Уроки непослушания

После этих слов Даня улыбнулся и протянул ей шлем. Полина колебалась лишь мгновение, прежде чем взять его и надеть. Он подвел ее к своему мотоциклу — черному зверю, сверкающему в свете уличных фонарей. Полина немного нервничала, но парень успокаивающе улыбнулся, и она села позади него, крепко обхватив за талию.

Мотоцикл взревел и рванул с места. Ветер засвистел в ушах, городские огни слились в яркое размытое пятно. Поначалу девушка боялась, крепче сжимала Даню, но постепенно страх отступил, сменившись восторгом.

Это было невероятно! Ощущение скорости, свободы, полного контроля над моментом. Она чувствовала себя живой, как никогда прежде.

Они колесили по ночному городу, проезжая по пустынным улицам, мимо спящих домов, мимо ярких витрин круглосуточных магазинов. Даня знал город как свои пять пальцев, выбирал самые живописные маршруты, показывал ей скрытые уголки, которые она никогда бы не увидела днем.

На одной из остановок, на набережной реки, он заглушил двигатель. В тишине было слышно лишь плеск воды и далекий гул города.

— Как тебе? — спросил Даня, поворачиваясь к ней.

— Это… невероятно, — выдохнула Полина, снимая шлем. Ее волосы растрепались от ветра, щеки горели румянцем, а глаза блестели.

— Я знал, что тебе понравится, — он улыбнулся, любуясь ее преображением.

Они долго молчали, глядя на реку.

— Знаешь, у меня есть один секрет.

Даня вопросительно поднял бровь.

— Какой?

Полина замялась, словно не решаясь говорить.

— Всего лишь раз я ослушалась родителей...когда пошла и сделала татуировку, — прошептала она.

Парень рассмеялся.

— Ты? Татуировку? Да ладно!

— Это правда, — Полина подняла рукав куртки и показала ему запястье.

Там красовался небольшой, изящный рисунок — крылья чайки, распахнутые в полете.

Даня внимательно рассмотрел рисунок.

— Красиво. И что это значит?

—  Свободу. Я всегда мечтала быть свободной, как птица.

Даня прикоснулся пальцем к татуировке.

— Родители до сих пор не знают?

Полина отрицательно покачала головой.

— И не должны. Ни в коем случае. Они бы меня убили.

— Бунтарка, — Даня усмехнулся. — Мне нравится.

— Это единственный раз, когда я нарушила правила. И мне до сих пор очень страшно.

— Не бойся. Это только начало.

Он обнял ее за плечи и притянул к себе. Полина прижалась к нему, чувствуя его тепло и поддержку.

— Я хочу больше, — прошептала она. — Хочу еще больше секретов.

— Я могу помочь тебе их получить. Я покажу тебе, как быть настоящей бунтаркой.

Они снова сели на мотоцикл и поехали дальше. На этот раз Полина не боялась. Она чувствовала себя уверенно и смело, как будто у нее за спиной выросли крылья.

У подъезда общежития Даня остановился.

— Спасибо, — сказала Полина, снимая шлем. — Это было… невкроятно.

— Я знаю. До завтра?

Полина заколебалась. Она знала, что завтра ее ждет сессия, что ей нужно готовиться к экзаменам. Но она также осознавала, что не хочет возвращаться в свою прежнюю жизнь.

— До завтра, — ответила она.

— Спокойной ночи, бунтарка.

Полина улыбнулась и вошла в общежитие.

Даня смотрел ей вслед, пока она не скрылась за дверью. Он чувствовал, что она меняется, становится сильнее и увереннее в себе. И ему это нравилось.

Он знал, что им предстоит еще многое пройти вместе, но был готов к этому. Он был готов защищать ее, поддерживать, показывать ей мир во всей его красе.

Парень завел мотоцикл и уехал в ночь, мысленно надеясь на продолжение их общения. Он знал, что Полина — это его шанс на счастье, его шанс найти настоящую любовь. И он не собирался его упускать. Она была как татуировка на его сердце, яркая и незабываемая. И он хотел, чтобы она осталась с ним навсегда.