Зал Самоубийц

Вероника лежала на своей кровати в позе морской звезды, раскинув конечности в разные стороны. Кап-кап. Капли стекают по крыше вниз, звонко ударяясь об алюминиевую поверхность наружного подоконника. Кап-кап. В голове девушки горячим воспоминанием всплывает влажный язык Джастина, скользящий по её нёбу. Кап-кап. В её промежности значительно влажнеет. Дыхание учащается. Сердце бешено стучит. Руки не находят себе места - так и норовят отодвинуть ткань домашних шортиков, прежде чем прохладным прикосновением длинных пальцев чуть-чуть приободрить горячий, слегка зудящий клитор.

- Да что же это, черт возьми, такое? - рявкнула Вероника, перевернувшись на живот, сжимая под собой руки, чтобы те не полезли куда не следовало бы. Она была возбужденная до невозможности, от чего хотелось рвать на себе волосы, кричать, пытаясь избавиться от такого состояния. Но больше всего хотелось вновь поцеловать Джастина. Прижаться к нему всем телом, обвить его шею руками, запустив пальцы в мягкие тёмно-русые волосы. Хотелось лечь на кровать и чтобы парень навис сверху над ней, целуя её губы, шею. Сначала нежно и неуверенно, а затем влажно и страстно. И возможно так бы оно и случилось в день его рождения, если бы не одно большое НО в образе внезапно ворвавшихся в дом Эммы, Арни и еще какого-то парня, который слегка пугал её своим видом. Кажется, его звали Паркер и, как она успела заметить, они с Эммой, которую она видела в последний раз еще в её ярком образе, похоже, в весьма близких отношениях.

Эти трое прервали их, страстно целующихся уже на протяжении десяти минут, с бутылками шампанского в руках. "Эмма? - всполошился Джастин, резко отстранившись от Вероники. - Что вы тут делаете?". "- Мы пришли как следует отметить твой День Рождения, Бибер", - с энтузиазмом ответила черноволосая". Затем Джастин познакомил Хейл с Паркером и Эммой. Вероника чувствовала себя не в своей тарелке и даже хотела уйти, но Джастин её остановил. Без слов. Просто мягко схватил за запястье и посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде читалось "Прошу, не уходи". По крайней мере, так показалось Веронике. Они расположились в небольшой гостиной, попивая за легкими разговорами вино и шампанское. Обстановка была весьма уютной, словно девушка знакома с этими людьми уже долгое время. Но как бы ей не хотелось уходить, звонок мамы тут же вернул её в реальность. Джастин провел её до двери и после этого она больше его не видела.

Не то чтобы прошло много времени, нет. Всего сутки. Но это время казалось девчонке таким долгим! Оно тянулось как тягучая жевательная резинка, которую жевали несколько часов подряд, отчего она утратила свой изначальный приятный вкус и цвет. В голове Вероники была сплошная каша. Помимо того, что она текла так, словно Ниагарский водопад переместился каким-то магическим образом к ней в промежность, ей было страшно. Да, именно страшно. Она боялась, что столь прекрасный поцелуй всё испортил, в частности отношения с Джастином. Может, парень поцеловал её ради забавы, а она уже себя накрутила и настроила глобальные планы касательно их с Бибером будущего? Что, если он вообще не придал этому хоть какое-то значение, в то время как она не находит себе места? Почему он не звонит? Почему не пишет? Ему все равно?

Да, детка, ему все равно.

Вероника тяжело сглотнула. Захотелось плакать, но она пыталась перебороть себя.

- Нет, Хейл. Не смей, - заговорила она сама к себе. - Ты ведь не станешь реветь из-за какого-то парня. Ты сильная и... - всхлип. Слёзы предательски потекли по щекам. - Ни черта я не сильная. Глупая дура! - она уткнулась лицом в подушку, подавляя очередные приступы. Как и большинство девчонок её возраста, Вероника отличалась неимоверной способностью придумывать сама себе проблемы и плакать, плакать, плакать.

Она пролежала лицом в подушку около получаса. Лицо её покраснело, глаза тоже. Голова раскалывалась. Вероника встала с кровати, прежде чем направится в ванную комнату. Она увидела себя в зеркале и её губ коснулась ухмылка.

- Господи, какая же я идиотка, - пробормотала она, включая горячую воду. Высморкавшись и как следует умывшись, Вероника поблагодарила себя за то, что утром перед выходом в магазин не накрасила ресницы тушью: по крайней мере, она не похожа на панду.

Отчаяние сменилось обидой, приправленной долей гордыни. Теперь девушка не ощущала себя подавленной и никому ненужной: если Джастин "Мистер сладкие губки" Бибер не пишет ей - его дело. И вообще, пусть делает что хочет.

Вот таким глупым образом отсутствие жалкой смс'ки или звонка стало причиной раздора между Джастином и Вероникой, вот только парень был не в курсе этого, а сама Хейл вела себя по-скотски как грёбанная истеричка.

Девушка вернулась к себе в комнату. Залезла на стол, пытаясь дотянуться до вазы, стоящей на самой высокой тумбочке. Вытащила из неё сигарету (вы ведь помните о том, что она потихоньку крала у папы с пачки по одной сигарете и складывала в эту вазу, так, на всякий случай?) и, вспомнив о том, что свою зажигалку она отдала, казалось бы, сто лет назад Джастину (на самом деле не прошло и полгода), Вероника мигом спустилась вниз на кухню, где раздобыла коробок спичек, после чего вернулась обратно к себе. Родителей дома не было, а младший брат ушел гулять к своему другу домой.

"Надо же, даже у мелкого гавнюка друзей больше, чем у меня".

Девушка легла на кровать и зажгла сигарету. С четвёртого раза, если на то пошло: спички то ломались, то попросту не хотели зажигаться.

- Дурацкие спички, - "Нет, просто кто-то неумёха". - Что ж, не так уж и сложно, - вздохнула Вероника, сделав затяжку и тут же закашлялась. - Вот черт, - прошипела она, прислонив ладонь ко рту.

Телефон завибрировал, уведомляя о новом сообщение в Whatsapp'е. Девушка нехотя разблокировала сотовый, предугадывая смс-ку от мамы о каком-то срочном деле.

Она ошиблась.

Джастин: Ты дома?

Глаза девчонки вспыхнули огоньком радости и тут же погасли.

- "Еще позднее написал бы, пф-ф", - прошипела её гордыня.

- "Хе-ей, успокойся, он же ничего не сделал", - возразил здравый смысл.

Гордыня встала с высокого кресла, оттряхивая свой черный брючный костюм, после чего наклонилась к низкорослому и пухленькому рассудку.

- "Замолчи, уродец", - она вонзила свои острые ноготки мужчине в шею, сдавливая горло. - Вероника, милочка моя, я женщина и мне виднее. Не слушай ты этого смутьяна. Сделай так, как я тебя велю".

Минута колебаний. Вероника наблюдает, как гордыня мутузит её рассудок, всё больше уверяясь в правоте этой худощавой женщины в черном, которую вырисовало её воображение.

Вероника: Нет.

Джастин: Где?

Джастин: И что за дурацкие точки, Хейл? К чему такая серьёзность? XD

Вероника: Тусуюсь у кого-то на хате пьяная в драбадан. Думаю отсосать парню, сидящему напротив меня.

Вероника: И да, точки - это модно.

Настроение было ужасное. В глубине души она хотела прыгать по комнате и кричать от радости, но в то же время её гордыня писала сообщения за неё саму.

Джастин: Очень остроумно. 5+

Джастин: Родители дома?

Джастин: И да, Хейл, прекрати шутить на тему секса. Ты при одном лишь упоминании о нём краснеешь, лол.

Вероника: Нет, не дома.

Вероника: Я не шучу.

Вероника: И Я НЕ КРАСНЕЮ!!!

Джастин: Не строй из себя дерзкую девицу. Мы уже обсуждали это.

Джастин: Иначе мне придется доказать тебе, что ты совсем не такая.

Вероника: Пф-ф

Вероника: Я ничего из себя не строю.

Вероника: Мне плевать.

Вероника: И как же ты это докажешь, м?

Джастин: Мне будет достаточно лишь поцеловать тебя. Даже в трусы к тебе не надо будет лезть;)

"Ох, черт", - Вероника закусила губу, закатив глаза.

- "Эй, ему стоило написать какую-то пошлость и ты сразу растаяла? - не унималась мисс-острые-ноготки, - ты разочаровываешь меня, милочка".

Вероника: А зря.

Джастин: Воу, детка, тебе не кажется, что об этом рано еще думать?

Вероника: Нет, не кажется.

Джастин: Тебе всего 16.

Вероника: *17)

Джастин: Исполнится через чуть больше месяца.

Вероника: Это формальность.

Джастин: Целка - тоже формальность, но тем не менее, это же не повод ею пренебрегать)))

Вероника: Моя девственность волнует тебя больше, чем меня.

Вероника: И перестань ставить дурацкие скобочки там, где не надо. Это бесит.

Джастин: У тебя ПМС? Ты слишком острая на язык сегодня.

Джастин: Это бесит.

Вероника: Просто кое-кто делает вид, что ничего не произошло. Это тоже бесит^^

Джастин: О чем ты?

Вероника: Ни о чем.

Вероника: Забудь.

Джастин: Ты чего?

Вероника: Ничего. Всё в норме))))

Джастин: Ясно, блять.

Вероника откинула телефон в сторону. Что это, черт возьми, было? Знаете, порой становишься таким черствым и грубым, что обижаешь близких тебе людей. И только спустя несколько мгновений осознаешь всю глупость сказанного. Вот так было и с Вероникой. Она со злостью ударила кулаком о кровать. Сигарета давным-давно затлела. В комнате было слишком дымно. Только тогда Хейл поняла, что забыла открыть окно. Еще не хватало, чтобы вся эта мерзость не выветрилась до прихода родителей.

Её тело моментально покрылось мурашками, как только в комнату ворвался холодный весенний воздух. На дворе была паршивая погода: хмуро и слишком мокро. Под ногами у прохожих чавкал растаявший снег.

Не желая простудиться, она спустилась вниз, предварительно взяв с собой мобильник. Плюхнулась на диван, уставившись на сотовый. Бибер ничего больше не писал.

- "Пф-ф, больно-то надо. Ты всё правильно сделала, моя радость", - парировала гордыня.

- "Не слушай эту выблядку. Ты не права и тебе стоит извиниться", - отозвался покалеченный здравый смысл.

Вероника: Джастин...

Вероника: Прости меня.

Вероника: Пожалуйста.

Ответа не последовало даже спустя двадцать минут.

- Дура, - хлопнула себя по лицу девушка, уставившись в потолок.

- "А я предупреждал, а ты не послушалась. Это всё из-за её экстравагантного образа, да? Может, мне тоже стоит отрастить ногти и поменять имидж?

- "Тебе не поможет, пирожок", - вспыхнула гордыня, после чего спряталась в каком-то из неизведанных закоулков души Хейл.

Вероника поджала по себя ноги, скрутившись в комочек. Теперь, когда гордыня ушла куда подальше, девушка смогла здраво мыслить. Хотелось вернуть время вспять и остановить себя перед тем как начать дерзить Джастину. Что она вообще этим хотела доказать? Свою глупость, никак иначе.

В дверь постучали, заставив Веронику подняться с дивана, направляясь к двери.

- Что это, блять, такое? - прорычал Джастин, едва переступив через порог. Он захлопнул двери, тыча под нос Веронике её же сообщения. Те, в которых она просила прощения, парень не заметил.

- Джастин... Я... - он был таким злым. Именно злым, не раздраженным. Вероника никогда прежде его таким не видела.

- Слушай, если у тебя плохое настроение, это не значит, что его можно портить другим, ясно? Мы знакомы с тобой почти полгода, я хоть раз тебе испортил настроение просто потому, что мне плохо?! Что ты за истеричка такая? Чем я тебя так обидел, что ты со мной ТАК разговариваешь?

- Я...

- Что? Дерзить в сообщениях гораздо проще, чем сказать что-то в лицо, да?

- Прости, я не знаю, что на меня нашло, - пробормотала она, потупив взгляд в пол. Не смотря на то, что парень был безумно зол, Хейл была рада тому, что он пришел. Он рядом. На тот момент это было самым главным.

Джастин тяжело вздохнул, потерев переносицу, после чего перевел взгляд на светловолосую. В тот момент она была похожа на испуганного, загнанного в угол котёнка. И эти её коротенькие шортики...

- Иди ко мне, - парень протянул руку в сторону Хейл. Та неуверенно взяла её, сделав два шага в его сторону. Он смотрел на неё с высоты своего роста. По сравнению с ней, такой хрупкой, тёплой и почти раздетой, он в своём пальто казался весьма неуклюжим. Джастин нагнулся и поцеловал её в щеку. Его холодные губы стали причиной дрожи по всему телу девушки. - Мне не все равно, ясно? - Вероника кивнула, поджав губы. Она чувствовала себя маленьким капризным ребенком, которым, отчасти, и была.

Джастин снял с себя пальто и обувь, оставшись в джинсах и рубашке цвета хаки.

- Чай или, может, кофе? - предложила девушка, чувствуя себя неловко.

- Ни чая, ни кофе я не хочу.

- А что тогда? Учти, что вина у меня нет, - она усмехнулась, вспомнив, как они распивали его у него дома, сидя на подоконнике.

- Ты. Я хочу тебя, - прошептал Джастин, смотря при этом девушке в глаза. Она застыла на месте, слегка приоткрыв губы. Лицо покрылось краской. Парень усмехнулся. - Вот видишь, Хейл, я даже не прикоснулся к тебе, а уже засмущал.

- Да иди ты, - фыркнула она, подавляя в себе улыбку.

- Ты ведь была бы только рада, не так ведь? - он сделал шаг в её сторону, заставив тем самым девчонку инстинктивно шагнуть назад. До тех пор, пока она спиной не врезалась в стенку.

- Ты о чем? - в горле пересохло: казалось бы, вся влага организма скопилась в одном месте - в её промежности.

- О сексе, - шаг в сторону Вероники. - Ты написала, что считаешь, что тебе уже не рано думать о таком, - еще шаг, уже последний. Джастин стоял впритык к девушке. Его дыхание опаляло её тело, заставляя дрожать. - А может, не только думать, но и хотеть, - ему нравилось дразнить её, изводить, даже не касаясь. Достаточно лишь шепота.

- Допустим, что ты прав, - Вероника не видела смысла отнекиваться и лгать парню в глаза. Только полный тупица мог не понять что к чему.

- То есть, если мы прямо сейчас займёмся любовью, тебя ничего не смутит? - "Не трахнемся, а займёмся любовью" - это показалось ей чертовски милым.

- Ты первый, кто поцеловал меня. Было был неплохо, чтобы первым, кто побывает во мне, окажешься тоже ты, - ЧЕРТ, ХЕЙЛ, ОТКУДА СТОЛЬКО СМЕЛОСТИ?

- Для тебя это что-то вроде эксперимента?

- А для тебя разве нет? - прозвучало уж слишком резко.

- Вероника, думаешь, если бы я нуждался вот в таких вот экспериментах, я бы воздерживался от подобного почти два года? Я, черт возьми, осмелился рассказать тебе о наболевшем, чего я никому просто так не рассказываю. Что мне еще нужно сделать, чтобы ты поняла, что я настроен весьма серьёзно? - он облокотился рукой о стену, отчетливо произнося каждое слово. Всё происходящее казалось ему странным. Зачем он это делает? Зачем тратит на неё время? И нервы. Зачем и для чего пытается что-то доказать этой светловолосой девице? Одно сплошное ЗАЧЕМ. Она заполнила собой все его мысли. Теперь он не думал, как покончит с собой. Он думал о том, насколько сладкие губы Вероники, какая милая у неё улыбка, как чертовски возбуждали его её грудь и короткие шортики.

- Поцелуй меня, - прошептала Вероника, не в силах больше терпеть.

Он так и сделал.

Обхватил её лицо руками впился в её губы своими. Изо всех сил пытался сдерживать себя, чтобы не залезть языком к ней в рот, но в этом Джастин оказался весьма слабовольным. Вероника сбито задышала, едва почувствовав легкое прикосновение языка Бибера к своему нёбу. Она сдерживалась, чтобы не застонать, на запрыгнуть на парня и не повалить его на диван - так страстно она его желала.

- Не надо, - отстранившись, прошептал Джастин, заправляя выбившуюся прядь волос девушки ей за ушко.

- Что?

- Не надо с этим спешить, ладно? Секс никуда от тебя не денется, в отличии от тех людей, с которыми ты хочешь это сделать, - он сказал это прежде, чем успел обдумать.

Вероника затаила дыхание, всматриваясь в глубину карих глаз. А потом просто его оттолкнула, взъерошив волосы на голове.

- Вероника... - он схватил её за запястье, но та его выдернула.

- Что, Джастин? ЧТО?

- Я не это хотел сказать.

- Нет, именно это, - светловолосая фыркнула, поджав губы. - Зачем ты так? Зачем ты думаешь об этом? О своей смерти. Ты так зациклился на том, что всё плохо, что разучился замечать хорошее вокруг себя. Оглянись, Джастин. У тебя есть любящие друзья, которые готовы помочь в любой момент, у тебя есть брат. Ты о нём подумал? Ты всерьёз готов его оставить на произвол судьбы? Ты считаешь это нормальным? - у неё из глаз начали медленно падать слёзы, скатываясь по щекам. Джастин подошел к ней, схватив в охапку, пытаясь успокоить, но Вероника никак не унималась. - Ты говоришь, что дорожишь мной, целуешь меня, заставляя надеяться на что-то большее, а сейчас "тонко" намекаешь о своей смерти. Как я могу успокоиться? Как я могу быть безразличной к этому?

- Тш-ш, тише, не плачь, - он обнял её, поглаживая мягкие волосы на макушке девушки. Джастин почувствовал, как намокла его рубашка от пролитых Вероникой слёз.

- Перестань думать об этом, прошу. Я не хочу однажды услышать от Арни, что ты мертв. Я боюсь этого. Боюсь, что ты уйдешь, оставив меня. Потому что ты дорог мне, слышишь? Я не хочу тебя потерять, - Вероника обвила его шею руками, после чего подняла голову вверх и взглянула парню в глаза.

Но не увидела в них ничего, кроме тоски и смятения.