Глава-12 Связь между мирами
Прошло 2 ночей.
Все Короли и Валеты остались в проигрыше, кроме Королевы Червей за которым ушли Арису и Усаги.
Два дня Чишия не отходил от Рэн.
Рэн лежала, уставившись в потолок. Дыхание слабое, как ветер перед бурей.
Чишия сидел рядом, ссутулившись, сжав кулаки.
— Зачем ты здесь? — голос её был хриплым, едва слышным.
Он сжал зубы.
— Где мне ещё быть?
— Тебе не обязательно… видеть меня такой.
— Мне не обязательно многое. Но я здесь.
Рэн на мгновение закрыла глаза.
— Я чувствую, как уходит тепло. Как будто меня растворяют, медленно, осторожно.
Чишия закрыл лицо рукой, скрывая дрожь в голосе.
— Не говори так.
— Почему? — слабая улыбка. — Ты всегда любил правду.
Он тяжело выдохнул.
— Правда в том, что я не хочу тебя терять.
Рэн посмотрела на него — долго, внимательно, будто пытаясь запомнить.
— А если бы мог? Задержать меня здесь, любым способом. Ты бы это сделал?
Чишия резко поднял голову.
— Да.
Рэн улыбнулась.
— Даже если бы мне было больно?
Чишия молчал.
— Иногда… иногда смерть не самое худшее. — Её голос стал почти шёпотом. — Худшее — это пустота. Когда ты смотришь на людей, но уже не чувствуешь их. Когда твоя душа словно тень, и ты просто ждёшь момента, когда тело её догонит.
Чишия сжал кулаки, всю жизнь его преследовало это чувство.
— Жизнь — это тоже боль. Но в ней есть смысл.
Между ними висела тишина — не неловкая, а спокойная, как штиль перед рассветом.
— Чишия, — тихо позвала она, нарушая молчание.
Он лениво повернул голову в её сторону, но ничего не сказал.
— Почему ты всегда вёл себя так, будто тебе всё равно? — её голос был мягким, но в нём скользило любопытство.
Он фыркнул, едва заметно усмехнувшись.
— Потому что так проще.
— Проще?
— Не привязываться. Не испытывать лишнего.
Рэн посмотрела на него, вглядываясь в глаза, спрятанные под длинной чёлкой.
— А ты всегда был таким?
Чишия молчал какое-то время, прежде чем глубоко вздохнул.
— Нет, — сказал он, отводя взгляд. — Когда-то я был другим.
Она не перебивала, давая ему время.
— Мой отец был хирургом, — начал он, голос звучал ровно, но в нём было что-то тяжёлое. — Он считал, что жизнь — это борьба. Что слабые не выживают.
Рэн нахмурилась.
— Он давил на тебя?
Чишия криво усмехнулся.
— Он не давил. Он просто не оставлял мне выбора.
Он провёл рукой по волосам, задумчиво глядя в потолок.
— Знаешь, что он говорил мне, когда я был ребёнком? "Чувства делают тебя слабым".
Рэн смотрела на него, сжимая пальцы в слабый кулак.
— И ты ему поверил?
Чишия чуть заметно пожал плечами.
— Когда ты растёшь в таких условиях, сложно не поверить. Я привык думать, что эмоции — это то, что мешает. Что если я не привяжусь, мне не будет больно.
— Понимаю
Он усмехнулся, но в этой усмешке было больше горечи, чем иронии.
— Но потом я оказался здесь. В Пограничье. И понял, что всё это... — он кивнул в пустоту, — не имеет смысла. Здесь всё рушится. Ты можешь быть умнее, хитрее, быстрее, но если ты не видишь смысла в жизни, то зачем вообще бороться?
Рэн опустила взгляд.
— Ты всё ещё так думаешь?
Чишия долго молчал. Потом посмотрел на неё — по-настоящему, не через призму отстранённости, а так, как будто искал ответ в её глазах.
— Нет, — тихо сказал он. — Потому что встретил тебя.
Рэн задыхалась.
Каждый вдох был пыткой. Боль пронзала грудь, сковывала рёбра, и она чувствовала, как смерть уже дышит ей в лицо. Она не могла пошевелиться — тело словно утопало в ледяном коконе. Звуки стали глухими, обрывочными, как если бы её держали под водой.
Где-то рядом кричал Чишия.
Она не могла разобрать слов, но слышала отчаяние.
— Держись, Рэн… — он хватал её за плечи, но она почти не чувствовала. — Чёрт, не смей умирать.
Рэн моргнула, её взгляд сфокусировался на нём. Чишия… Почему он такой напуганный? Он же всегда спокоен, отстранён…
Она хотела что-то сказать, но вместо этого закашлялась, чувствуя, как что-то горячее скользит по губам.
Кровь.
Чишия сжал челюсти, его пальцы сжались в кулаки.
Перед её последним вздохом послышался голос. Голос Пограничье.
— Вы победили, — голос который звучал во всех щельях Токио. — Теперь сделайте свой выбор.
— Принимаете ли вы предложение остаться в Пограничье?
Рэн закрыла глаза, из последних сил сделала вдох, и когда снова посмотрела на него, её голос прозвучал так же тихо, как его.
— Я отказываюсь.— сказала она сквозь боль и испытание которые её преследовала здесь.
— Отказываюсь.— ответил Чишия.— Рэн, вероятно мы не вспомним друг друга.
— Может, но обещай что мы влюбимся заново.— её последний вздох.
---
Боль.
Острая, пронзающая, такая реальная, что хотелось закричать.
Рэн распахнула глаза, но мир был размытым. Крики, шум, свет над головой.
— Она задыхается! Быстро, кислород!
Кто-то суетился вокруг, руки прижимали её к кровати. Она пыталась вдохнуть, но лёгкие будто горели изнутри.
— Не сдавайся! — кто-то кричал, но её сознание снова угасало.
---
В другой палате Чишия медленно открыл глаза.
На мгновение он просто лежал, глядя в потолок.
Больница.
Он жив.
Почему-то внутри царила странная пустота. Как будто он что-то потерял.
Как будто кто-то должен был быть рядом.
Но в голове — только тишина.
---
Дни шли.
Рэн боролась за жизнь, каждый день балансируя на грани между сном и пробуждением. Врачи говорили, что её состояние критическое, но она держалась.
Иногда, в полусне, она чувствовала, что рядом кто-то есть.
Кто-то важный.
Но всякий раз, когда она открывала глаза, палата была пуста.
---
Чишия поправился быстрее. Он мог ходить, разговаривать, но внутри было странное чувство, будто он потерял что-то значимое.
Он выходил в больничный коридор, смотрел в окно, ловил тени чужих лиц.
И вот однажды он замер.
В конце коридора, опираясь на стену, стояла девушка.
Тёмные волосы, ослабленный вид.
Она тоже посмотрела на него.
Их взгляды встретились.
На мгновение что-то дрогнуло внутри.
Что-то забытого, призрачного.
Но затем чувство исчезло.
Рэн отвела взгляд и ушла, так и не осознав, кого только что увидела.
Но дикое чувство дежавю не покидало.
Чишия смотрел ей вслед, но не сделал ни шага.
Конец.
"Некоторые связи сильнее памяти. Даже если мы забыли, наши души всё равно ищут друг друга."