Моя личная домработница

Гла­ва 40:
— И тог­да, сов­сем вне­зап­но, он из­ме­нил­ся. Он вер­нулся со­вер­шенно дру­гим че­лове­ком, с но­вым мыш­ле­ни­ем, с но­выми взгля­дами, с но­вой ду­шой. Пар­нишку, ко­торо­го ког­да-то пе­режи­вал обо всём и всех, боль­ше ни­чего не вол­ну­ет.

В жиз­ни каж­до­го че­лове­ка бы­ва­ют мо­мен­ты, ког­да ты дол­жен упасть в про­пасть, что­бы, на­конец, убе­дить­ся, что до это­го ты умел ле­тать. Ле­тать в оди­ноч­ку или же с близ­ки­ми людь­ми, но ты де­лал это и был по-нас­то­яще­му счас­тлив.

Се­хун приб­ли­зил­ся к та­кому мо­мен­ту. Он был уже на краю про­пас­ти и не хо­тел воз­вра­щать­ся об­ратно, ощу­щая глу­бочай­шее очи­щение все­го не­гати­ва соб­равше­гося внут­ри. Но ког­да он все­го это­го дос­тиг, то за­был глав­ное пра­вило: «Не за­бывай о тех, с кем хо­тел про­жить веч­ность»

Чёрт, он опять это за­был, уже в пя­тый раз за все свои 25 лет жиз­ни.

Ему бы­ло не у­ют­но. Пус­то. Пус­то в ду­ше, в го­лове, в зам­кну­том прос­транс­тве. Не хо­телось. Поп­росту не хо­телось уто­пать в этом.

Се­хун лю­бил свою семью, Пак Ри­Ан и ма­лень­ко­го сы­на, ко­торо­го так ждал. Лю­бил всё ок­ру­жение вок­руг, по­ка всё не рас­тво­рилось в бес­цвет­ности дней столь яр­ко­го ми­ра, не за­та­илась бы пе­чаль в его гру­ди, ко­торая то и де­ло би­ла по са­мое боль­ное. Мо­жет, в этом ви­новат воз­раст или он поп­росту не за­хотел боль­ше взрос­леть? Нет, ду­маю де­ло не в этом. О Се­хун с са­мого дня рож­де­ния не мог пред­ска­зать свою судь­бу, хо­тя мечт у не­го бы­ло вы­ше кры­ши, он не знал, что бу­дет де­лать ут­ром, что бу­дет есть или боль­ше то­го, смо­жет ли се­год­ня во­об­ще по­жить нор­маль­но, как обыч­ные лю­ди?

Всё-та­ки как бы жизнь ай­до­ла не бы­ло столь прив­ле­катель­ной, но она вы­бива­ет пос­ледние со­ки и че­ловек уже за­быва­ет своё прош­лое. За­быва­ет то, чем ды­шал до это­го.
-По­чему ты так ве­дёшь се­бя?, -с ли­ца ус­тавше­го Чо­нина быс­тро ли­лись струи по­та с во­лос, он был как ни­ког­да мок­рым и не очень при­ят­но пах­ну­ющим, но что по­делать, ес­ли вы­маты­вать­ся-это его лю­бимая ра­бота.

-Как?, -Се­хун ус­тро­ил­ся удоб­нее на хо­лод­ном по­лу, зак­рыл гла­за, пы­та­ясь от­ды­шать­ся.

Он по­нимал, к че­му кло­нит его друг, по­нимал и знал, что сей­час бу­дет для не­го му­кой го­ворить о сво­их проб­ле­мах и о том, что на мгно­вение ему ста­ло пле­вать аб­со­лют­но на всё. Сей­час бу­дут имен­но те ми­нуты, ког­да Се­хун дол­жен по­жалеть обо всём и мет­нуть­ся в сто­рону две­ри, сесть на ма­шину и по­ехать к лю­бимой, что­бы упасть в ко­лени и про­сить про­щения, но не всё так прос­то и Се­хун пол­ней­ший ду­рак, по­тому что не мо­жет это­го сде­лать. Он не ви­нит се­бя. Ни в чём. Иди­от.

-Ри­Ан зво­нила мне, -на­чал па­рень на нот­ке злос­ти и сра­зу же от­ки­нул свою коф­ту в угол за­ла. –По­чему? По­чему ты так пос­ту­па­ешь? Ты хоть по­нима­ешь, что мо­жешь всё по­терять? Аб­со­лют­но всё, Се­хун!

-Я не хо­чу го­ворить с то­бой о мо­ей семье, прос­то зак­рой свой рот, Чо­нин, и не лезь в чу­жие де­ла. Те­бя это не ка­са­ет­ся.

-Ка­са­ет­ся, -сей­час он был го­тов раз­хе­рачить ли­цо Се­хуна, не ос­тавляя жи­вого мес­та и, на­вер­ное, это бы­ло бы луч­шим вы­ходом в дан­ной си­ту­ации. –Я от­дал те­бе всё, что бы­ло мне до­рого. При­дурок, я от­дал те­бе единс­твен­ное, что я так лю­бил и не по­тер­плю, что­бы Ри­Ан стра­дала, -па­рень пе­рехо­дит на крик, хва­тая дру­га за ши­ворот его фут­болки, на­чина­ет нер­вно тряс­ти. –Ес­ли те­бе не нуж­но это счастье, то прос­то дай мне этот чёр­тов шанс.

-Чо­нин, от­пусти ме­ня, -па­рень пы­та­ет­ся выб­рать­ся. –От­пусти ко­му го­ворю!, -спус­тя нес­коль­ких по­пыток уб­рать его силь­ные ру­ки, па­рень всё-та­ки уби­ра­ет их и от­талки­ва­ет его на боль­шее рас­сто­яние от се­бя, ру­ки нер­вно тря­сут­ся.

-Ес­ли она при­бежит ко мне за уте­шени­ем, я точ­но боль­ше не от­пу­щу её от се­бя, имей в ви­ду, я за­беру и Ри­Ан и Хва­на, по­ка ты бу­дешь по­терян, -ки­нув пос­ледние сло­ва, он со скри­пом вы­ходит из тан­це­валь­но­го за­ла, пос­ле заг­лу­шивая свою боль пи­вом и му­зыкой.

Прав­да, ес­ли по­думать, то Чо­нин смог зап­росто зав­ла­деть Ри­Ан, ес­ли бы не его друг. Он го­ворил на пол­ном серь­ёзе и с ра­достью взял ини­ци­ати­ву от­ца в свои ру­ки. Ри­Ан бы­ла до­рога ему, и па­рень час­то за­давал­ся воп­ро­сом: «По­чему она с ним, ес­ли я был пер­вым, кто пон­ра­вил­ся ей?»

Ес­ли так по­думать, сер­дце Ри­Ан ох­ва­чено лишь тёп­лой ис­крен­ней лю­бовью к Се­хуну и она не в си­лах на дан­ный мо­мент и в бли­жай­шие па­ру сто­летий лю­бить ко­го-то дру­гого. Она ра­зучи­ла свою лю­бовь от на­чала до кон­ца не раз­ры­ва­ющей­ся крас­ной нит­ки, ко­торая с каж­дым днём всё проч­нее и проч­нее, хоть и её лю­бовь так пос­ту­па­ет с чувс­тва­ми Ри­Ан. У неё есть ве­ра, ве­ра в Се­хуна, а это уж по­верь­те мне са­мое глав­ное.

Де­вуш­ка про­води­ла ча­сы со сво­им дра­гоцен­ным сы­ном. Ко­торый бе­зум­но по­хож на свою па­поч­ку, лишь гла­за бы­ли Ри­Ан, она лю­бова­лась Хва­ном и жи­ла од­ной мыслью, что од­нажды он ста­нет та­ким же хо­рошим, му­жес­твен­ным и доб­рым че­лове­ком, в ко­тором кро­ме кра­соты бу­дут нас­то­ящие че­лове­чес­кие чувс­тва, свой­ствен­ны не каж­до­му. Ма­лыш по­нем­но­гу рос и пла­кать стал мень­ше, ес­ли рань­ше он пла­кал по пус­тя­кам, то сей­час он как сов­сем взрос­лый ре­бёнок пла­чет лишь из-за то­го, что хо­чет ку­шать или ему на­до по­менять под­гузник.

Пол го­да прош­ли не­замет­но, ус­та­лость ухо­дила быс­трее, чем пред­по­лагал Пак, ма­лыш спит те­перь нам­но­го боль­ше и она дрем­лет в своё удо­воль­ствие, по-преж­не­му пред­став­ляя, об­ни­мая по­душ­ку, что с пит с Се­хуном. Он при­ходит те­перь ча­ще и не от­кры­тые по­дар­ки сто­ят в од­ном из уг­лов ком­на­ты, она не хо­чет их от­кры­вать. Это де­ло прин­ци­па. Ког­да же он хо­чет по­цело­вать её во вре­мя при­ветс­твия или про­щания, она де­ла­ет вид, что ей что-то нуж­но или поп­росту уво­рачи­ва­ет­ся, на ско­рую ру­ку по­могая ему на­деть кур­тку и хло­пая по пле­чу, го­воря лишь : «По­ка»

Ска­зать, что всё это ста­ло обы­ден­ным и со­вер­шенно нор­маль­ным, зна­чит, ни­чего не ска­зать. Она сос­ку­чилась и хо­чет этих по­целу­ев, но уви­дев в его гла­зах лишь не­кое без­разли­чие пос­ту­па­ет, так же как и он с ней. По­том, ко­неч­но же, за­пира­ясь в ван­ной, гром­ко пла­чет и пь­ёт ус­по­ко­итель­ное в ог­ромных раз­ме­рах, что­бы ма­ма О ни­чего не за­подоз­ри­ла.

-Ри­Ан, ты уже обе­дала?, -спра­шива­ет жен­щи­на, бро­дя ус­та­лыми но­гами по кух­не, пос­ле заг­ля­дыва­ет в на­пол­ненный про­дук­та­ми хо­лодиль­ник и бе­рёт пер­вую по­пав­шу­юся та­рел­ку с за­кус­ка­ми. Уви­дев на­пол­ненную гла­зами пе­чаль в гла­зах, тя­жело вы­дыха­ет и уса­жива­ет­ся нап­ро­тив де­вуш­ки.

-Нет, я не го­лод­на, -фаль­ши­во улы­ба­ет­ся де­вуш­ка, пря­ча вновь нах­лы­нув­шие слё­зы с глаз, при­кусы­вая внут­реннюю часть ще­ки, Се­хун ушёл па­ру ми­нут на­зад и она не мо­жет за­быть его улыб­ку спус­тя столь­ко ме­сяцев.

-Ри­Ан, дав­но хо­тела ска­зать те­бе об этом, -она да­ёт по­нять, что­бы де­вуш­ка об­ра­тила всё своё вни­мание на неё и пле­вать, что она тут же мо­жет зап­ла­кать нав­зрыд, она буд­то бы го­ворит: «Пос­мотри на ме­ня. Я лишь хо­чу сгла­дить твою боль» и де­вуш­ка быд­то слы­шит её и вни­матель­но ос­матри­ва­ет мор­щи­нис­тое ли­цо.

-Что, ма­ма?

-Мне боль­но ви­деть, как ты пы­та­ешь­ся не пла­кать при мне. Я уже хо­чу воз­не­нави­деть собс­твен­но­го сы­на за твои слё­зы. Пак Ри­Ан, хва­тит с те­бя, пе­рес­тань ждать его и лю­бить.

-Что вы име­ете в ви­ду?

-Я не хо­чу, что­бы ты стра­дала, по­это­му, брось все мыс­ли о нём, я ни­ког­да не про­щу его, ес­ли он ска­жет, что хо­чет уй­ти от те­бя. Но я поз­во­ляю сде­лать те­бе это, в ми­ре мно­го пар­ней, ко­торые по­любят те­бя и не ос­та­вят, как мой глу­пыш Се­хун. Не жди его, Ри­Ан

-Как вы мо­жете го­ворить та­кое, ма­ма? Вы же зна­ете, что я не мо­гу это­го сде­лать, как бы мне не хо­телось. Я люб­лю его, -она на­чина­ет пла­кать.

-Я не ос­тавлю вас, да­же ес­ли ты ре­шишь уй­ти от не­го, -она на­бира­ет но­мер те­лефо­на и го­ворит му­жу заб­рать её, по­тому что жен­щи­на очень ус­та­ла.

И всё же Ри­Ан не по­нима­ет, как мож­но ос­та­вить за­тею ко­го-то лю­бить, кто так при­жил­ся в тво­ей го­лове и сер­дце. Весь день она про­вела в сво­их мыс­лях, к ней приш­ла сес­тра и да­ла пос­пать до ве­чера, но вмес­то это­го, она рас­смат­ри­вала фо­то в сво­ём те­лефо­не и ду­мала над сло­вами ма­мы О, ду­мая, что в ко­нец сош­ла с ума. Мо­жет, она и пра­ва и Се­хун боль­ше не вер­нётся? Нет, ко­неч­но же, нет, Ри­Ан не мо­жет, эта ду­роч­ка не мо­жет не лю­бить его.

Пе­ред сном де­вуш­ка ре­шила про­гулять­ся со сво­им ма­лышом, на ули­це сто­яла хо­рошая по­года, и при­ят­ный влаж­ный ве­терок лас­кал пол­ностью всё те­ло. Всё бы­ло, как во сне, ка­залось, что сей­час всё из­ме­нит­ся и бу­дет всё хо­рошо, как преж­де. Преж­ний Се­хун, их лю­бовь и пол­ное счастье. Оч­нувшись, она уже си­дела на ла­воч­ке око­ло сво­его до­ма, ма­лыш спал и она ра­дова­лась каж­дой про­ведён­ной се­кун­де с её сы­ном. Не мог­ла на­любо­вать­ся этим прек­расным соз­да­ни­ем, пло­дом, ко­торый по­дарил ей Се­хун, кро­ме сво­ей люб­ви. Это их счастье, ко­торое на дан­ный мо­мент где-то за­теря­лось.

-По­чему ты здесь?, -спра­шива­ет дав­но зна­комый го­лос, и де­вуш­ка по­вора­чива­ет­ся в сто­рону пар­ковки, из те­ни вы­ходит вы­сокий па­рень, в кеп­ке, в рван­ных при­лега­ющих шта­нах и бе­лой фут­болке.

-То же са­мое хо­чу ска­зать и те­бе. Что ты за­был здесь так поз­дно?

-При­ехал до­мой. Ты раз­ве не ра­да?, -её сер­дце за­билось в бе­шеный такт и мыс­ли на­чали тан­це­вать бе­зум­ный та­нец, что от­ве­тить ему сей­час, бы­ло са­мой боль­шой проб­ле­мой, о ко­торой она не зна­ла.

-Че­му мне ра­довать­ся? Ты ведь дав­но за­был до­рогу сю­да, -он по­дошёл бли­же и сел на ла­воч­ку, соп­ри­каса­ясь с ней но­гами, ре­шил при­об­нять за та­лию, но она лишь отод­ви­нулась. –Твоя ма­ма се­год­ня ска­зала, что­бы я не при­нима­ла те­бя боль­ше и зна­ешь, я, на­вер­ное, так и сде­лаю

-В смыс­ле?, -его го­лос стал гру­бее, зрач­ки уве­личи­лись, по­чувс­тво­валась опас­ность. Она не при­дала это­му ви­ду, хо­тя все ко­неч­ности хо­тели встать и по­бежать в не­из­вес­тную сто­рону, от гре­ха по­даль­ше.

-Я не хо­чу боль­ше ждать те­бя, Се­хун. По­это­му, да­вай за­кон­чим на этом, -она ре­шила уй­ти, но но­ги-пре­дате­ли, под­ве­ли её и она еле смог­ла встать со скамьи. На гла­за на­вора­чива­лись слё­зы, и де­вуш­ка мо­лила, что­бы он не ви­дел их, на­де­ялась, что он не ду­рак и не пой­дёт за ней.

-Ты, прав­да, хо­чешь это­го?, -он рез­ко хва­та­ет её за за­пястье и в мгно­вение ока она ока­зыва­ет­ся око­ло его ли­ца, чувс­твуя пол­ней­шую ут­ра­ту сил, ещё чуть-чуть и Пак мог­ла рух­нуть пе­ред ним. Он сжи­ма­ет её пред­плечья, с яростью заг­ля­дыва­ет в прос­ле­зив­ши­еся гла­за.

-Да, -сов­сем ти­хо шеп­чет де­вуш­ка, но её го­лос дро­жит, под­во­дя её са­му. –Боль­ше мо­жешь не врать мне, не при­носить по­дар­ков и не це­ловать. Я пе­рес­та­ла ве­рить в на­шу лю­бовь.