались. Захлебыватся в темноте и страхе в своей кровати, не самая хорошая концовка.
***
*Pov Гарри*
Подскочив на старом матрасе я ударился головой об лесницу. Лоб болел, но не так сильно как все остальное тело. Такое ощущение, что меня разодрали на части.
Вчера вечером меня избил дядя Вернон, он мой опекун...
*End Pov Гарри*
Недал договорить Гарри громкий топот по лестнице. От этого топота на голову мальчику просыпалась штукатурка и паутина, которой тут было много.
*Pov Гарри*
А это Дадли мой кузен. Знаете мне кажется, что это самый ужасный ребёнок. Заносчивый, грубый (надеюсь вы поняли в какам смысле грубый, а если нет, то "грубиян") пацан, а ещё он очень толстый, как и дядя Вернон. Я хотел уже открыть дверь своего чулана в котором я живу уже 5 лет, как меня опять перебили.
- Почему ты ещё не у плиты, дрянной мальчишка! - громко пищит тётя.
А это тётя Петунья. В отличии от остальных жильцов этого дома она стройная, и даже пыталась научить меня как правильно вести себя за столом. Крайне редко, но защищала меня от Вернона. Я ей немного благодарен, но не так сильно. Иногда она сама меня била.
- Ну, что ты там застрял, а!? Мы вообще-то завтракать пришли, а ты ещё не приготовил ничего! Быстро к плете и готовь! - прокричал своим басистым голосом дядя.
- Иду, иду, я. Не кричите пожалуйста сэр.
Я подошёл к плите и начал жарить яичницу с беконом. Выложил каждому на тарелку. Я тоже хочу есть, живот урчит. Я не ел дня два - это будет третий.
Тётя, сказала, мне отправится в сад и подстричь её прекрасные кусты роз, чтобы соседи завидовали и восхищались ими.
Я уже много раз стриг, ухаживал за этими кустами. Мне нравятся розы. Такие прекрасные и в тоже время не доступны, прекрасные цветы. Есть множество их разновидностей, но мне нравятся именно красные. Кто-то скажет, что это рамонтично, а кто-то, что банально. Мне они нравятся из за своего аллого цвета, похожий на цвет свежей крови, такой притягательный. Я иногда задумываюсь, а вдруг никогда и небыло красных роз? Вдруг это и есть кровь какого нибудь юноши или девушки, что захотел посмотреть поближи на белые розы, решил сорвать один бутон и поранился о скрытые под листвой шипи, тогда кровь капнула на бутон и он окрасился в красный?
Ну, а, что? У меня хорошая фантазия. Но мы отошли от кустов, мне надо быстрее закончить и пойди в дом, а то мне очень холодно. Из вещей на мне только растянутая футболка Дадли и его же штаны, а на улице начало осени.
Стригя красивые кусты я почувствовал на себе острый взгляд. Обернулся и увидел нашу соседку, что смотрит на меня и не мигает. Это наша саседка (ля я забыла как её зовут гугл как говорится мне в помощь пойду искать. Нашла) мисис Фигг. Странная женщина, как только я выходи из дома она тут же пристально следит за мной, а еще у неё очень много кошек и это никому не нравится, потому что её кошки ужасные.
Закончив с кустами я вернулся в дом. Был уже день. Примерно 13:30, я плохо вижу, мне надо бы купить очки, но кто будет тратить, на меня деньги? Правильно, никто.
До меня донеслись с кухни стук и грохот, я пошёл посмотреть, кто там. Это как ожидалось был Дадли, он рылся в холодильнике, как настоящая свинья, которая ничего копытами достать не может и устраивает бардак. И опять как и в прошлые разы ход моих нерадужный мыслей прервал грохот, но уже на лестнице, опомнившись я опять посмотрел в сторону холодильника, но там никого не было, все громче и громче стали слышен топот.
Всё происходило как в за медленном действии. Вот я поворачиваюсь к источнику топота, вот Дурсль смотрит на погром в холодильнике и около него, затем прибегает из туалета Дадли и кричит на меня, что он видел, что это все я!
Как я мог на такое попатся? Такое ведь случалось и раньше, и после меня жёстко наказывали, а за то что я плакал били ещё сильнее.
Вернон смотрит на меня, его лицо краснеет от злости, Петунь охает и ахает около холодильника, Дадли смеётся и убегает на верх. Дядя хватает меня за волосы и начинает бить. Больно, ужасно, страшно. Слезы текут, крики, боль и темнота, больше я ничего не помню, да и помнить не хочу, уж больно ужасно это было. Нехочу сново это пережить, да и жить я так нехочу.